Последняя Арена 2
— Не боишься, что кто-то другой её умыкнёт? Девка-то она знатная, хоть и мальца чудаковатая.
— А это уже наше дело, — сказал я чуть более грубо, чем хотел.
— Да ты не обращай внимание на стариковские бредни. Дело-то оно молодое, — дядька Ермолай. — Сами взрослые. И без меня разберетесь, — его глаза хитро блеснули. — И правильно ты сказал, что это ваше дело, а не только твоё. То есть не отделяешь ты себя от неё. Ну всё-всё, не смотри так на меня...
— Сговорились что ли? — я ухмыльнулся.
— Так о чем нам тут ещё судачить? Людей-то других в деревне и, посчитай, не осталось. Событий почти никаких. О системе, сам понимаешь, говорить не можем. С городом связи нет. Только муж Елены Викторовны смог рассказать что-то. А Кейру мы все любим. Помогла она нам. Всем и каждому записку передала, когда уезжала. Даже про полковника не забыла, хотя они виделись совсем немного. Да и для тебя есть. Сейчас принесу, — он отправился на кухню. До меня донеслось: — А вот и моя кружка. И как это я её не замечал? Ведь всё перерыл, а она тут...
Наступила тишина. Я ждал, но ничего не происходило. Через пару минут прошел на кухню. Бывший старик, замерев с вытянутой рукой, стоял напротив холодильника. От застывшего человека повеяло странной жутью. Я материализовал кольцо и отступил на пару шагов. Активировал скрытность и проявил доспех.
— Дядь Ермолай, ты в порядке?
Мой собеседник обернулся. Его взгляд расфокусировался. На лице — полная отрешенность. При этом тело конвульсивно дергалось.
— Ты продвинулся дальше первого этажа данжа? — спросил меня чужой скрипучий голос.
— Нет, — я выдвинул лезвие.
— Тогда возьми, — караульный протянул мне сложенный вдвое листок. Затем отвернулся и сказал, — ...стоит, — теперь послышались знакомые интонации. Дядя Ермолай схватил кружку, покрутил её и как ни в чем не бывало поставил её на стол.
— Всё в порядке? — спросил я.
— Ты чего, ирод, в обуви по дому ходишь? Следы же останутся. Не мог подождать десять секунд? Давай-давай, шуруй в коридор. Разувайся и в душ! — он поставил чайник на электрическую плиту. — И чтоб сам потом грязь протер! Я за тебя этого делать не буду!
— Понял. Извини. Сейчас только вещи отнесу, — я потрогал баул.
Что за хрень сейчас произошла? Очень странное поведение. Он прервал фразу, а договорил только через некоторое время. И вот в этот промежуток и произошли изменение. Кейра сделала какое-то внушение или установила программу? В принципе, сейчас нет ничего невозможного.
Я вышел на улицу, открыл гараж и сгрузил крафтовые материалы. Тут же увидел множество других системных вещей. По-быстрому осмотрел, но ничего примечательного так и не обнаружил. Точнее, если подумать, то примечательным было всё вплоть до малейшей колбочки или травинки. Вот только я не собираюсь развиваться в ремесленничестве. Не моё это. Заметил и снегоход, прикрытый плёнкой. Рядом с ним — пару канистр.
Развернул листок и улыбнулся. Написанные символы не отличались от букв, которые были выведены в книгах: печатные, четкие, ровные. Если бы не цвет обыкновенной шариковой ручки, то подумал бы, что Кейра набрала текст на компьютере, а после распечатала файлы. Посмотрим, что мне оставило это рыжее чудо:
«Привет, человек!
Если ты читаешь это послание, то я всё правильно рассчитала. Ты попал в деревню до того, как выбрал магическое направление. Также ты получил много баллов характеристик и не пойдешь выше, пока не распределишь их по всем параметрам хотя бы по пять единиц в каждой. Рекомендую не делать сильного перекоса. Разница между максимальной и минимальной характеристикой должна быть не более десяти единиц.
Теперь о ветках развития. Ни в коем случае не бери энтропию. Я знаю, в каком провале ты был. Тебе может показаться, что это самая выгодная школа. Это ошибка! Хаос обманчив и непостоянен. Ты потеряешь себя. На тебя энтропия будет оказывать повышенный эффект. Через четыре месяца ты сойдешь с ума, а я лишусь своего партнера.
Помни об охотниках. Уничтожь своего врага. Дойди до Арены.
(P.S. Спасибо за проведенные ночи)».
— Всегда пожалуйста, — пробурчал я.
После моих слов листок налился чернотой и рассыпался в дымчатую взвесь. Я помахал рукой, разгоняя образовавшееся темное облачко. И что это такое было? Непонятно. Снова сплошные вопросы и никаких ответов.
Я вернулся в дом и по-быстрому обмылся в душе. После уселся пить кофе со свежевыпеченными булочками.
— Ну что, помогло письмецо-то? — спросил дядька Ермолай, прикладываясь к очередной рюмке.
— Пока что не знаю. А ты вспомнил, как передавал его?
— Уж поверь, сынок, Кейра твоя знает, что делает, — проигнорировал патрульный. — Ей ты можешь доверять.
— Откуда такая уверенность? — меня немного смутило подобное отношение к незнакомой девушке. Она по их мозгам проехалась что ли? Да и, судя по всему, по моим тоже. Нужно срочно получать защиту от ментализма!
— Ты не смотри, что я старый, — проговорил караульный. — В людях-то я хорошо разбираюсь.
— Старик, ты в зеркало-то себя видел? — я ухмыльнулся. — Из-за чего омолодился? Или это секрет?
— Так система характеристику порекомендовала. Вот и взял. Процесс только этот слишком уж болючий, — собеседник скривился, затем опрокинул рюмку и с силой выдохнул. — Тут на почту сообщение от Михалыча пришло. Написал, чтобы я тебе сказал, где ближайший данж. Интересует?
— Да. Ты можешь их чувствовать?
— Могу, — дядька Ермолай хитро прищурился, затем указал рукой влево. — Вон там. Сто тридцать пять метров. Это, наверно, в доме Кузьмичной. Ещё Михалыч написал, чтобы после данжа я тебе автомат с патронами выдал. Но это потом. Сейчас оно тебе без надобности.
— А вы в данжи не ходите? Там же много нужных вещей: броня, оружие. Характеристики опять же.
— Есть такое дело. Вот только... — караульный замялся. — Ты знаешь, какое максимальное количество возрождений можно получить?
— Десять.
— Это да. За каждый этаж дают по одному. А если у тебя уже десять, то что?
— Они просто так сгорают? — выдал я предположение.
— Да. Поэтому-то мы...
Откуда-то снизу раздалась отборная женская ругань. Голос я узнал сразу: Елена Викторовна собственной персоной.
— ...и не ходим, — завершил дядька Ермолай.
— Кому-то, видимо, сейчас понадобится данж, — сказал я, поднимаясь из-за стола. — Спасибо, всё было вкусно.
— Да сиди уж, ещё найдётся.
В проеме показалась недовольная Лена. Её тело облегал древний халат. Вот только даже он не скрывал сексуально выпирающей груди и полных упругих бедер. Не знаю как, но я ощутил, что целостность вымывает из мозга странные внушения. В логе промелькнули надписи: очарования, вожделение... Она молча проследовала к столу, схватила банку с самогоном и сделала глубокий глоток. После произнесла: