Тонкости укрощения теневых драконов. Тварья Академия

– Тьфу, – трактирщик подошёл, осмотрел судорожно, не прикасаясь, мою добычу, – все бабы – дуры сердобольные. Накличешь нам беду, девка, не связывайся с магами!
– Он маг? – Бросила настороженный взгляд на распростертое  на полу тело.
Честно говоря, я уж подумала что не  маг… а тварь… и это было бы куда страшнее и опаснее.
Дело в том, что в этом дивном мире существа делились на две, ну, если считать с обычными людьми, неодаренными, то на три категории.
Люди – как деревенские, Баргул, проезжие купцы. Маги – это уже аристократия, кланы, местные правители. Те, кто владел особой энергией. Те, с которыми я поневоле оказалась связана этим хрупким женским телом.
Ну да об этом после, не до воспоминаний сейчас…
А вот твари… с тварями все гораздо сложнее. В мире Дагош тварями называли как волшебных существ, которые могли оборачиваться в человека, вроде драконов, грифонов-оборотней, нагов и волшебные расы, как то сидхе, русалиды и другие, так и магических разумных животных. И твари с магами ладили не слишком хорошо.
Впрочем, меня это все на землях магов мало касалось, куда больше волновало, что беглянку в моем  лице могут найти родственнички. Замуж не хотелось. Ни за этого конкретного жениха, ни вообще и в принципе. Вот и выкручивалась как могла. Так что лишнее внимание странных, пугающих и тем  более высокородных персон мне было совсем ни к чему.
Древний блокиратор способностей, который смогла выкупить для меня старенькая кухарка в поместье родителей на всякий случай, пока исправно работал, свою магию я не ощущала  – и только радовалась этому. Знала, что если случится сильный всплеск, то меня могут очень быстро найти. А я всю жизнь жила без магии – и ещё столько же проживу. Все равно слишком смутно себе представляю, что это такое.
    
Глава 1.3.
– Кинка, где витаешь?! – Рявкнули мне на ухо, выдергивая из раздумий.
– Прости, дядька, виновата, – опустила глаза, – так господин…
– Маг, судя по всему. Вишь, раны  быстро зарастают сами собой… – хозяин осторожно приподнял прядь длинных, сейчас грязно-алых волос, показывая, как буквально на глазах сходятся края воспаленной раны у виска, – но промыть нужно. Ладно ужо, позову братцев Горо.
Охранники наши были крепкими парнями, справятся.
– А я в зал пойду, да? – Вздохнула с облегчением.
Все, потеряшку притащила, судя по всему, умереть не умрет, да и леший с ним.
– Иди уж! – буркнул Баргул.
Судя по хитрому выражению лица, трактирщик  уже прикидывал, сколько сможет стрясти с незнакомца  за его спасение. И то ладно, значит, точно ругаться не будет.
А я выскользнула из пальто, повесила его на крюк, подхватила корзину с травами и бросилась на кухню. Моя смена будет до полуночи, потом ещё пару часов Олинка по залу  бегать будет, а потом Баргул всех пьяниц выгонит и трактир на ночь закроется, до шести утра.
Через несколько минут, одернув передник, я уже спешила в зал, на ходу готовясь уворачиваться от шаловливых ручек посетителей и не обращать внимания на сальные  взгляды и глупые предложения.
Вечер действительно закончился хоть и суетно, но вполне спокойно.
Правда я так устала, что в комнатку наверху, под самой крышей, вернулась уже не чуя ног. Аккуратно сняла с себя белый передник, повесив его на гвоздик. Не менее аккуратно сняла и форменное платье – второго мне никто не предложит, если что – сама стирай и  штопай! И только потом повалилась на постель – ветхую, скрипящую, но все-таки ещё вполне крепкую.
Старенькое белье приятно пахло травами, на чердаке было уютно, хоть и немного прохладно, и прежде, чем я провалюсь в сон, у меня было время немного подумать. И повспоминать. Особенно то, о чем я  давно себе вспоминать запретила, чтобы не бередить душу. То, как я здесь оказалась. В этом мире. В этом теле. И в этом трактире почти на краю света. Совершенно одна.
 
* * *
В тот день, когда моя жизнь круто изменилась, мы с родителями и младшим братом Лешкой должны были праздновать день рождения последнего. Десять лет – это уже прекрасный возраст, расцвет пакостливого и веселого характера братца!
– Юль, садись на заднее, – кивнула мама в сторону нашей новенькой машины, – видишь же, орел наш уперся, хочет с папой на переднем!
– Я с Андреем поеду, – чуть смутилась, но все-таки вздернула подбородок. В конце концов, мне уже девятнадцать с хвостиком, я почти специалист-филолог, даже на работу успела устроиться!
И совсем все это вместе не повод смущаться и прятать от родителей своего парня. Андрея я встретила на первом курсе, он  учился на экономиста, был старше на два года и играл за местную футбольную команду. Загорелый красавец шатен с легкой небритостью и волшебной улыбкой, от которой девчонки штабелями падали!
Конечно я, как и многие отличницы и пай-девочки, задавалась вопросом «что он во мне нашел»? Не первая красавица, не спортсменка, даже  по утрам не бегаю. Умница временами – не отрицаю, что есть, то есть. Мама смеется и говорит, что с самооценкой у меня все прекрасно. Как подкалывал меня Андрюха – просто такие полные противоположности не могли не притянуться!
Я усмехнулась и покачала головой. Да уж, что творится, а?! Бывший бабник всея универа и я. Ой не сразу у нас все гладко стало! Сколько нервов друг другу извели, сколько пикировок было, сколько споров, ссор, ревнивых поклонниц! Но я была упрямая, гнула свою линию, не сдавалась, не прогибалась – и Андрей не отступил. Сказал, что был покорен одним моим ударом левой – и неважно, что я чуть палец тогда не сломала!
В общем, мы уже полгода как официально встречаемся. И пару месяцев как родители об этом знают. Вот даже пригласили Андрея на наше семейное торжество. Правда, что-то он задерживается.
– Ладно-ладно, – мама отрывает меня от мыслей и хихикает, как девчонка. Теплая ладонь треплет меня по голове, но я и не думаю возмущаться. Это же мама! Маминой любви много не бывает! – езжай с Андрюшей, только не  опаздывайте, мы уже садимся! Пять минут осталось!
– Договорились, – бормочу, утыкаясь в телефон и пытаясь вызвонить Андрея.
Не берет трубку. Подъезжает, наверное.
Сердце как всегда гулко бухало в груди – до сих пор не верилось, что у меня есть парень. Настоящий. Любимый. Родной.
Красная спортивная машина ворвалась на парковку, когда родители уже уехали минут десять как, а я вся извелась от беспокойства. Тут же подбежала, заглядывая в тонированное стекло:
– Андрюш?! Что-то случилось?
– Садись давай, – стекло чуть опустилось, открывая моему взгляду хмурого накаченного парня.
Высветленный  ежик волос, крепкие руки с татуировками, чуть выдающийся вперед подбородок, высокие скулы, светло-голубые яркие глаза – предмет томных вздохов до сих пор.
Быстро обегаю машину и сажусь на переднее сиденье рядом. Смотрю на парня. Обычно Андрей даже когда злился – никогда всерьез не повышал голос, старался вообще не показать, что его что-то задевает или выводит из себя, а тут он как на иголках сидел. Даже  глаза чуть отвел.