Странник с планеты Земля
Вата в ушах постепенно «таяла», слух возвращался, а вместе с ним возвращалась и память.
— Ан! — тело словно само собой подпрыгнуло на ноги, а руки потянули за ремень валяющийся на песке плазмоган. — Где она?! Что с ней?
— Не знаю, — мотнул головой приятель. — Ты тут один был.
Чтобы подняться по скользкому склону оврага, куда я, по всей вероятности, свалился после выстрела скрутобойки, понадобилось секунд десять. И как только не переломал себе всё, когда падал!
Прогалина с рухнувшим деревом (тем самым, за которым укрывался при нападении) обнаружилась шагах в сорока от оврага. Да уж, отбросило меня преизрядно. Поэтому, наверное, и не проверили, живой не живой, резонно решив, что после такого не выживают.
Сгоревший труп убитого плазмой нашёлся там, где и предполагал — справа среди кустов. Те, что горели на другой стороне опушки, уже не дымились, но гарью ещё отдавали.
Место, где раньше лежала Анцилла, я определил по примятой траве и обрывку ткани (такой камуфляж использовался только в Имперской армии).
— Крови не вижу, — заметил включившийся в поиски «третий». — А вот борьба была, — он поднял с земли чей-то сломанный зуб. — Слишком уж жёлтый, явно не экселенсы.
— Ещё что-то можешь сказать? — с надеждой посмотрел я на Гаса.
В зачистке и подавлении работать с уликами учили гораздо лучше, чем в десанте, поэтому в выяснении, что здесь случилось, напарник мог разобраться быстрее.
— Не меньше полутора десятка бойцов. Потери, минимум, четверо. Один безвозвратный, — кивнул он на обгорелого. — Троих унесли. Ещё трое, видимо, легкораненые. Ушли на своих двоих, но не без помощи…
— Анцилла?! Что по Анцилле? — оборвал я приятеля.
Тот, будто не слыша вопроса, ещё раз неспешно прошёлся по всей прогалине, поднял с земли несколько мелких предметов, выбросил, вернулся назад, вздохнул…
— Сложно сказать. Но, вероятней всего, её захватили и унесли. Отпечатки ботинок имперского образца есть только здесь. Дальше, — он указал на обгоревшие и проломленные кусты, — только следы нападавших.
— Она жива?
— Думаю, да, — кивнул «третий». — Смысла уносить труп я не вижу. Своего убитого они забирать не стали, так что вероятность, что экселенса жива, хотя, возможно, и ранена, на мой взгляд, высокая.
Мои кулаки отчаянно сжались.
Вот какого рожна я не взял в эту вылазку обрез и гранаты? Понадеялся на технологии и свой АЭП, а результат — хуже некуда. Всё почти как тогда, год назад, когда мы высаживались с «Два Би-Би». Только на этот раз в плену оказалась Анцилла, и что теперь с этим делать, как её вызволять, где искать…
— Как ты меня нашёл? — развернулся я к Гасу.
— По радиомаяку. Он у тебя включён был.
— А у Анциллы? — ухватился я за соломинку.
Напарник покачал головой:
— Нет. Её маяк не работает. Я ждал вас часа полтора, на связь вы не выходили, пришлось отправляться искать.
Я мысленно выругался. Нападавшие слиняли отсюда, минимум, час назад. Догнать их пешком не стоило и пытаться. А вот по воздуху — почему бы и нет? Только о скрытности, конечно, придётся забыть. Ну, да и фиг с ней.
Приятель с моими доводами не согласился:
— Даже если мы их найдём, шансы на успех минимальные.
— Это ещё почему?
— Во-первых, у них есть скрут-пушка. Подбить из неё наш шаттл не проблема. А во-вторых, даже если не подобьют, то обязательно будут настороже, и если почуют опасность, то просто убьют экселенсу… — Гас замолчал и внимательно посмотрел на меня. — Ты этого действительно хочешь?
Я стиснул до хруста зубы и дёрнул щекой.
— Ну, вот и я не хочу, — продолжил удовлетворённо напарник. — Поэтому предлагаю следующее. Мы дожидаемся темноты… Только давай без этого! — вскинул он руку на непроизвольное «передёргивание затвора» с моей стороны. — Хочешь поспорить, выслушай, а все аргументы потом. Согласен?
— Да.
Приятель кивнул.
— Хорошо. Тогда слушай дальше…
* * *
В небо мы поднялись спустя три часа.
Темнота наступила достаточно резко. Стоило только солнцу закатиться за горизонт, и уже через двадцать минут ночь полностью накрыла уставшую от дневных забот землю.
Всё это время я буквально не находил себе места. А места в небольшом челноке не так уж и много. Десантный отсек, агрегатный, кабина управления… двадцать шагов от носа к выходной аппарели и столько же в обратную сторону. Плюс двери в трёх переборках, которыми лучше не хлопать, чтобы снаружи не слышали.
Напарник мои страдания игнорировал. Устроился в ложементе пилота и бессовестно дрых, как будто бы так и надо. Конечно, я понимал, что он прав, но сделать с собой ничего не мог — злился на него, как пацан. Ведь каждая минута бездействия отдаляла меня от Ан всё дальше и дальше, а само ожидание и мысли о том, что с ней может случиться, если мы опоздаем, сводили с ума сильнее любых психотропов.
К счастью, «третий» проснулся вовремя. Когда я уже готовился схватить его за грудки и начать тормошить, он вдруг потянулся, раскрыл глаза и, смачно зевнув, указал мне на соседнее кресло:
— Взлетаем. Пристёгивайся…
Полёт проходил с полностью погашенными огнями, а в плане бесшумности мы запросто могли посоревноваться с местными совами. Поскольку выхода за атмосферу не планировалось, гравидвижки задействовали всего пять процентов мощности, им даже принудительное охлаждение не требовалось — его заменял набегающий воздушный поток.
Ещё пять процентов использовались для работы систем наблюдения: камер, сонаров, радаров, сканеров, тепловизоров… Вся эта высокотехнологичная машинерия дополнялась моими собственными возможностями — возможностями «человека барьера» с индексом 25. Выше, насколько известно, не было ни у кого ни здесь, ни в Империи. Индекс барьерного сходства в 25 единиц и профиль чётной сходимости «А плюс 5» считались и там, и там максимальными.
Одним из приобретённых умений стала способность распознавать объекты с высокой барьерной энергией. Но только если они находились где-то поблизости, в пределах сотни-полутора тян. Анцилла, кстати, мне признавалась, что тоже может кое-что «видеть». Линии электромагнитного поля, к примеру. Или эмоции собеседника. Или же что-то такое, что может случиться в будущем…
Жаль, правда, наше сегодняшнее фиаско она предсказать не смогла, но это, как водится, дело случая. Любые «паранормальности» — явления неустойчивые и затратные. У меня, например, голова после них просто раскалывалась, и силу они высасывали, как правило, столько, что восстанавливаться приходилось несколько суток или даже недель. Поэтому лично я использовал такие умения только если без них и вправду не обойтись…
— Ну что? Есть что-нибудь интересное?