Авиаторы Его Величества
– Уже? – перебил Флейц. – Вы – не дурак, коммандер. Ну, подумайте немного.
И замолчал, давая шанс ответить. Алеманд нахмурился, не понимая, к чему клонил интендант.
Тот вздохнул:
– Эх вы… Кто нынче над Белыми совами?
Леовен знал ответ. Ему словно вонзили абордажную саблю в сердце.
2009
– Элоиза разведала настроения в обществе, – Эдуард ставит последнюю отметку на карте и выпрямляется. – Никто не обращает внимания на скромную секретаршу из Министерства иностранных дел. А серая мышка, между прочим, приносит на хвосте полезные новости…
Эдуард обходит кругом длинный стол, на котором расстелена подробнейшая карта материка Ану и прилегающих островов. Алхимик сидит на краю, где Теклеч, и курит, распространяя клубы едкого дыма. На слова альконца она кивает. За четыре года Элоиза показала себя рассудительной, инициативной и исполнительной. Она отлично справляется с обязанностями.
– План готов? – спрашивает Алхимик.
– Да… Можно начинать.
– Итак?..
Эдуард указывает на штырек с сиреневым навершием, который отмечает крупное ферритовое месторождение.
– Синорский воздушный карьер. Россонцы, конечно, называют его иначе. Единственный источник феррита на территории страны. Одним словом – драгоценность.
– Знаю. Отец выкупил его у Альконта для Россона. Давно.
– Моим соотечественникам демонстрируем «рейдеров», хотя это будет просто охраняющая месторождение боевая группа. Главное натравить на россонцев подходящего альконского капитана. Мы с Элоизой выбрали виконта Соколина. Его семья мечтает о славе, а он сам не отличается умом. Соколин нападет, по сути, совершив налет на месторождение. Враждебность Альконта налицо. При нынешнем обострении отношений Россон взовьется.
– Альконт упрется, что нападение – случайность.
– И не выдаст Соколина, – подтверждает Эдуард. – Семья у Маркавина в фаворе.
– Сможет ли дипломатическая миссия урегулировать конфликт?
– Нет… – хищно улыбается он. – Для нашего просветленного-голоса уже готово место при дипломате. Он сорвет переговоры, вызвав вспышку агрессии, и «погибнет», едва начнутся боевые действия.
Эдуард подходит к Алхимик, отгоняя рукой дым.
– Альконцы – горячие люди, вы знаете. Плюс Маркавину необходима война: утвердиться в глазах традиционалистов. Спасибо, что дали мне шанс поквитаться… Альконцы откажутся признать вину, спишут ответственность на глупость женщин из боевой группы, и все это – под громким лозунгом «бабам не место на флоте». Россонцам же давно надоели шуточки на тему юбки их адмирала. Борьба укладов. Идеально, если адмирал появилась бы на переговорах, но я не рассчитываю на подобную милость Белого Солнца.
– Что-нибудь еще? – Алхимик благосклонно перекидывает трубку в другой уголок рта.
– За четыре года Элоиза помогла десяти бывшим курсанткам Летной академии перебраться в Россон. Девушки очень недовольны отменой закона. Интервью с ними распалит россонский Флот.
– Их вроде было семнадцать?
– Две в Службе государственного спокойствия, остальные – домохозяйки. Кроме той ненормальной, что чуть не разбилась об Игорендскую площадь. Она пишет книги. Да… Мне нечего добавить. Маркавин – сам дурак. Наступаю белыми, мат ферзем, – Эдуард торжествует. – Война начнется максимум через месяц после нападения на Синорское месторождение.
– Надеюсь, вы довольны, – Алхимик спрыгивает со стола и уходит из зала, убрав руки в карманы юбки. – Сообщите мне потом о результатах.
Среди гор Эмрик Архейм.
Акт VI. Теория домино. 25.07.2015
Греонцы считают себя наследниками Этранеи. После распада империи две наименее пострадавшие провинции, Грамарис и Онарис, слились в единое королевство.
Однако нынешний Греон называется «королевством» лишь формально. Монарх не обладает властью и является символом, многие титулы упразднены, у аристократических семей нет влияния, если они не ворочают капиталами. Социальные границы размылись: доступ в Парламент получили богатые финансисты, промышленники, фермеры – все, кто смог купить статус. Поэтому зачастую, когда говорят о каком-нибудь греонском «бароне», имеют в виду не потомственного аристократа, а человека, заплатившего за титул. Иными словами, в стране правят деньги.
Кроме денег, Греон сделал ставку на Институт Инженеризма. В королевстве развита промышленность, ценятся артефакты древнего народа Ану. Ежегодно растет число производств, и путешественники отмечают, что в некоторых городах не продохнуть из-за смога. Безусловный лидер по задымленности – Бронгальд, столица королевства.
Ульрих Миргуш. Торговля титулами
Барон Эмрик Архейм шел по пустому коридору из герцогского дворца к взлетно-посадочной площадке возле рубки. Шаги гулко отдавались под скудно освещенными металлическими сводами; некоторые лампы мигали – резервные генераторы с трудом обеспечивали весь квартердек.
Архейма кольнуло мимолетное недовольство, и он перехватил трость на середине, не давая наконечнику стучать по полу. Иногда барона иррационально раздражал даже незначительный шум.
Это раздражение никак не отразилось на лице Клауса Тейда. Финансист казался деловым и сосредоточенным, хотя план рассыпался на заклепки. Расписание сбилось из-за Службы лорда Корвунд и не до конца покойной капитана Лем Декс, раздери ее живьем автоматоны.
Барон разместил по Альконту нужных людей, закрепился в Гите, похищение Длани отвлекло Службу от последней стадии подготовки на Венетре – идеальная композиция. Ячейки мятежников работали изолированно. Раскроют одну, другие продолжат как ни в чем не бывало. Архейм составил план вместе с заказчиком, чтобы Его Величество Алег VI Маркавин увидел теорию домино в действии. За венетрийским бунтом беспорядки всколыхнули бы сонм горных провинций, и за жалкую неделю герцогство вышло бы из-под власти Короны.
Но Лем стала встречной птицей в небе. Когда в летящий на высокой скорости корабль врезается птерикс, удар выходит втрое мощнее выстрела из крупнокалиберного орудия. Именно так в голове барона выглядело вмешательство капитана в сценарий. Архейм отвел настоящей Длани важное место в спектакле – спровоцировать религиозную распрю между последователями Младших Богов и прихожанами Церкви Белого Солнца. Из-за Лем Служба выхватила реликвию у него из рук, разоблачила кружок Жерана Кернье и обнаружила подпольный склад.
Архейм гадал: кто мерзавка на самом деле? Докторá общественных наук не связываются с нелегальным небом… Как назло, лазейку в Службу прикрыли, стоило ему заинтересоваться ее личностью. Лем обладала уникальным талантом ломать то, что он создавал.
События пришлось форсировать. Кости начали падать, и Архейм понимал: пора эвакуироваться.
Он уже сбежал бы, работай чисто на себя. Однако с заказчиком ссориться не стоило. Особенно с таким. От одной мысли о нем шея барона покрывалась мурашками. Архейм почти провалился, но знание человеческой натуры подсказывало, как умилостивить клиента. Заказчик не столько хотел захватить Венетру и расколоть Альконт, сколько жаждал искупать в грязи Маркавина и альконские ценности: преданность монархии, воинскую честь, духовные традиции. Поэтому барон старался оставить за спиной Катуэйские горы проблем для Коронной Коллегии.