Моя прекрасная повариха

Азора кивнула. Я встал рядом, погладил ее по плечу, давая понять, что она не одна, и я защищу ее и от мертвецов, и от людей.
– Да. Мы приехали на пикник, – Азора кивнула в сторону корзинки, и шеф с тоской посмотрел на бутылку с вином. – Сидели тут, любовались природой… и я вдруг заметила, как солнце играет в воде на чем-то золотом. Всмотрелась и увидела Эвентина…
– Ой! Он кусается! – вдруг воскликнул один из полицейских, совсем молоденький, и второй тотчас же дал ему затрещину.
– Дурак! Это не кусается, это заклинание бьет! Оно его на дне держит!
Шеф Гемини вздохнул и, отойдя от скамьи, сунул руку в карман и вынул полицейский артефакт разрушения чар. Азора повернулась было в сторону пруда, но я придержал ее за плечо.
– Не смотри, не надо.
Азора кивнула и едва слышно прошелестела:
– Мне ведь придется его опознать…
– Не обязательно. Я могу это сделать, я прекрасно его запомнил.
Азора всхлипнула, и я попробовал убедить себя в том, что ей просто страшно. Она просто боится, а не горюет о потерянной любви.
Вскоре мертвеца вынули из воды, положили на траву, и шеф Гемини, понимая женские чувства, махнул мне рукой. Я подошел к нему, угрюмо посмотрел на Эвентина – вот ведь эти эльфийские мертвецы, их даже гниение не берет – и кивнул.
– Да, это Эвентин. Я его отлично помню.
Шеф угрюмо почесал кончик носа.
– Нашли все-таки… Утопили, закрепили на дне заклинанием, чтобы не всплыл. Эльфийская магия, наш артефакт едва смог расколоть путы.
Я взял шефа за рукав, отвел в сторонку и негромко произнес:
– Шеф, извините, конечно, что я в такое время спрашиваю, но вы понимаете в артефактах лучше меня. Есть какой-нибудь, который мог бы исправить внешность?
Шеф покосился в сторону Азоры, которая сидела спиной к пруду и задумчиво ковыряла ручку корзинки для пикника, и мазнул пальцем по щеке. Я утвердительно качнул головой.
– Есть, конечно. Не у нас, в столице, но я про такие читал.
– А сколько может стоить? – поинтересовался я. Во время карантина мне было, о чем думать и переживать, но я все равно крутил в голове мысли о том, как можно разгладить шрамы Азоры и Глории.
Шеф поскреб затылок, назвал сумму, и я понял, что мне понадобится продать «Вилку и единорога». Мне сделалось тоскливо. Шеф усмехнулся.
– Но ты, конечно, жук! Мы тут трупы поднимаем, а ты все равно о своих делах думаешь!
– А о чем еще мне думать? – окрысился я. – Про мертвецов пусть полиция думает, это их работа. А я муж и отец, думаю о семье.
За все это время никто ни словом, ни взглядом, ни жестом не показал, что замечает шрамы Глории и Азоры – в Келлемане люди относятся к такому спокойно до безразличия, считая, что с личка не пить молочка, главное, чтобы человек был хороший – но я чувствовал, как им тяжело помнить себя до шрамов и смотреть в зеркало и всем сердцем хотел это исправить.
Шеф понимающе кивнул.
– Если хочешь, пришлю тебе «Вестник артефакторики». Мы выписываем по полицейской разнарядке. Почитаешь, посмотришь, может, как-то сориентируешься.
– Пришлите, – буркнул я. – И приходите завтра обедать. За мой счет, конечно.
Шеф Гемини улыбнулся. Я покосился в сторону мертвеца, и мне показалось, что Эвентин глумливо ухмыльнулся.
– Придем, – ответил шеф, и я понял, что буду кормить все отделение Келлеманской полиции. – Тут слухи ходили, что ты хотел устроить кулинарный конкурс?
– Хотел, – согласился я. Шеф одобрительно похлопал меня по плечу.
– Вот и правильно, устраивай. Нам всем сейчас нужно что-то хорошее.
    
Глава 9
Азора
Когда мы приехали домой, то я увидела, что все окна на первом этаже ярко освещены. Помогая мне спуститься из экипажа, Фьярви объяснил:
– Я отправил весточку Дархану, это он там. Привез Глорию, чтобы девочка дома ночевала.
Я с благодарностью сжала его руку. Хватит с нас гостиничных стен. Жизнь возвращалась в прежнее русло, и надо было жить дальше.
Шрам напомнил о себе легким жжением. Я дотронулась до него и вновь подумала об Эвентине. Кто отправил его в Келлеман, кто убил? Очередные козни моего бывшего мужа?
В гостиной было тихо и спокойно. Дархан дремал в кресле за газетой, из-под кресла торчали четыре зеленые пятки – Нар и Очир забрались туда и заснули. Увидев нас с Фьярви, Глория спрыгнула с дивана, бросилась к нам и схватила меня за руку. Она была так взволнована, что даже дрожала от нетерпения. В огромных глазах царил лихорадочный блеск.
– Мамочка! – громко прошептала она. – Мамочка, там такое! Ты не представляешь!
Она потянула меня к дивану, и я увидела огромную коробку посылки и книги. «Основы магии» Верренверта, «Базовое магическое поведение» Шульца, «Зельеведение, 1 курс», «Зельеведение: расширенный набор», «Боевая магия и построение», «Заклинания и работа с ними, 1 ступень» – да это же учебники, по которым учат столичных магов! Я заглянула в коробку и увидела запечатанные флаконы для зелий, зельедельческую установку, наборы порошков и трав – все, что потребовалось бы студенту, который решил изучать магию.
– Это мне, мамочка! – Глория даже приплясывала от восторга. – И вот! – она схватила с дивана распечатанное письмо и показала мне: бланк Королевской школы магии, золотые печати, размашистая красная подпись. – Это пишет профессор Хонни, лично!
– И что же он пишет? – спросила я, не понимая, откуда на нас свалилось добро, которое стоит целое состояние. У меня никогда не хватило бы средств, чтобы обучать Глорию магии, поэтому я думала только об обычной школе.
– Вот, послушай, – Глория заулыбалась и прочла: – «Я искренне рад тому, что буду обучать такую талантливую волшебницу, как вы. Отправляю вам посылку со всем, что необходимо студенту первого курса и программу работы. В посылке так же есть артефакт, который поможет нам общаться. Я буду… ой, мамочка! – высылать вам сначала урок, потом задания и проверять их. Через год вас ждет экзамен на первую ступень…
Глория не удержалась и бросилась прыгать и плясать.
– Детка моя, как же хорошо! – воскликнула я. Радость за дочь совершенно стерла из памяти все, что случилось на пруду. – Но…
Я обернулась на Фьярви. Он стоял с таким видом, словно сделал очень важное и нужное дело. Глория посмотрела на него, замерла, а потом подбежала и, обняв, спросила:
– Дядя Фьярви… так это вы?
– Он, конечно, – ответил Дархан, который с улыбкой смотрел на нас. – Мы сегодня перед обедом ходили на почту, еле коробку дотащили.
Фьярви кивнул, погладил Глорию по голове.
– Ты очень талантлива, милая. Я написал в академию, спросил, возможно ли дистанционное обучение… и они согласились! Теперь дело за малым, прочесть все эти книжки.