Паутина. Книга 3

— Так, парни, — громко объявил Сигурд, прерывая их беседу, — на уровне глаз вынимаем три кирпича, потом под ними вынимаем вниз ещё ряда четыре. Кирпичи аккуратно складывайте внизу, остатки раствора сразу сбивайте, чтобы не суетиться с этим если что. Девчонки, внимательно отслеживаем, что там на другой стороне.
Кирпичи поддались легко — плохой раствор, состоящий в основном из песка, не сопротивлялся и легко выкрашивался. Не прошло и десяти минут, как образовалась достаточно большая дыра, за которой была чернота.
— Марин, сможешь? — вопросительно посмотрела на неё Марта.
— Смогу, — кивнула Марина. — Пропустите-ка, мальчики.
Она сосредоточилась, и по потолку зала за перегородкой разлилось свечение, осветив всё помещение. Зал был пуст, только на полу было несколько куч какого-то мусора, происхождение которого определить было невозможно. На толстом слое пыли не было никаких следов — что бы здесь ни было, по полу оно не ходило.
— Пусто, — констатировал очевидное Сигурд. — Парни, аккуратно расширяем дыру вниз, чтобы пролезть можно было.
Ратники взялись уже было за следующий кирпич, как одна из куч зашевелилась и вдруг рывком поднялась, превратившись в гротескную фигуру. Давление резко усилилось, и Сигурд в сердцах выругался.
— Так и знал, что какая-то пакость тут обязательно будет. Мика, а ну-ка, всади очередь в это чучело, — скомандовал он.
Ратник просунул ствол в дыру и зарядил короткую очередь. Фигура покачнулась, но осталась стоять. Мика нажал на спуск и уже его не отпускал. Пулемёт грохотал, но существо лишь подёргивалась под ударами пуль. Затем оно протянуло руку в сторону дыры, и ратник, перестав стрелять, с тихим стоном повалился на пол.
В этот момент, наконец, очнулись и остальные. Девушки-Владеющие атаковали всем, чем могли, но непонятное существо проигнорировало все их потуги. Любые силовые воздействия, казалось, обтекали его, и даже взметнувшийся под фигурой язык пламени моментально опал и исчез без следа. Совершенно не замечающее атак существо, немного покачавшись на месте, неторопливо зашаркало в сторону пришельцев, опять поднимая руку. Положение спасла Марина — её воздушный удар подхватил неуязвимую тварь, и та, кувыркаясь, полетела в дальнюю стену. Мощный удар заставил стены вздрогнуть, но существо просто стекло вниз по стене, тут же зашевелилось и снова начало вставать. И что было совсем плохо, на полу зашевелились ещё две кучи.
— Парни, быстро закладывайте дыру, — рявкнул Сигурд, и ратники засуетились, торопливо плюхая раствор и засовывая кирпичи обратно. — Марина, откидывай их пока подальше. Девочки, вы тоже старайтесь, пробуйте ещё что-нибудь.
Давление накатывало волнами, и даже Марина чувствовала, что её защита поддаётся. Ратники на глазах теряли силы, но заделать дыру всё-таки успели.
— Слабый нынче мужчина пошёл, — вздохнула Марина, глядя на лежащих ратников. — Марта, ты помоги Сигурду идти, а этих мы потащим. Девочки, берём по одному и двинулись скорее отсюда подальше, а то помрут ещё, чего доброго.
 
* * *
К Драгане я попал сразу — с самого нашего возвращения из Нижнего мира меня зачислили в категорию особых посетителей, которых не положено мариновать в приёмной. Секретарша приветливо улыбнулась мне, кивнув на дверь, и я прошёл в кабинет мимо сидящей на стульях небольшой очереди. Меня проводили недоброжелательными взглядами, но скандалить никто, разумеется, не решился.
— Кен? — удивилась моему появлению Драгана. — Что-то случилось? Ты какой-то озабоченный.
— Привет, Гана, — вздохнул я, усаживаясь. — Озабоченный, верно. Я к тебе официально, по делу, прямо касающемуся княжества в целом и конкретно Круга Силы.
— Официально? — удивилась она. — Ну что же, слушаю.
— Под участком, который княжество передало нашему семейству под застройку, оказалось три уровня подземелий.
— Да уж знаю, — засмеялась она. — Разворошил ты муравейник, весь Разбойный приказ сейчас с вытаращенными глазами бегает. А заодно и Работный с Податным.
— А что такого случилось? — удивился я. — Это как-то мимо меня прошло.
— Ты жульё страже сдал, помнишь? Причём не городской страже, а княжьим людям. Вот Гессен и начал интересоваться, каким образом преступники так долго там сидели, и никто их не трогал. Много всякого повылезло. А ещё там у тебя разные предприниматели сидели.
— Да этим я просто приказал убираться.
— Они-то убрались, но Курт всё равно с ними пообщался и предложил прощение грехов в обмен на покаяние. Они сразу сдали тех, кто их покрывал в страже и в Работном приказе. В общем, в приказах прошли аресты, даже пара начальников отделов в тюрьму переехала. Ты больше так не делай, а то у нас совсем некому будет работать.
— Да уж, сочувствую, — хмыкнул я. — Однако ворьё я никак не мог отпустить, так что деваться мне было некуда, сама понимаешь. Но я к тебе не из-за этого. Эта суета с приказами, можно сказать, ерунда, мелкое копошение.
— Даже так? — моментально стала серьёзной Драгана. — Рассказывай.
— Серьёзные проблемы начались при обследовании второго уровня, в который был завален проход. Часть уровня была запечатана, и рядом с этой секции ратники быстро начинали чувствовать слабость, дело доходило до обмороков. Разумеется, мы не могли оставить это просто так, и секцию начали распечатывать. Там обнаружились ожившие трупы, которые высасывали жизнь, и которые игнорировали как пули, так и воздействия Силой. Команда сумела запечатать секцию обратно и отступила. Распечатывать третий, нижний уровень мы уже не рискнули.
— Если ты таким образом решил проявить остроумие, Кеннер, то ты выбрал неправильное время и место, — заметила Драгана поморщившись.
— Всё верно, — согласно кивнул я, — вот и я точно так же отреагировал, примерно этими же словами.
— Ты что, хочешь сказать, что эти вот глупости, про ожившие трупы — это серьёзно?
— Ты не представляешь себе, насколько по-идиотски я себя чувствую, пересказывая тебе эту бредовую историю, — вздохнул я. — Но да, это серьёзно.
— Мне всё-таки кажется, что таким вещам место исключительно в дешёвых романах.
— Как оказалось, не исключительно там.
— Может, над тобой всё-таки подшутили?
— Восемь человек написали в своих рапортах одно и то же. Некоторые из них пользуются моим полным доверием, а командовавший операцией сотник Сигурд Йенсен чувства юмора лишён совершенно. По-моему, для него концепция шутки находится вообще за пределами понимания.
— Написали одно и то же? — сразу заинтересовалась Драгана.
— А, понял, о чём ты, — догадался я. — В общем одно и то же, но в мелких деталях рапорты различаются, местами даже друг другу противоречат. Нет, Гана, это явно не наведённая галлюцинация.
— И всё-таки — какие-нибудь доказательства этому есть?