Песнь огня

Металлический тест давал несправедливые привилегии, но с Иксионом у руля власти его отмена станет поводом отмотать время на десять лет назад.
– Тогда что же ты станешь…
– Я уже состою в штате Тиндейла в Народной газете. Мне не нужно заканчивать школу.
Но Мегаре не удалось обмануть меня своим равнодушным тоном.
– Собираешься попробовать изменить ситуацию изнутри? – спросила я.
Это была стратегия, за которую она меня высмеивала. Она нахмурилась в ответ на мой сарказм:
– Полагаю, ты здесь, чтобы подготовить еще один контрпереворот? Убить драконорожденных и всех членов Клевера, вернуть Атрея к власти? Все, что для этого нужно, – это устроить небольшую резню…
Я покачала головой:
– Нет смысла. Мы оккупированы. Я видела бассилеанское подкрепление по пути сюда.
Я не могла сражаться с целой империей. Ни с одним драконом, ни даже со всеми драконами Стражников против голиафана Фрейды. Возможно, мы могли бы доблестно выстоять до последнего, но меня это не интересовало.
Каллиполис уже достаточно повидал кровопролитий.
Кому я могла помочь, так это своим друзьям. Они были заперты во Дворце и, насколько я знала, уже подвергались пыткам и смерти. Каллиполис пал, но я по-прежнему отвечала за Стражников.
Допив остатки супа, я поставила миску на покрытый пятнами и усыпанный крошками стол Мегары.
– Ты не видела Кора или Ли с тех пор, как Триархия захватила власть?
Мегара покачала головой:
– Но Ли был довольно дружелюбен со своим кузеном на Народном собрании.
От этих слов у меня по шее побежали мурашки, и я с трудом подавила тревогу.
Мысль о том, что Ли вновь подружился со своей семьей, кажется мне вновь повторяющимся кошмаром, ужас перед которым давно забыт. Я напомнила себе: что бы там ни думала Мегара об увиденном на Народном собрании, я знала Ли и знала Иксиона. И их историю.
– Это дружелюбие – всего лишь уловка. Ли убил сестру Иксиона. И если ты не видела Кора, значит, его арестовали.
Я знала, что она считала Ли близким другом, а Кора, с которым они были знакомы со школы, еще более близким. Мегара барабанила пальцами по сложенным на груди рукам, заметно побледнев.
– Что тебе нужно?
– Проведи меня во дворец. А дальше я справлюсь сама.
 
11 
 Тайный совет
ЛИ
Утром второго дня Реставрации Клевера я присутствовал на заседании первого Тайного совета Иксиона Грозового Бича как Защитник Каллиполиса вместо Атрея. По пути сюда я смыл его кровь с рук в туалете. Государственные служащие были повешены во внутренних двориках, через которые я проходил, все из Золотого сословия и большинство из них – низкого происхождения. Один из них, молодой горец с волосами цвета соломы по имени Деклан, однажды танцевал с Энни на празднике. В рассветном свете на его раздувшемся лице видны трупные пятна.
Либо он провалил тест на преданность новой власти, либо стал жертвой теста на преданность, который прошел кто-то другой. Но послание выглядело вполне очевидным: новый режим не нуждался в паразитах низкого происхождения, которые так высоко поднялись.
Я вошел в Зал Советов, чувствуя, как сжимается мой пустой желудок. Иксион встретил меня на пороге:
– Кузен! Рад, что ты смог прийти. Как прошел твой визит к Защитнику?
– Весьма назидательно.
– Я так и думал. – Иксион протянул руку женщине, стоявшей рядом с ним, ее вуаль была откинута назад, покрывая длинные волосы. – Позволь представить тебе Ее Божественное Высочество, Фрейду Бассилеон.
Знания придворного этикета, которые я приобрел к началу Революции, не были обширными, и за долгое время я многое позабыл. Когда я отвесил поклон, который, как я считал, был уместным при знакомстве, улыбка бассилеанской принцессы показалась мне более чем удивленной. Лицо молодой женщины, явившейся с целью превратить Каллиполис в вассальное государство, не выглядело властным – лицо в форме сердца, светло-каштановые волосы, заплетенные в длинную косу, и лучившиеся улыбкой глаза, однако в ее движениях и осанке сквозила уверенность человека, привыкшего к повиновению. Невозможно забыть, что своей улыбкой она управляла голиафаном и целой империей.
– Лео сюр Пэллор, – гортанно произнесла она на драконьем языке. – Тот, о ком мы так много слышали.
– Ваше Божественное Высочество! – Бассилеанская почтительность, резко контрастирующая с каллиполийской традицией поклонения давно умершим богам, раздражала. На губах Фрейды по-прежнему виднелась улыбка.
Иксион занял привычное место Атрея во главе стола, Фрейда устроилась по правую руку от него, и Иксион жестом пригласил меня сесть слева. Убранство комнаты мало изменилось, лишь знамя Реставрации с тремя драконами, кружащими вокруг черного клевера, сменило революционного дракона на высокой стене. Единственный огромный дракон-грозовик с серебряным гребнем примостился снаружи на балконной балюстраде Огненной Пасти: грозовик Иксиона, Нитер.
На моем запястье по-прежнему не было браслета, и я не мог призвать Пэллора.
Члены только что сформированного Тайного совета Иксиона начали входить в зал. Некоторые из них – определенно давние члены Ордена Черного Клевера, например, Ричард Тиндейл и Люциан Ортос. Однако я сильно удивился, когда увидел среди них тех, кто выглядел не столь воодушевленно: генерал Холмс в замешательстве оглядел символы новой власти на стене, прежде чем занять место; Миранда Хейн, министр пропаганды, с синяком на смуглом лице, прятала дрожащие руки в коленях; Дора Митрайдс, одна из главных представительниц знати Яникула, сделала Иксиону неловкий реверанс, хотя ее губы напряженно поджаты. Вэл Лазаре, предводитель Отверженных и дядя Мегары Роупер, тяжело опустился в кресло рядом с Дорой, которая, с отвращением взглянув на него, отодвинулась подальше.
Интересно, подумал я, им угрожали или подкупили? Или они просто уловили направление изменившегося ветра и выбрали новый курс?
Надеялись ли они, как и я, что еще можно что-то изменить в лучшую сторону, действуя изнутри?
Последним явился Пауэр сюр Итер, громко смеявшийся над тем, что ему только что сказал Эдмунд Грейхизер. Заметив меня, он вскинул бровь. В отличие от меня, ему разрешили оставить браслет, чтобы призывать своего дракона.
Когда все собрались, Иксион начал свою речь:
– Первый Защитник нездоров. В его отсутствие Лео и я будем руководить Каллиполисом: Лео как ваш временный Защитник, а я стану вашим новым Первым Наездником.
Холмс мгновенно среагировал на эти слова, выразив свое недоверие:
– Вы не наш…
Но тут же опомнился и залился краской. Однако было уже поздно. Губы Иксиона скривились:
– Напомните мне еще раз, каким должен был быть результат теста вашего сына? Железо или хотя бы Бронза? Люциан сказал мне, что вы были весьма удивлены вчера этой новостью. – Когда Холмс ничего не ответил, Иксион, сцепив пальцы, положил ладони на столе перед собой. – И да. Вы только что представили наш первый пункт повестки дня. Так называемая Первая Наездница Каллиполийского флота Антигона Фархоллсерф, которая, кажется… скрылась под покровом ночи.