Кто суккуба? Я суккуба?!

Флавиан вскочил, стал с лихорадочной спешкой одеваться. Подобрал и бросил платье Клаве. Та, не вылезая из постели, натянула платье, поняла, что задом наперед и навыворот, стала переодеваться, запуталась, матюгнулась…
Сирена вошла в квартиру без приглашения. Сама открыла дверь, поигрывая в руке универсальным ключом, прошла в комнату. Клава, кое-как просунув голову в ворот платья, воззрилась на нее округлившимися глазами: на русалке были туфли на высоком каблуке. Хвост заменили две ноги, стройные и длинные, как у манекенщицы.
Поймав ее взгляд, Сирена с улыбкой демонстративно оглядела свои новые конечности, едва прикрытые мини-юбкой, пояснила:
— Не зря же я так пристально изучила твои ходули, Клавдия. Вот, себе тоже сконструировала. Передвигаться на них мучение, конечно, зато не нужно прятаться в пузыре. А у вас тут жарко! И сексом пахнет. Даром время не теряли, как вижу. Взаимно повышаете квалификацию? Молодцы.
Она подцепила пальцем с тумбочки медальон суккубы, взвесила в руке:
— Полный! Столько энергии, столько усердия и стараний.
— Сирена, не могла бы ты… — со злостью, но пока еще вежливо начал было Флавиан.
Однако русалка ловко обогнула его и оказалась возле Клавы. Сунула медальон себе в карман пиджака, схватила суккубу за локоть и заставила подняться с софы.
— Флафи прав, дорогая Клава. Ты уже накопила достаточно энергии, пора ее употребить на дело. Тебе надо срочно покинуть это пространство! Идем, я провожу тебя.
— Но как же!.. — воскликнула Клава. Но кто бы стал ее слушать? Одновременно она услышала крик Флафа:
— Сирена, прекрати!..
И мгновенно наступила темнота. Затем сразу вспышка света — и удар. Клава поняла, что упала на каменный пол, русалка при прыжке через пространство не посчитала нужным поддержать ее при «приземлении». Знакомое место: верхняя площадка часовой башни. Перед глазами столбики перил, ограждающих винтовую внутреннюю лестницу.
— Ты думала, я так сразу верну тебя в твой мир? — предположила директриса, вышагивая вокруг на негнущихся непривычных ногах. — Нет, дорогая, твое возвращение пока откладывается. Ты нам еще здесь нужна.
Клава поднялась с пола, голова немного кружилась… Поднялась лишь за тем, чтобы снова упасть: теперь ее швырнуло невидимой силой через перила в колодец башни.
Она вскрикнуть не успела. Словно в замедленных кадрах мимо мелькнул спиральный пролет лестницы, один виток, второй… Впереди, то есть внизу ее ждала стремительно приближающаяся земля, каменные плиты пола. Но Клава не долетела до них — вновь коротко блеснул свет перехода, уши заложило от хлопка сомкнувшегося воздуха.
Клава снова упала на жесткую поверхность. Но сознание не выдержало магических путешествий дважды подряд и отключилось.
    
23
Клава очнулась с неприятной тупой головной болью. И это не было следствием похмелья — она просто ударилась затылком, когда упала.
Очнулась она в шкафу. В огромном книжном шкафу с застекленными дверцами. Ради того, чтобы суккуба в него поместилась и даже смогла сидеть, поджав ноги, несколько нижних полок были любезно вынуты, а книги сложены снаружи на полу высокими стопками-колоннами.
От неудобной позы ломило шею, затекла рука, онемела попа. Клава осторожно села, стараясь не стукнуться макушкой о низкий потолок узилища. Получается, Сирена сбросила ее в пролет лестницы, в воздухе она перенеслась в некое иное пространство, а уже там ее кто-то затащил в шкаф и запер. Наверное, сама Сирена следом и сиганула — в тесном пространстве еще сохранился запах сырой рыбы и нотка соли с йодом, странно смешавшиеся с атмосферой библиотеки. Понятное дело, русалка ведь духами пользоваться не приучена, да и дезодоранты ей ни к чему. Интересно, русалки вообще потеют? Или у них вместо потовых желез как раз и есть те, которые слизь вырабатывают, чтобы кожа от воды не скукожилась…
Вяло размышляя о всякой ерунде, Клава осмотрелась. В шкафу смотреть было не на что: стенки задняя и боковые деревянные, сверху тоже сплошная доска — полка. Спереди как витрина, двойные дверцы с толстыми стеклами. Клава подергала — не открываются. Прежде чем стучать кулаками по стеклам и орать, чтобы ее выпустили, она предусмотрительно всмотрелась во «внешний мир».
Снаружи было не то чтобы сумрачно, но и не сказать, что светло. Свет не исходил от какой-то лампы или от окон — окон, кстати, Клава не увидела, — а лился сверху, рассеянный, как от облаков. Насколько ей удалось разглядеть, приплюснув щеку к стеклу, потолка в этом непонятном помещении видно не было именно за пеленой светящегося тумана. Вместо стен сплошные книжные шкафы, поставленные один на один, соединенные узенькими лестницами и галерейками, всего метров двадцать высотой. Эдакая неприступная крепость из полок и книг за парными дверцами. Или можно даже сказать колодец, правда, широкий.
Книги здесь были везде, не только в шкафах или на столах, но на полу стопками и просто кучами. Среди книг встречались отдельные бумаги, папки, свитки, блокноты, кроме того разные непонятные алхимические приборы, незаконченные конструкции неизвестного предназначения, а также возвышался глобус звездного неба.
Посреди свободного от ученого барахла пространства стоял длинный стол, на котором лежало нечто, покрытое белой простыней, из-под которой просвечивали перемигивающиеся лампочки. Клава сразу узнала большого голема из подвала Пумы. Если ее творение здесь, то и некромантка должна быть где-то поблизости? Не могла же она позволить его украсть. Скорее саму кошку украли вместе с големом, а Сирена придумала отмазку про командировку.
Клаву осенило: а не угодила ли она в тот самый карман подпространства, о котором ей рассказывал Основатель? Его тайный кабинет, запрятанный так хорошо, что многие поколения учеников отшельника не могли его отыскать. Нет, ну верно — кто же в здравом уме станет прыгать с верхней площадки башни? Да не наружу, как Михаэль, а через спираль винтовой лестницы!
Воспоминание о погибшем ангеле навело на нее тоску — и подтолкнуло к мысли о том, а в ту ли сторону должен был он вообще упасть? Если бы грохнулся в «карман», наверняка остался бы жив-здоров. Однако додумать эту идею она не успела: среди книжного беспорядка показалась кошка-некромантка, легка на помине.
— Пума! — воскликнула Клава, хлопнула ладонями по стеклу. И замерла, сообразив, что некромантка-то не сидит, в отличие от нее, в шкафу, и ошейника с цепью на ней не видно. Вдруг ее и не похищали вовсе? Тем более как можно заставить работать того, кого похитили против воли — она же пакость устроит в отместку! Вот если договорились сотрудничать, другое дело, но так это не похищение уже получается, а сообщничество.
Некромантка, увидев ее, обрадовалась вроде бы, подбежала так быстро, насколько позволял мешающийся на пути хлам:
— Клава? Ты уже здесь? Неужели успела собрать нужное количество энергии?
— Насколько я поняла, Сирена сказала, что успела, — проворчала Клава, сев по-турецки и сложив руки на груди. — А ты, значит, с ними заодно?