Нянь

– Банджи-джампинг.
– Это прыжок с тросом что ли? В пропасть…
– Ага, – киваю, глядя, как хмурится девушка и качает головой.
– Неее. Это точно не моя тема! Я не прыгну!
– Трусиха?
– Да пусть даже и так, но точно тебе говорю – прыгать не буду.
– Мы прыгнем вместе.
– Ни за что!
– Я сделаю тебе массаж сердца прямо в полете, если что!
– Ты опять говоришь глупости! – смеется Теона. – Не стану и все.
– Ладно. Мы потом с тобой к этой теме еще вернемся.
– Не вернемся, Илья, – хихикает Колючка. – Предложи что-нибудь другое.
– Рафтинг? Дайвинг? Серфинг?
– Стукнуть тебя? Это все очень страшно!
– Так просто кажется. Тебе понравится. Точно говорю!
Попив чай и кофе, мы поднимаемся наверх. Я несу Никиту и укладываю его на кровать. Тео говорит, что когда у мелкого температура, она всегда кладет его рядом на всякий случай.
– После всех твоих рассказов даже спать не хочется, Бриг!
– Можем еще поболтать. Если хочешь, конечно.
Девушка окидывает меня внимательным взглядом, после чего усаживается на постель и хлопает ладонью по матрасу.
– Ладно. Давай…
– И не боишься, что я стану к тебе приставать? Мы же на одной кровати! – игриво шевелю бровями, что снова вызывает смех Тео.
– Побойся бога! Здесь ребенок!
– А если бы не было? Если бы он спал в своей кроватке?
– Если бы да кабы… Прекрати отпускать пошлые шуточки!
На самом деле, я вижу по лицу девушки, что она сильно устала. Но поболтать соглашаюсь. Правда, Теона засыпает спустя минут двадцать, а я, наблюдая, как они вдвоем с Ником спят, тоже отрубаюсь прямо на постели вместе с ними.
    
19 глава
Глава 19
Теона
Мне очень хорошо. Тепло и спокойно. Я вижу во сне красивый пляж с золотистым песком, голубое море и зеленые горы. Меня будто окружает что-то мягкое. Будто кто-то укрывает теплом и нежностью мое уставшее тело.
Я улыбаюсь и потягиваюсь. Делаю глубокий вдох, сразу ощущая приятный хвойный аромат, а затем в животе становится жарко. Щекочущее чувство поднимается снизу-вверх и рождает сладкий трепет в груди. Чье-то дыхание касается моего уха и ползет по шее.
Резко распахиваю веки.
Дыхание?
Поворачиваю голову набок и тут же упираюсь взглядом в крепкую грудь мужчины.
Илья Бриг лежит на моей кровати, в моей комнате, и обнимает меня своей лапищей. Это его дыхание скользит по моей шее! Какого черта он спит тут?!
А Никита, тем временем, сладко сопит между нашими телами.
Я осторожно тянусь к сыну и трогаю лоб. Горячий, но не сильно.
Пусть малыш поспит еще немного.
– Илья? – шепотом зову мужчину, разглядывая его умиротворенное лицо и длинные пушистые ресницы.
Даже у меня таких нет! Я уже думала об этом?
– Илья?! – снова зову, когда мужчина не реагирует.
Впрочем, он и теперь не реагирует.
Проклятье!
Поджав губы, откидываюсь головой на подушку, но в тот же миг снова подскакиваю, потому что ладонь Брига неожиданно скользит вверх по моей пояснице и поглаживает.
В памяти яркой вспышкой рождается момент из прошлого, когда я уже просыпалась в одной постели с ним. И чем это закончилось, я тоже помню…
– Бриг, если ты притворяешься спящим, чтобы полапать меня, я тебя убью! – шиплю на мужчину и стараюсь аккуратно смахнуть с себя его руку так, чтобы при этом не разбудить сына.
Уголки губ Брига еле заметно дергаются вверх.
Вот же… Он нифига не спит! Обманщик!
– Все собираешь новые истории, чтобы потом рассказывать другим девушкам? – щипаю мужчину за плечо.
– Ауч!– смеется Илья.
Но глаза так и не открывает.
– Знаешь, Колючка, а таких историй, как с тобой, у меня почти нет. Точнее, они и есть только с тобой, – хрипло говорит мужчина все еще с закрытыми глазами.
– Не подмазывайся! Немедленно выметайся из моей кровати. У тебя своя есть! Что ты вообще здесь делаешь?
– Так ты же сама была не против вчера ночью, чтобы я остался, – улыбается Илья во все тридцать два.
– Я была не против, чтобы ты остался на поболтать! Речи о «спать в одной постели» не шло!
– Да? Нууу, я так сразу и не понял. И ты уже уснула, так что я не мог переспросить. Вдруг ты хотела, чтобы я остался, и разозлилась бы, если бы я этого не сделал?
– Ты же понимаешь, что несешь полную чушь опять? И открой уже глаза!
Он сразу подчиняется. Веки распахиваются, и теперь я вижу, как внутри его зрачков пляшут смешинки и веселые черти.
– Открыл. Довольна?
– Еще нет! Но буду довольна, когда ты встанешь с кровати!
– А если я не хочу?
– Что значит, не хочешь?! Я хочу.
– Не обманывай, Тео. Я знаю, что нравлюсь тебе, – хмыкает мужчина.
Его горячая рука, которую мне недавно удалось с себя спихнуть, вновь ложится мне на талию и слегка сжимает.
Ощущения слишком приятные, чтобы их можно было просто терпеть. Как и полтора года назад в касаниях этого мужчины, в голосе и запахе есть что-то такое, что затуманивает разум. Мои мысли будто покрываются толстым слоем патоки. Очень трудно через этот слой пробраться здравому смыслу.
Вчера ночью мне действительно было очень хорошо с Ильей. Да и днем тоже. Я имею в виду наши разговоры, его шуточные истории и советы по работе.
Я не глупая, и понимаю, что к Илье меня влечет, но дело не только в этом. Мне с ним интересно. Это все усложняет. Потому что, когда тебе с человеком хорошо как с личностью, становится сложнее его отпускать.
– Убери руку, наглец! – все же пытаюсь сопротивляться зову инстинкта. – Мне нужно проверить сына!
Его брови тут же сходятся на переносице, а хмурый взгляд упирается в малыша, спящего между нами.
– Как он? Температура есть?
– Небольшая вроде. Но все равно стоит измерить точно.
Илья, наконец, убирает ладонь с моей талии и осторожно поднимается.
– Где градусник? Я подам.
– Там. На тумбе, – указываю пальцем.
Когда Бриг поднимается с кровати, вместе с ним сразу уходит тепло и становится как-то некомфортно. Даже Никита заворочался.
«О чем ты, Тео? Ты же сама просила, чтобы он встал. Не выдумывай! Это просто прохладный воздух так действует!»