В тени кукловода
Буйное воображение тут же нарисовало вполне убедительную картину моего недолгого полета в бездну, если я воспользуюсь любезным разрешением Тициона. Вдруг он столкнет меня в пропасть, выбрав момент, когда я потеряю бдительность? Звучит глупо, потому как у него нет никакого резона так делать, но мельчайшие волоски на моем теле мгновенно встали дыбом.
– Спасибо, я постою, – вежливо уведомила я и на всякий случай попятилась, стараясь держаться подальше от зловещего края скалы, за которым начиналась бесконечная водная пустыня.
– Как знаешь. – Тицион пожал плечами. Надолго замер, уставившись задумчивым взглядом вперед.
Впервые за все время нашего знакомства его лицо расслабилось. Почти исчезли жесткие властные складки, пролегшие от крыльев носа к уголкам рта. Разгладилась глубокая вертикальная морщина, разломившая переносицу. И на какой-то миг почудилось, будто передо мной сидит совершенно обычный старик, вспомнивший свою юность.
Но вот Тицион тряхнул головой, и на его лицо вернулось прежнее отстраненно-безразличное выражение. Взгляд посуровел, а губы сложились в привычную презрительную гримасу.
– Знаешь, Доминика, – проговорил он холодно, впервые за все время назвав меня по имени. – Не стоит считать меня самодуром или тираном, помешанном на власти. Многие века я вообще не помышлял о каком-либо престоле. Менял миры, женщин, занимался только тем, что приносило мне удовольствие. В общем, жил на полную катушку и в свое удовольствие. Но однажды мне стало скучно. Развлечения приелись, и я внезапно решил сделать что-то по-настоящему хорошее. Вписать свое имя в историю этой реальности. Ты в курсе, наверное, что игрокам запрещено напрямую вмешиваться в жизни обычных людей. И я не побоялся пойти наперекор этому. Отказался от главного условия игры, прекрасно понимая, что расплата рано или поздно последует. Однако не страшился этого.
Я слушала Тициона и не верила ни единому его слову. И вообще, с чего вдруг он решил излить мне душу? Рассчитывает, что я оценю столь неожиданную откровенность и перейду на его сторону? В таком случае – зря. Пусть даже Тицион сделал немало хорошего для нашего мира, но все равно. Нельзя властвовать вечно. И тем более нельзя использовать для удержания власти те способы, которые использовал он.
Естественно, все эти соображения я предпочла оставить при себе. Иначе опять начнется никому не нужный спор, в котором у каждой стороны будет своя правда.
– Я добился своего. – Тицион горделиво приосанился. – Мое имя отныне и навсегда вписано во все летописи как Нерия, так и остальных планет. Да, признаю, не всегда я действовал справедливо или милосердно. Но всегда мои поступки приносили больше пользы, чем вреда. Пусть не сиюминутной, но в перспективе точно.
И опять я предпочла промолчать. Лишь неопределенно пожала плечами.
– Неужели смерть нескольких человек способно перечеркнуть все то, что я сделал? – спросил Тицион, вновь устремляя взор в неспокойный океан. – Ведь в итоге я спас сотни тысяч, если не миллионы жизней.
Тяжело вздохнул, горестно поджав губы и нахмурившись.
Я мысленно усмехнулась, не особо поверив этому представлению. Хотя стоит признать, что притворялся Тицион превосходно. Так и казалось, что сейчас он пустит скупую мужскую слезу, сетуя на несправедливость.
– Почему вы все это мне говорите? – сухо спросила я.
Тицион вдруг лукаво улыбнулся. Еще раз поболтал ногами и встал, на сей раз гораздо легче и проворнее, чем опускался.
– Вообще-то, я убивал время, – признался он. – Таскать тебя по мирам в полном молчании было бы как-то глупо. К тому же я люблю порассуждать вслух. Как понимаешь, собеседников-то у меня не так-то и много. И не всем можно рассказать столько, сколько я рассказал тебе.
– Чем же я заслужила такую милость? – хмуро поинтересовалась я, заранее понимая, что ответ мне не понравится.
– Тем, что ты скоро погибнешь. – Тицион улыбнулся шире. – Знаешь, откровенность перед обреченным врагом – самая сладкая откровенность в мире. Только ему ты можешь поведать все свои секреты, потому как унесет он их в могилу.
Ну да, как и следовало ожидать. Его величество в своем репертуаре. А ведь мне на какой-то краткий миг показалось, что в нем действительно остались хоть какие-то человеческие эмоции.
– А на самом деле, это путешествие было тщательно продумано, – продолжил Тицион. – Какие эмоции ты при этом ощутила? Удивление, страх, негодование. И ты резко исчезла из нашей реальности. Луциус ведь связан с тобой мысленно. Как думаешь, что он подумал, когда понял, что больше не ощущает тебя в этом мире?
Сдается, я догадываюсь, куда клонит Тицион. И я заранее напряглась.
– Да-да, деточка, он решил, что ты погибла. – Тицион фыркнул от сдерживаемого с трудом смеха. – И начал делать ошибки. Пора возвращаться. Мне доложили, что он требует со мной немедленной встречи.
Тицион знакомо прищелкнул пальцами – и мир вокруг меня задрожал, изменяясь. Хриплое рычание волн сменилось треском колючих искр, окутавших нас. Надежная твердь скалы под ногами вдруг превратилось в подобие мягкого желе, дрожащего от малейшего движения. И через мгновение все исчезло.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
СХВАТКА
Глава первая– Вашарий, какого демона?!
Тицион раздраженно метался по просторному кабинету, зло кривя тонкие губы. Нет, он не кричал, но от этого было еще страшнее. Его величество говорил тихо, и в его тоне то и дело проскальзывало воистину змеиное шипение.
– Ты сообщил мне, что Луциус требует со мной немедленной встречи, – продолжал бушевать Тицион. – Я был абсолютно уверен, он уже здесь, во дворце! И лишь по этой причине вытащил его жену из другой реальности!
Остановился напротив высокого худощавого мужчины, который словно спал с открытыми глазами, стоя посреди кабинета и глядя прямо перед собой.
Я в свою очередь забилась в самый дальний и темный угол между двумя книжными шкафами, наивно надеясь, что о моем существовании вообще забудут.
Из созданного Тиционом мира мы перенеслись именно сюда. Все то время, пока туман чар не развеялся, мое сердце по ощущениям вообще не билось. Так сильно я боялась, что сейчас стану свидетельницей жестокой расправы над Луциусом.
Когда я увидела Вашария Дахкаша – то не сразу поверила глазам. Принялась взволнованно озираться, чувствуя, как в глубине души нарастает паника, которая тугой удавкой перехватила горло, не давая набрать в легкие воздуха. И лишь после того, как убедилась, что в кабинете больше никого нет, позволила себе тихонько перевести дыхание. После чего бесшумной мышкой отступила подальше, ощутив, как от короля тугой волной повеяло гневом.
– Ну? – повелительно бросил Тицион. – Так и будешь молчать?
– Простите, ваше величество, – спокойно проговорил Вашарий. – Я не думал, что вы поймете меня превратно. Луциус Киас действительно готов с вами встретиться. И чем быстрее – тем лучше.