Булочная для ведьмочки

Ведьмочка внутренне вся напряглась, надломила хлеб и протянула половину Фредерику.
- Что ты голову повесила? - спросил Фред, заглядывая ей в лицо. – Сейчас проклятье снимем, и буду, как новый. А раз уговор уже выполнен, то и ты сможешь заняться любимым делом. Булочную же я тебе обещал. Так слово свое сдержу.
Агнесса опустила голову, стараясь не выдать своих чувств. Ей даже грустно было от того, что и путешествие их подходит к концу, и надо бы уж насладиться последними мгновениями рядом с принцем. И ядро резерва так предательски потяжелело, и близость этого мужчины так смущала.
- Ну что ты? – Фредерика неимоверно тянуло к ведьмочке. И это уединение, сгустившиеся сумерки, пламя костра, такая интимная обстановка. Он отложил кусок хлеба, так и не притронувшись к нему и, взяв лицо Агнессы за подбородок, приподнял, заставляя посмотреть себе в глаза.
Их взгляды встретились, два небесно-голубых смотрели в такие же небесно-голубые. Словно завороженные они не могли отвести взгляда друг от друга. Фред чуть наклонился к Агнессе. Он не спешил, давая ей возможность отстраниться, ведь он обещал, что не будет донимать ее.
Но она подалась вперед, и их губы слились в нежном поцелуе. Фредерик словно пробовал ее на вкус, постепенно увеличивая напор. Его руки скользнули ниже, притягивая ведьмочку к себе. Агнесса и сама прильнула к Фредерику.
Ядро магии ведьмочки пульсировало, и с каждой секундой эта пульсация все усиливалась и учащалась.
Фред подался вперед и повалил ее на плащ, нависая сверху. Снова заглянул ей в глаза, словно ища ответ, не передумает ли она. Но Агнесса и не думала останавливаться. На нее накатила волна страсти, и ведьмочка отдалась ей полностью.
Принц вновь поцеловал Агнессу, но на этот раз не давая ведьмочке возможности передумать, придавил своим телом впиваясь в ее губы, прокладывая дорожку из поцелуев вдоль шеи и опускаясь к ключицам и ниже.
Агнесса запустила пальцы в его волосы, отдаваясь полностью охватившей их страсти.
Рядом на соседнем плаще лежали две половинки хлеба, испеченного Мюриель, так и не тронутые.
 
 
***
Проснувшись утром, Фред не обнаружил Агнессу рядом. Зато себя он чувствовал просто великолепно. Он ощущал резерв, ядро которого больше не сужалось. И ток магии по всему телу восстановился.
Странно, они должны были съесть хлеб пополам, но даже не притронулись к нему. Однако все получилось и без хлеба. Только вот как?
Из-за деревьев показалась Агнесса. В ней тоже что-то изменилось. Он видел словно легкое свечение вокруг нее.
Фредерик встал, улыбнулся ей, хотел подойти и обнять, но та остановила его жестом.
- То, что было вчера – ошибка, - сказала она. - Точнее выполнение условий нашего уговора.
«Условия? О чем это она?» - пронеслось в голове Фредерика.
- Я помогла тебе снять проклятье. А значит, ты должен мне булочную. И вдобавок, я прошла инициацию. Так что получила все, что хотела.
«Инициация?»
Фред стал судорожно вспоминать все, что он знал об инициации ведьм. Молодые не опытные ведьмы должны провести ночь с мужчиной, желательно с колдуном. И чем выше уровень магии колдуна, тем сильнее станет ведьма после инициации. В этот момент происходит сильнейший выброс силы, который способен исцелять и даже снимать проклятья. А так как Фредерик был достаточно сильным колдуном, то и выброс силы был настолько велик, что снял его проклятье.
«Для этого она переспала со мной? Болван! – он чуть не стукнул себя по лбу. - Ты-то думал, что она так же влюблена, как и ты».
Взгляд Фреда стал жестким.
- Что ж, рад за тебя, - он чувствовал такую боль в груди, словно ее сжали железными тисками. Но внешне и бровью не повел. – Как только попадем в город, пути наши разойдутся.
Сказав это, он подхватил с земли плащ и надел его, готовясь к обратной дороге.
    
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 21
Шли молча, каждый в своих мыслях. Агнесса шла с высоко поднятой головой. Лишь изредка бросая косые взгляды на Фреда. Тот шел хмурый и очень сосредоточенный.
Встав этим утром, Агнесса просто постыдно сбежала от Фреда. Она боялась, что проснувшись, он будет к ней равнодушен, мол, «спасибо это было интересно, а теперь идем по домам».
Она не хотела видеть безразличие в глазах принца и очень этого боялась, поэтому умывшись и собравшись с мыслями, решила, что скажет ему, будто все это было лишь для того, чтобы снять проклятье и получить себе булочную.
Но в тот момент, кода эти слова сорвались с ее губ, она уже о них пожалела. Принц шел к ней навстречу вовсе не с безразличным выражением лица. На его губах играла легкая улыбка, а в глазах плескалось… счастье?!
Но после ее слов он помрачнел, стал отчужденным, замкнулся и больше не проронил ни слова. И сейчас высокомерно шел, даже не глядя в ее сторону и не удосуживаясь подать ей руку, когда они переступали через коряги, или как-то еще помочь пробираться по лесным тропам.
Именно такого отношения она и боялась, и именно этого добилась своими словами.
Агнесса не забывала крошить пряник, который дала им бабка Мюриель. Крошки от него, падая на землю, превращались в красные леденцы с белыми крапинками, которые сложно было не заметить, и которые так походили на мухоморы.
Агнесса с тоской вспоминала Шапочку, которая сейчас очень бы скрасила их молчаливое путешествие своими вопросами.
В себе Агнесса чувствовала колоссальные изменения. Она теперь ощущала все вокруг по-другому: каждую травинку, каждого жучка, притаившегося зайца в кустах, любопытную белку на ветке. Магия плескалась в ней. И также хорошо она ощущала магию принца, которая теперь, и вправду, разливалась по всему телу мужчины, не встречая преград.
Она ощущала, насколько силен этот маг. И знала, что не хотела бы встретиться с ним по разные стороны баррикад. Поэтому, лучше всего, придя в город, тихо заняться любимым делом и не высовываться.
К полудню дошли до деревни. Солнце вовсю грело, но его теплые лучи не радовали Агнессу.
Дом хозяюшки, у которой переночевали по пути к бабушке, и у которой оставили лощадей, нашли быстро. Та была взволнована, когда не увидела с ними свою дочь. Но Фредерик быстро успокоил ее, объяснив, что дочка осталась у бабушки и со дня на день вернется сама.