(Не)счастье для морского принца

Я посмотрела на этого хитреца. И снова он соблазняет меня жемчугом, умасливает красивыми речами вместо того, чтобы дать развёрнутые ответы на мои вопросы.
— Зачем тебе я на этом отборе? — спросила требовательно и в какой-то мере холодно.
Сложно, конечно, спорить с мужчиной, у которого ты неприлично восседаешь на коленях, но я из тех людей, которые себе стараются не врать. Мне приятна такая близость с ним. В ней есть что-то пикантное и в то же время родное. Мы, конечно, не брат с сестрой, но рядом с Ульсом я всегда чувствую себя надёжно и уверенно. Даже, может, самоуверенно.
В общем, сижу и сижу. Кто вообще об этом узнает и осудит? Лично я никому не скажу!
Разве что Мире. И Таяне. И Серене, конечно, проболтаюсь. И Кори… Ой, да Корделии можно доверить личную сокровищницу, она никогда не предаёт друзей. Главное, не рассказывать нашей некро-драконице Софи: у той язык как помело, она за блестяшку Родину продаст.
— Ты нужна мне невероятно, Бри. Даже не представляешь, насколько. Мне нужен далёкий от подводных интриг и политических течений человек, который сделает непредвзятый выбор. Это требование совета. По факту, это требование оппозиции.
— Какая разница, ты или я озвучим решение? Каждый понимает, что я назову нужное тебе имя. Не понимаю логики.
Ульс закатил глаза.
— Не назовёшь. Дар свахи тебе не позволит.
До чего меня бесит это мужское самомнение!
— Да ну. Не может такого быть, — решила сопротивляться я из принципа. Ну ладно, из вредности.
— А ты когда-нибудь пробовала солгать в данном вопросе?
Ульс выглядел чуточку ехидно, и это меня раздразнило ещё сильнее. Хотелось доказать, что он не прав, но чувство справедливости не позволяло.
— Попробую, — произнесла, признавая, что не всё знаю о собственном даре. — Серена и Эйнар не… не… не… Они созданы друг для друга. О-о-о!
— Я был прав.
— А я и не отрицала. Лишь проверила твои слова, поскольку не владела полной информацией о своём даре. Эксперимент удался. Ты прав. Теперь рассказывай дальше. Кому нужна моя правда? Неужели оппозиция безоговорочно примет мой выбор?
Я едва не прыгала на его коленях. Затем сообразила, что это выходит уже за рамки даже моей бессовестной натуры, и попыталась осторожно переместиться на пол, но лже-дракон вернул меня назад, ещё сильнее прижал к себе.
— Примет. По сути, Бри, твой дар — благословение для подводного мира. Если бы ты отказалась и не прибыла на отбор, началась бы кровавая бойня.
— Она и так началась! — Вздрогнула от воспоминаний этого утра.
— Это ерунда. Девчонки развлеклись и потешили своё самолюбие, показали, на что способны. Испытание шокировало лишь вас с фифой. Если бы я сделал выбор самостоятельно, и кто-либо из совета наморщил нос, проявляя недовольство, от его рода не осталось бы и следа. Точнее, напротив. Остался бы кровавый след. Ненадолго. Килг не приемлет сопротивления. Пригласив тебя, я спас как минимум несколько родов — Авроры, Каси, Леюшки, да почти всех девчонок. Они не умеют сдерживать эмоции и точно бы пострадали.
Вот тебе и два демона у власти — один хочет всех убить, второй — всех спасти. Не знаю, плакать или смеяться, честное слово.
— Не хочу показаться эгоистичной, но ты ведь меня знаешь…
— Ты не так эгоистична, как думаешь, — с усмешкой заметил Ульс. — Ты вообще не эгоистична, Бри. Ты очень добрая и светлая. Немного балованная. Но чудесная.
— Спасибо. Но комплиментами ты не отделаешься.
— Цветы? Конфеты? Шубы? — хохотнул он, притянув меня к себе и вновь погрузив в это подозрительное состояние лёгкого возбуждения.
— Во-первых, отпусти меня.
— Никто не видит.
— Ты демон! Великие боги! Ульс! — дошло до меня с огромным таким запозданием. — Так ты вообще не дракон! Ни капельки! Мамочки!
— Да ты что? Надо же! — очень натурально удивился этот паршивец.
— Получается, тебя можно спокойно касаться, главное — чтобы ты не использовал своё… Я не знаю, как там демоны искушают дам?
— Показать?
Вырвалась, отскочила подальше от этого мурлыкающего гада. Затем и вовсе спряталась за диваном, ещё и подушку вперёд выставила, словно она могла защитить меня от напора чудовищно сильного создания.
— Держись от меня подальше, извращенец! — рявкнула строго.
— Чего это я извращенец? — притворно обиделся Ульс.
— Потому что! — объяснила я со всей доступной мне логикой.
Ульс двинулся в мою сторону, демонстрируя открытые ладони — мол, смотри, какой я весь безопасный, совсем не страшный и вообще лапочка. Только меня не пронять!
— Стой! Я уже поняла, что всё происходящее с тобой — фикция. Притом ещё час назад. Но сейчас вдруг дошло окончательно. Я ведь ничего не знаю про демонов. У вас бывают избранные или истинные пары? Предначертанные? Ещё какие-нибудь? — затарахтела я, пытаясь остановить приближение внушительной фигуры. С опасными соблазнительными способностями!
— Нет. Мы сами строим свою судьбу.
— У, — протянула я, наморщив нос. — Неинтересно.
— Напротив. Элемент неожиданности делает любые отношения пикантнее.
— Так, стой где стоишь! — приказала я грозно, когда он сделал ещё пару шагов.
Ульс поднял руки вверх, но выглядел так, словно сейчас умрёт от смеха. Ну что за чудовище? На него ни накричать нельзя, ни поссориться с ним. Какой-то он слишком идеальный и классный!
Мамочки, что я такого тут себе навыдумывала? Конечно, он не классный! Он вообще полудемон! С ведьмовской силой.
Демон с магией жизни — да я бы ни в жизнь до такого не додумалась!
Меня затрясло от смеха.
— Что такое? — не понял он внезапную смену настроения у прекрасной меня. — Чего хохочешь? Я тоже не против посмеяться.
— До меня только что дошло, что ты кровожадный демон с магией жизни. Скажи кому — не поверят! — всхлипывая и в прямом смысле загибаясь от хохота, выдала я. — Ой, не могу.
— Я не кровожадный, — заметил Ульс. — У меня вообще совершенно иная магия, отличная от отцовской.
 
— Какая? Заставлять людей корчиться в муках от хохота? — пошутила я.
— Что-то вроде того, — подозрительно довольно мурлыкнул Ульс, и желание хохотать испарилось, словно его и не было.
— Ты плохой демон? — задала я дурацкий вопрос. О чём тут же пожалела.
— Ну что ты, я белый и пушистый, милый и мирный демон, — ответил мне этот…
И как его теперь называть? Я уже привыкла величать Ульса «драконищем поганым», «ящером», «чешуйчатым злыднем». Про себя, конечно. Теперь, выходит, придётся придумывать новые прозвища.