Эксперименты в академии, или Мой подопытный некромант

После ярко освещенной кухни, темень коридора совсем не радовала. Пару раз даже почудилось будто впереди мелькнула призрачная фигура. Ох! Кажется, Роканции удалось заразить меня своим страхом. Вот так и становятся неврастениками.
И все же я без приключений добралась до своей комнаты и вручила подруге кружку с ароматным напитком. Не знаю, что обрадовало Рокки больше: мое возвращение или чай.
— Где ты пропадала? Неужели она тебя выследила? — набросилась она на меня с расспросами.
— Никто меня не выслеживал. Я просто немного заблудилась и не сразу нашла кухню.
Девушка удивленно округлила глаза. Не стала выяснять, что ей кажется неправдоподобным: мой топографическая дезориентация или пониженный уровень коварства у призрачной смотрительницы. Не дождавшись подробного отчета о затянувшейся вылазке на кухню, Роканция отправилась к себе.
— Я загляну утром, — пообещала красноволосая на прощанье.
Оставшись в одиночестве, я быстро осознала, что впору снова отправляться на кухню — теперь уже за чаем для себя. Подслушанный разговор напрочь лишил меня сна. Я ворочалась, взбивала подушку, устраивала себе гнездо из одеяла, но из головы все равно не выходили слова Винса. Что за договор связывает его с Тезарро? Почему Рина просила отсрочки? Зачем некроманту понадобилась книга по зельеварению? Больше всего меня злило то, что ответов на эти вопросы мне никто не даст. Винс не станет откровенничать, а его невеста (у меня даже в животе протестующе заурчало от этого слова!) и подавно.
Заснула я только на рассвете и испытала чувство дежавю, когда, с трудом разлепив глаза, обнаружила, что Роканция стягивает с меня одеяло.
— Приготовься, мама будет нас сегодня мучать, — заявила подруга.
— Может, все пройдет не так уж плохо, — попыталась я отвоевать одеяло и настроить Рокки на позитив.
— Ты просто ее не знаешь, — не поддалась подруга.
Чтобы не опоздать на завтрак, пришлось в спешном порядке отправиться в ванную и вести дальнейшую беседу с Роканцией оттуда.
— Если бы Рина не уехала, у нас остался хотя бы крошечный шанс уклониться от всех этих примерок, — посетовала подруга.
— Тезарро уехала? — спросила я, едва не подавившись зубным порошком.
— Я видела, как она пролевитировала свои чемоданы в холл, — равнодушно отозвалась Роканция.
— Странно. Я думала, она станется здесь на все каникулы, — сказала я, стараясь казаться такой же равнодушной.
Ну да, мне нет дела до Тезарро. И ее отъезд меня совсем не интересует. Даже в свете подслушанного накануне разговора.
Поверили?
Вот и я себе не очень верю. Однако, вернувшись в комнату, об иллюзорнице предпочла больше не упоминать.
Завтрак прошел в обстановке, которая имела все шансы показаться стороннему наблюдателю спокойной и доброжелательной. Но я отчетливо чувствовала окутавшее столовую напряжение и пыталась понять его причины.
Моему любопытству и тут подсунули губозакаточную машинку, потому что никто из Ристонов и словом не обмолвился об отсутствующей невесте Винса. Глава семьи, наскоро проглотив пару тостов, сослался на занятость и удалился в свою лабораторию. Попытка Роканции увязаться за ним не увенчалась успехом. Далма Ристон мягким, но не терпящим возражений тоном напомнила дочери о подготовке к балу. Мне от нее досталась очередная дружелюбная улыбка, но было и в ней что-то властное. Поэтому я мысленно зареклась когда-либо перечить этой женщине. Некромант на протяжении всего завтрака хранил молчание. Когда он, бросив матери что-то неразборчивое, покинул столовую, я вздохнула с облегчением. Меньше всего мне сейчас хотелось находиться под прицелом его глаз. А в том, что я под ним находилась, сомнений не было.
Не знаю, о чем думал Винс, сверля меня взглядом. Я вот размышляла о его странных отношениях с невестой. Можно было тешить себя мыслью о том, что стала причиной их ссоры. Но интуиция подсказывала, что все гораздо сложнее и запутаннее.
— Ну что ж, девочки. Думаю, самое время отправиться в мой будуар и как следует поработать над вашими образами, — Далма Ристон отвлекла меня от мыслей о некроманте, звонко хлопнув в ладоши.
Следующие три часа прошли под знаком трех «Ш» — шелка, шифона и… шока. Каюсь, дома я частенько листала глянцевые журналы, пестревшие эпатажными образами отечественных и зарубежных знаменитостей. Добавьте к этому регулярный просмотр музыкальных каналов и постоянное зависание в социальных сетях. Все это должно было меня подготовить к карнавальной моде магического мира. Но не подготовило. Наряды не поражали излишней откровенностью или, наоборот, строгостью. Удивляла фантазия, с которой они были созданы. Платья словно пытались перещеголять друг друга в оригинальности. Роканция оказалась более стойкой к буйству фасонов, тканей и отделки, но и на лице подруги я время от времени ловила немое изумление.
Не замечая нашего состояния, Далма, как заправский фокусник, продолжала извлекать из шкафа один наряд за другим. Очень быстро у меня появилось подозрение, что мебель в покоях хозяйки Ристон Холла магически зачарована и способна вместить в себя ассортимент по меньшей мере дюжины магазинов одежды.
Расшитый красными чешуйками лиф, плавно переходящий в золотые всполохи юбки, позволял создать образ феникса. Закрытое платье бирюзово-зеленого оттенка с белоснежным фигурным многослойным воротом превращало девушку в редкий для Дилоры цветок — агератум. Нечто, отдаленно напоминающее тунику из тяжелой серебристой ткани, олицетворяло одну из древних богинь, о которых на своих лекциях нам рассказывал профессор Игнас.
Роканция в очередной раз с мученическим видом обошла ряд стульев с резными спинками. На них были разложены отобранные Далмой наряды, и подруга внимательно осмотрела каждый. Остальные платья оказались свалены на диван. Заранее сочувствую горничным, которым придется все это разбирать и возвращать в хозяйский шкаф.
— Может быть, посмотрим что-нибудь еще? — Далма Ристон с готовностью потянулась к распахнутым дверцам.
— Нет! — одновременно выпалили мы с подругой. Переглянувшись, мы поняли друг друга без слов. Пора было что-то выбирать.
Вопреки осторожным, но настойчивым советам Далмы, Рокки выбрала для себя платье-цветок. Я тоже решила поскорее определиться с нарядом, но, проходя мимо дивана, задела рукой что-то полупрозрачное. Гора платьев опасно накренилась.
— Что это? — спросила я, вытащив из шаткой конструкции огромные крылья.
— О! Это наряд феи-фрейлины, — с готовностью просветила меня Далма. — Хочешь примерить, дорогая? Я посчитала его заурядным, но…
Женщина быстро раскидала несколько платьев, лежавших сверху и протянула мне зеленый наряд, богато отделанный золотым шитьем и кружевами. Ловким движением Далма закрепила крылья на платье, и я невольно испустила вздох восхищения.
— Кажется, это платье само тебя выбрало, — хихикнула Роканция.