Беглянка

Я огляделась: небольшая площадка для бадминтона, крошечный пруд с парой весельных лодок, место для костра и столовая… Навыки дедукции привели меня к заключению, что «Родни» – это компьютерный лагерь. Странно, что в нем отсутствовала даже простейшая система безопасности. Я поехала дальше.
В нескольких милях нашелся лагерь «Горизонт». Он стоял на берегу прекрасного озера с гребными лодками, в домики было легко проникнуть, и они казались достаточно теплыми, чтобы пережить в них раннюю зиму. Но там меня сразу заметил бдительный садовник, и пришлось выдумать историю о том, что я присматриваю лагерь для привередливого сына на следующее лето.
Лагерь «Визил» был хорош, однако территория свободно просматривалась с основных дорог, и меня легко обнаружили бы. Лишь ближе к вечеру я нашла лагерь «Уайлдейкр», расположенный к северу от округа Датчесс и разделенный пополам рекой Уайлдейкр. К нему вела отдельная дорожка. На протяжении двух километров я не увидела ни следов шин, ни признаков жизни. Лагерь был окружен невысоким забором с запертой калиткой. Я перелезла через забор и, осмотрев территорию, сразу почувствовала себя как дома. Требовались только болторез и новый замок. Я села в «Джип» и выехала на главную дорогу. На заправке остановилась и спросила у сотрудника, где ближайший торговый центр.
Обычно я избегала поездок по главным улицам. Каждый раз при виде полицейского автомобиля мое сердце сжималось. Я едва могла разглядеть дорогу впереди, настолько была сосредоточена на том, чтобы удержать «Джип» в пределах разрешенной скорости. Если в зеркале заднего вида закружатся огни патруля, жизнь моя будет кончена.
На следующей заправке я заполнила бак, заодно проверив, не заблокировала ли Соня свою банковскую карту. Скорее всего мне предстоял последний шопинг, а затем я останусь один на один со своими крохотными сбережениями. Я нашла несколько торговых центров на выезде из Кингстона. Купила предметы первой необходимости на четыреста долларов, в том числе походную плитку, разделочный нож, веревку, консервный нож, висячий замок, болторез, спальный мешок, консервы и достаточно кофе, чтобы продержаться следующие несколько месяцев. На выходе из магазина я выбросила карточку Сони в мусорное ведро. Однажды напишу ей письмо с благодарностью.
На обратном пути я снова нервничала и цеплялась за руль побелевшими пальцами, пока не свернула на подъездную дорожку к новому дому. От напряжения болели глаза. В строительном магазине я выбрала самый большой болторез, какой смогла найти. Все дело в принципе рычага, говорил мистер Парсонс, орудуя гаечным ключом размером с шестилетнюю меня, чтобы заменить ржавый клапан под раковиной.
Оказалось, хватило бы инструмента и вдвое меньшего размера. Я за пять минут срезала старый и повесила новый замок на калитку. Въехав в лагерь «Уайлдейкр», я провела сама себе в сумерках короткую экскурсию, нашла открытый навес, где припарковать «Джип», и начала осматривать домики, чтобы выбрать себе новое жилище.
На территории, помимо главного здания, стояли двенадцать домиков – насколько я могла судить, десять для отдыхающих и два для вожатых. В главном здании, вероятно, взрослому человеку было бы удобнее, но я не хотела вламываться еще и туда.
Что привлекло меня в этом лагере, так это никак не охраняемые домики. Их двери не имели замков. Я никому не причиняла вреда. Использовала то, что никому не требовалось. Экологичный подход.
Обшитые деревянными панелями, с зелеными стенами, домики были совершенно одинаковыми. В каждом нашлось по двенадцать кроватей с матрасами, накрытых пластиковой пленкой. Под кроватями предусматривались места для хранения вещей. Единственное, чем отличались домики, – именами, вырезанными на стропилах. Я выбрала домик с именами девушек и бросила свой спальный мешок на самую дальнюю от двери кровать. Потом распаковала и сложила в шкаф кое-какие вещи и вышла наружу в поисках удобств. Нашла два раздельных санузла и душевые с проточной водой – холодной. С мечтой о горячем душе пришлось попрощаться.
* * *
В ту первую ночь в лагере «Уайлдейкр» я не сомкнула глаз. Днем я занималась делами, и трястись от страха не было времени, а вот ночью возникли проблемы. Хотя казалось маловероятным, что ко мне явятся посетители, во сне я чувствовала себя крайне уязвимой, и пришлось принять меры против нежелательных гостей. В сарае для инструментов я нашла лопату и выкопала несколько стратегически расположенных ям вблизи моего нового дома. Пару дней я занималась тем, что затачивала ветки для шипов, но в итоге их набралось около двадцати, и я соорудила четыре индейские ловушки.
Я не могла назвать себя экспертом в этом деле и даже удивилась, найдя повод использовать навык из детства. Свою первую ловушку апачей я сделала более пятнадцати лет назад. Меня научил Логан, которого я тогда знала еще не так хорошо. Нужно было выкопать яму не менее полуметра шириной и глубиной, затем вставить несколько деревянных шипов в стенки ямы так, чтобы острые концы торчали из земли по направлению к центру под углом вниз. Если животное (или человек) попадает в ловушку, то при попытке вытащить ногу в нее впиваются деревянные шипы.
В тот день, когда я помогала Логану делать ловушки апачей, он сказал мне, что хочет сократить популяцию оленей, которые становятся угрозой для общества. В прошлом году три оленя погибли на дорогах в результате аварий. Я сама об этом читала. Затем, несколько дней спустя, Логан поссорился с мальчиком из футбольной команды, потому что отпустил пару нелестных комментариев о девушке этого футболиста. У спортсмена было явное преимущество в росте и весе, так что Логан сорвался с места и побежал прямо в лес. Футболист бросился в погоню, и Логан привел его в ловушку. Логан через нее перепрыгнул, а тот мальчик – нет. В результате бедняга пропустил весь футбольный сезон.
Домики в «Уайлдейкре» располагались как спутники вокруг Сатурна. Мой стоял на два часа. Я разместила четыре ловушки полукругом примерно в десяти метрах от двери. Возможно, я перестаралась, но у меня было много свободного времени, а труд приносил душевное спокойствие. Мне очень понравилось спать всю ночь напролет. А ловушки я планировала убрать, когда буду готова опять отправиться в путь.
19 октября я провела в новом доме вторую ночь. Воздух пах чистотой, хотелось дышать полной грудью. В небе висел полумесяц. Теперь я уже не видела в лунных кратерах рожицы, которые видела в детстве. Я лежала на земле и смотрела на небо, пока веки не отяжелели. Оглушительно стрекотали сверчки. Я старалась не думать об укусах комаров, которые неизменно появлялись на мне утром. Далеко за полночь я удалилась в свою хижину и заснула сном младенца. Утром мне казалось, что я наверстала целые годы бессонницы.
Никогда не забуду свои ошибки, невинных и виновных людей, которым я навредила. Но, взвешивая свои преступления перед миром, я приходила к выводу, что мне полагается достойное существование. Мне еще позволительны маленькие удовольствия. И за несколько недель в лагере «Уайлдейкр» я намеревалась их найти.
Утром я готовила кофе и овсянку на газовой плитке. Завтракала на берегу озера, и вокруг, не обращая на меня внимания, сновали утки. Иногда днем я бродила по лагерю, проветривая голову долгой прогулкой. Если днем чуть-чуть теплело, купалась в озере. Я плавала по возможности каждый день, хотя потом мои пальцы немели, а губы синели на целый час. Однако это сделало меня живой. Причем совершенно бесплатно.