Это падение
– Тай прав, – улыбаюсь я. – Ты просто куколка.
– На вас сказывается ваша новая одержимость Барби. Идеальные женщины и все такое, – шутит Роу. Видно, что наше внимание заставляет ее чувствовать себя неловко.
– Ну, у Барби голова поворачивается на 360 градусов. Такое сложно переплюнуть, – отвечаю я. Мне хочется, чтобы Роу снова расслабилась.
– О да, понимаю, – подмигивает она.
Прощай, мое сердце.
Родители встречают нас у единственного более-менее приличного ресторана, расположенного рядом с кампусом. Мама говорит, что ужин нельзя назвать изысканным, если к нему перед едой не подают хлеб, поэтому места для ужина она выбирает соответствующие. Сегодня мы ужинаем в стейк-хаусе «Моргана», и я рад уже потому, что счет оплачивают родители.
– Роу, Кэсс, рада, что вы к нам присоединились. – Мама обнимает обеих девушек.
Я выдвигаю рядом с собой стул для Роу, и она садится, сжав в пальцах платье.
– Кэсс, Тай сказал нам, что ты изучаешь физическую культуру и спорт? Собираешься работать тренером? – спрашивает отец.
Пока Кэсс отвечает на его вопрос, Роу нервно сжимает и расслабляет лежащие на коленях руки. Она ждет такого же вопроса к себе и волнуется, поскольку не знает, как на него ответить. А еще мы сидим в самом центре ресторана, и Роу искоса бросает взгляды по сторонам, осматривая окружение. Не задумываясь, накрываю ее пальцы своими. Она вздрагивает. Я еле заметно пожимаю плечами, надеясь, что так придам ей сил – хотя бы на сегодняшний вечер. Роу сдвигает руку ближе и вскоре уже крепко сжимает мою ладонь.
– Мне бы хотелось работать в реабилитационном центре, – заканчивает Кэсс свои объяснения.
Мама переводит взгляд на Тая, кивает и одобрительно улыбается. Брат закатывает глаза, но я-то знаю, как сильно ему нравится Кэсс.
– А ты, Роу? Что изучаешь? – интересуется отец.
Ее внутреннее напряжение проявляется лишь в судорожном сжатии моей ладони под столом. И, глядя на внешне спокойную Роу, никому в голову не придет, как ей сейчас нелегко. Если честно, я впечатлен.
– Я пока еще окончательно не определилась. Но выбираю между философией и искусством. – Последняя фраза выходит почти вопросительной. Роу страстно желает получить одобрение моих родителей. Она даже не представляет, насколько ее ответ идеален. Но скоро об этом узнает.
– А вы знаете, что Кэти – художник и скульптор? – спрашивает отец. Всегда первым хвастается мамой.
– У меня небольшая художественная галерея, – скромно отзывается мама. Правда в том, что у нее их целых три: в Новом Орлеане и Калифорнии. Ее работы – скульптурные и металлические изделия – отлично продаются. Мне мало известно о мире искусства, но я точно знаю, что за ее работы платят бешеные деньги.
– Загляни на мамин сайт, – привлекаю я внимание Роу. – Она делает металлические скульптуры. Уверен, тебе понравится.
Роу улыбается, закусив губу. С каждой проходящей минутой ее пальцы на моей руке расслабляются все больше и больше.
– У меня есть визитка с адресом. – Мама достает ее из своей сумочки и вручает Роу.
– Спасибо, обязательно посмотрю, – отвечает Роу, внимательно изучив карточку. Ее улыбка передает и облегчение, и восхищение.
Она наклоняется убрать визитку в сумочку. А когда подходит официантка, еще больше расслабляется – та обрывает ее интервью с моими родителями. Минуты спустя мы, позабыв о разговорах, увлеченно уминаем поданный к столу хлеб с чесночным маслом и поджаренной корочкой.
Я отпускаю руку Роу, но лишь на то время, пока мы делаем заказ и разбираем свои напитки. Как только официантка отходит, я снова тянусь к ладони Роу и обнаруживаю, что она меня ждет.
– О, мы тут столкнулись с Максвеллами, – начинает мама, и ее слова заставляют меня замереть.
С чего она решила, что это подходящая тема для разговора за ужином? Я пытаюсь привлечь внимание Тая в надежде, что он поможет мне повернуть беседу в другом направлении. Но нет, он лишь все ухудшает.
– Да? Проститутка Сэди была с ними?
Вот ляпнет же, а? Теперь Кэсс и Роу напряглись в ожидании дальнейших слов мамы.
– Тай, следи за языком, – хмурится она.
– Ах да, прости. Не так выразился. Правильнее было сказать «шлюха». Поприличнее название для бывшей девушки моего брата, которая ему изменила?
Я пинаю под столом его кресло, и он наконец вскидывает взгляд.
– Что? Я ж правду говорю!
Глазами показываю на сидящую рядом Роу. До Тая наконец доходит. Беззвучно буркнув «прости», он возвращается к стоящему перед ним салату.
– Так вот… – продолжает мама. – Мы видели только родителей Сэди, ее с ними не было. Но они сказали, что она учится в Государственном университете Оклахомы. Получает там стипендию.
Ну отлично. Моя бывшая, единственная девушка, которой я когда-либо признавался в любви, играет в баскетбольной команде университета, который находится меньше чем в сотни миль от меня. И я слушаю об этом, отчаянно вцепившись в пальцы сидящей рядом девушки. Желанной девушки. О которой только и думаю с первой нашей встречи почти месяц назад. Девушки, сказавшей, что, возможно, я никогда не познакомлюсь с ее родителями, поскольку между нами никогда не будет чего-то большего, чем сейчас. И все, что я могу сделать, – принять это, ведь ее проблемы гораздо серьезнее моих.
– Ха! Зуб даю, столкнулись вы именно с ней, – фыркает Тай, и я, как ребенок, кидаю в него салатным листом.
Когда мама отворачивается, брат показывает мне средний палец. А Роу отпускает мою ладонь.
Роу
Все изменилось после того, как родители Нейта упомянули Сэди. Изменились поза Нейта, его дыхание, прикосновение его ладони. Мама Нейта поведала нам несколько историй: о том, как Нейт с Сэди стали королем и королевой школьного бала, как Нейт в одиннадцатом классе тайно вздыхал по Сэди, присутствовал на всех ее играх и уходил в конце четвертого периода, боясь с ней заговорить.
Мне сложно представить уверенного Нейта нерешительным и застенчивым. Насколько же он другой со мной? Как я поняла, Сэди много для него значила. Во всяком случае, пока не предала его: Тай без стеснений рассказал о том, как Нейт застукал Сэди со своим лучшим другом на вечеринке в честь окончания школы.
Зная теперь обо всем произошедшем, я чувствую себя… странно. И не могу не думать о том, что услышанное о Сэди всколыхнуло былые чувства Нейта.
– Хочешь посидеть у меня? – спрашивает Нейт, возвращая меня в реальность.
Тай с Кэсс идут впереди, направляясь к моей комнате. Когда дверь за ними закрывается, я осознаю: мне некуда идти. По крайней мере, какое-то время.
– Спасибо. – Я ощущаю себя обузой. Пару часов назад у меня не было подобного чувства.
Нейт включает на телевизоре спортивный канал. Наверное, хочет заполнить чем-то тишину в комнате. Сидя на краешке постели Тая с сумочкой на коленях, я смотрю нарезку из блестящих бейсбольных матчей.