Мама для дочки чемпиона

Во дворе нашего дома все вышли и мы в тысячный раз приняли поздравления, с пожеланиями любви и счастья. Конечно же горько на бис.
Наконец Никита попросил Женю развести часть его бывшей команды по домам, его заместитель с опаской поглядывал на шумных спортсменов, но согласился без пререканий.
Папа сам вызвался подвести Славу с Дашей, они ведь уже знакомы.
Потом Даша забрала у шофёра лимузина мой пакет с вещами, в которых я приехала к Роме в студию и протянула мне.
– Я про них совсем забыла! – воскликнула я, Никита тут же забрал у меня пакет, хотя он был не тяжёлый.
В квартиру Никита занёс меня на руках.
– Мама сказала, что так положенно, – невозмутимо ответил он на немой вопрос в моих глазах. – Ого! Ничего себе! – Никита остановился в прихожей, я тоже повернула голову.
Поперёк широкого коридора висела натянутая гирлянда из белых искусственных цветов, по бокам на полу стояли вазы с живыми белыми розами.
– Вот почему они так странно себя вели, – наши мамы готовили нам сюрприз.
– Конспираторы, – добавил Никита, а я с наслаждением скинула туфли и повесила норковый жакет. Ноги гудели от усталости, но это никак не мешало моему счастью.
Дорожка из лепестков белых роз, указывала дорогу в нашу спальню и мы поняли, что это всего лишь часть подарка.
– Боже! Какая красота! – я остановилась на пороге, затаив дыхание.
На тумбочке, возле кровати был включен ночник с фигуркой белого ангелочка с луком и стрелой в руках, он прицелился в сторону нашей кровати. Сама кровать была застелена в белое, шёлковое постельное бельё с кружевами. В изголовье, тоже была гирлянда из цветов.
На столе, на подносе из серебра, стояла бутылка шампанского и два бокала, рядом красивая ваза на ножке и в ней виноград, под вазой накиданы конфеты.
– Надо это сфотографировать на память, – предложила я.
– Я сейчас, – Никита кудо-то ушёл.
Стянув перчатки, я посмотрела на своё обручальное кольцо на пальце, оно было простое, без всяких камней, но значило очень много. – Дверь входную, забыл закрыть и пакет с вещами в подъезде остался, – объяснил он, вернувшись.
Я достала свою сумочку, а из неё телефон.
– Это самый необычный подарок, – сказала я, фоткая телефоном украшенную комнату.
– Милая, любимая, единственная, желанная, невообразимая, самая красивая, – открывая шампанское, Никита смотрел на меня.
– Наедине, это звучит лучше, – вспомнила я про конкурс в ресторане. – Я тебя очень люблю! – сказала я улыбаясь и принимая бокал из его рук. – Сегодня мне папа сказал, что очень любил маму и до сих пор очень тоскует по этим чувствам, хотя их уже нет, – мне стало страшно, вдруг с нами тоже такое случится. 
– Я-то тебя точно никогда не разлюблю и буду делать всё, чтобы твоя любовь никуда не делась, – Никита взял меня за плечи и притянув к себе, поцеловал.
Вытащив кучу шпилек из волос, я освободилась от фаты.
– Тебе придётся меня расшнуровывать, – я вернулась из прихожей, где стояла у большого зеркала, Никита стоял уже в одних брюках.
– Ты серьёзно упакована, – сказал он, развернув меня спиной.
– Мне даже дышать легче стало, когда я почувствовала, как Никита уже растёгивает молнию, разобравшись со шнуровкой. Он помог мне вылезти из платья.
– Спасибо, – сказала я, засовывая платье в специальные плечики с крючками.
– Сегодня день сплошных сюрпризов, – повернувшись, я поняла, что Никита смотрит на чулки, которые были на мне вместо колготок. По его взгляду я всё увидела и невольно засмеялась.
Не обращая внимания на мой смех, Никита смотрел, как завороженный, а я с наслаждением купалась в этом любимом взгляде, полного желания.
– Сегодня и всегда, ты самое яркое впечатление в моей жизни, я очень тебя люблю, – шептал он, прижимая меня к своей груди, зарываясь лицом в моих волосах, а я в этот момент была уверенна, что нет сейчас никого на свете, счастливей меня.
Проснулась я на завтра в половине первого дня. Вместо подушки, под головой было любимое плечо Никиты.
Он услышал, что я зашевелилась и прижал меня к себе.
– С добрым утром, жена, – услышала я и подняла голову.
– Привет, муж, – улыбаясь, ответила я.
Мы позвонили мамам и поблагодарили за подарок.
Я сказала, что это было волшебство, Екатерина Ивановна засмущалась, я это поняла по её голосу и призналась, что идея принадлежит моей маме.
Пообещав, что мы заберём Соню вечером, продолжили воляться в постели.
– А когда будет суд? – я почему-то думала, что Никита не захочет сейчас разговаривать об этом.
– Леонид Захарович с денисом завтра поедут в суд, они ждали нашу свадьбу, просили меня приехать вечером в их контору, – он приподнялся на локте и с улыбкой посмотрел на меня. – Не переживай, хоть судья и зануда, как выразился твой отец, но я уверен, что с такими крутыми адвокатами, всё будет по-нашему, – Никита смотрел на меня обожающим взглядом.
– Ты ведь мне будешь рассказывать, что происходит? – спросила я с улыбкой.
– Обязательно, всё в мельчайших подробностях, – пообещал он.
– Тогда я в душ и поедем за Соней, мне кажется, что её нет дома, уже целую вечность, – сказала я и начала выбираться из-под одеяла. 
 
Никита открыл дверь своими ключами, когда мы приехали к Екатерине Ивановне.
Соня с визгами радости, прыгнула на меня с разбегу, потом переползла к отцу, не спускаясь на пол.
Кирилла оказывается уговорили дождаться нас, чтобы мы его увезли домой.
Нас накормили, я только за столом поняла, что очень голодная.
– Завтра мы с Катей уедем опять ко мне, – сообщила мама.
– А вы если что звоните, – добавила Екатерина Ивановна, поймав мой сожалеющий взгляд.
– Мы с тобой даже толком не повидались, – произнесла я, отодвинув тарелку.
– Успеем ещё, как только всё утресётся, вы на недельку ко мне приедете отдохнуть, – с улыбкой успокаивала меня мама. – Тебе ведь всё равно завтра на работу, – напомнила она.
Почти всю дорогу мы ехали молча, Соня чувствуя моё напряжение, играла в планшете, а у меня в ушах эхом отдавались мамины слова: “утресётся”.
От мысли на что именно способна Светка, чтобы нагадить нам, мне становилось страшно. Тем более я лично убедилась в том что дочь ей не нужна, вспомнив, как я заметила тогда Светку во дворе, возле дома Екатерины Ивановны, она даже элементарного интереса не проявила к собственному ребёнку.
Я обрадовалась, когда Никита позвал нас подняться к Славе с Дашей, мне нужно было переключиться.
Кирилл сразу позвал Соню, чтобы показать свою комнату, она вернулась через пять минут.