Кто суккуба? Я суккуба?!
— Были бы не-разлей-собутыльниками, но каждый предпочитает выпивку по своему вкусу, — хихикнул Вася. — Виль пьет только кровь, Эдди предпочитает свежевыжатые соки, а я люблю молочные коктейли.
Вампир, как и положено вампирам днем, спал.
— Хватит дрыхнуть, соня! — заорал Василий, нагнувшись к браслету, когда в кольце голографического экрана, повисшего в воздухе над столом, отобразилось заспанное лицо черноволосого красавчика.
— Что? Кто? Сколько сейчас времени? — пробормотал вампир, не сразу поняв, кто ему названивает.
— Солнце высоко, птички поют! Жизнь кипит! А ты всё дрыхнешь?!
— Я сова, мать твою! — рыкнул Вильгельм. — Хватит уже прикалываться, иначе я тебя сам подловлю и приколю на оба клыка!
— А я тебя забодаю! — парировал бесенок, веселясь.
Но проморгавшись и отбросив мешающие встрепанные волосы с лица, Вильгельм наконец-то заметил пунцовую от неловкости суккубу.
— А, мисс Клава? — улыбнулся вампир, мигом сменив приятельский гнев на флиртующую вежливость. — Выходит, благодаря этому оболтусу у меня есть ваш номер? Какая приятная неожиданность.
— Извините за эту шутку, — пролепетала Клава. — Я не сообразила, что у вас другой режим дня.
— Кажется, вчера мы перешли на «ты»? — вспомнил вампир, изо всех сил строя глазки.
Кстати, полусонный и рычащий он понравился Клаве больше, чем проснувшийся с джентльменским мурчанием искусителя. Хватит с нее одного инкуба… Хотя это же шайка приятелей, что ж с них взять.
— Вчера? Не помню, может быть, — натянула улыбку Клавдия. И поспешила попрощаться. Отключив коммуникатор с пятой попытки, выдохнула с облегчением.
— Чаю с пироженками хочешь? — поглядев на нее, не стал ничего комментировать Вася.
Клава помотала головой — она и так объелась мороженым. Спросила, как заплатить по счету, на что бесенок подробно разъяснил: на территории Академгородка все заказы автоматически считываются тем же самым коммуникатором, а стоимость товара или услуги автоматически же вычитается с личного баланса. Василий показал, как проверить ее баланс.
— Ого! Тебе аванс уже перевели! Гляди-ка, оклад сделали даже больше, чем у Флафа! Как тебя Сирена оценила — почти на вес золота! Вот Флаффи обзавидуется! Хотя, наверное, он уже в курсе.
Клава посмеялась за компанию, а сама подумала с опаской: чем же ей придется расплачиваться за такие щедрые условия труда?
— Флаф-то, бедняга, крутится, как белка в колесе, — продолжал Василий, пальцем подбирая из вазочки последние растаявшие капли мороженого, — отрабатывает каждую монетку. Вот сейчас покажется на лекциях, а потом побежит по свиданьям. Вчера-то сколько у него встреч сорвалось! Считай, день, весь вечер и ночь пропали. Девчонки ему, наверняка, весь коммуникатор взорвали от возмущения — всех их на одну тебя променял!.. Ой! — он застыл с пальцем во рту. — Клав, ты только не говори ему, что я тебе сказал, потому что он просил меня тебе не говорить. Ладненько?
— Да мне-то что? — пожала плечами Клавдия. — Я знаю, что у него много клиенток.
— Много — не то слово! — завистливо вздохнул чертенок. — Счастья своего не понимает мужик. Мне б его работу, уж я б девчонок в очереди на конец недели не записывал — всех бы сразу! Гаремом! У-у!..
Клава не удержалась: подцепив на кончик пальца молочную капельку из своей вазочки, мазанула замечтавшегося Ваську по носу.
— Идем гулять, гаремщик! Столько мороженого слопали — пошли, растрясем жирок!
— Зачем что-то трясти? — недоуменно оглядел ее чертенок, особенно уделив вниманию тылу. — Ты ж суккуба, у тебя идеальные формы! К тому же я знаю получше способ, как можно эффективно и быстро согнать лишние калории.
Клава погрозила ему пальцем, и чертенок послушно заткнулся, но заухмылялся при этом очень вызывающе.
Пока гуляли по территории Академии, Василий больше никаких намеков себе не позволил, за что Клава была ему благодарна в глубине души. Она понимала, что Флаф выбрал для нее самого лучшего первого клиента, чтобы ей было легче освоиться в своей новоприобретенной специальности. Но как-то это всё получалось слишком быстро, из старой девы разом превратиться в леди-вамп — это же стресс, как ни крути!
Сначала Василий водил ее по самым «туристическим» достопримечательностям Академии: посмотрели на бронзовый бюст Основателя в пересечении центральных коридоров. В актовом зале послушали репетицию сводного хора эльфов и волков-оборотней с кафедры бардов и поэтов-заклинателей. Побывали в читальном зале библиотеки отдела религий и фольклора. Прошлись по дорожкам внутреннего дворика профессорского сектора, послушали пение фонтана, сверкающего хрустальными струями среди вечно цветущей зелени.
— Прям как Хогвартс! Только лучше, спокойнее, — вырвалось у Клавы.
— Неа, тут задействован в корне иной принцип использования пространства и смежных параллельностей, — возразил Василий. Поймал ее удивленный взгляд: — Что? Я вообще-то на архитектурном учусь, а не мух хвостом гоняю!
Он подробно рассказал, какие предметы преподают в Академии на разных кафедрах и факультетах. Клава тотчас загорелась идеей: если ей придется здесь остаться, то почему бы не пойти на биологический, чтобы изучать разницу в строении организмов человека и человекоподобных существ? С другой стороны, культурология её тоже интересовала. А еще, как суккубе, было бы не лишним просветиться в области энергообмена и энергопотоков.
Василий ее горячо поддержал сразу во всех направлениях: схватил за руку, потащил в другой корпус и после петляния по коридорам втолкнул в тесную библиотеку, где с трудом можно было развернуться от набитых в шкафы книг. Подключив к суете мирно дремавшую на своем посту библиотекаршу с классическим пучком седых волос на голове и в круглых очках, винно-водочный бесенок быстро нагрузил Клаву стопкой тяжелых книг.
— Здесь всё простенько, написано легко и доступно, научно-популярные труды, — заверил он, не слыша ее жалобных просьб остановиться и больше не рыться по шкафам. — Эти учебники для начинающих помогут тебе определиться, действительно ли тебе будет интересно углубляться в сложную и захватывающую тему биологии! А эти про культуру. А эти про биоэнергетику. Ну, на досуге будет что полистать. По идее тебе надо бы сперва проучиться в Школе, а уже потом поступать в Академию. Только боюсь, родительский комитет выдвинет протест, ха-ха! Это ж будет вопиющая несправедливость — у одной ученицы сплошные пятерки, а у всех остальных, особенно мальчишек пубертатного возраста, сплошные двойки! Догадайся, почему?
— Уж даже не знаю! Ума не приложу! — Клава сообразила просто отойти от «взбесившегося» на почве любви к науке беса, плюхнула выбранные книги на стол смотрительницы. Стала перебирать и поняла: — А как я это читать буду, если тут всё на вашей магической латыни написано?
Василий мимоходом кивнул библиотекарше:
— Отметьте нам, пожалуйста. — И подошел к Клаве, заглянул ей через плечо в раскрытую книгу: — И здесь нас опять выручит наш любезный коммуникатор! Нажимаешь вот на эту пимпочку, даешь голосовую команду: «Перевод текста!» — и читаешь. Можно даже в темноте без фонарика. Удобненько?