Разбуди меня, мой ректор
Ева тоже не доставляла хлопот, на удивление. Мэйсон и подумать не мог, что она так просто отступит и примет их расставание. И, вообще, она как-то стала сторониться его, старалась не попадаться на глаза. Да и на студентах, вроде, злость не срывала. Мэйсон однажды как-то невзначай поинтересовался о настроении госпожи Дюплон у Селины, и та ответила, что все как обычно.
Селина… Вот кто был для него проблемой, притом прогрессирующей. Он вяз в мыслях о ней и никак не мог с этим справиться. А когда она была рядом и вовсе приходилось тяжело, особенно делать равнодушный вид. Чаще всего это колдовское влечение к сестре друга удавалось скрывать за шутками и насмешливым тоном, но от этого было не легче.
Мэйсон не привык копаться в себе, в своих мыслях и чувствах, поэтому то, что происходило с ним сейчас, несколько пугало. Он пытался отвлечься работой и физическими упражнениями. Вроде, помогало, хоть и ненадолго. Раньше бы он просто нашел себе другой объект симпатий и забылся в объятиях новой либо старой любовницы, но теперь и тут все было не так! Его ни к кому больше не влекло. Ни к кому он не испытывал желания, кроме… Этой девчонки. Которая по всем параметрам не должна была его заинтересовать. Во-первых, она сестра его друга. Во-вторых, его студентка. Ну а в-третьих, она слишком молода и неопытна. Мэйсон неоднократно замечал, как Селина тушуется и напрягается, когда они оказываются слишком близко. Вздрагивает порой от его случайных прикосновений. Пугается, краснеет. И во время танцев держится очень отчужденно, сохраняя заметную дистанцию. Обычно Мэйсон избегал связей с невинными девицами, ибо это тянуло за собой целый шлейф проблем и крайне ограниченные удовольствия от близости. Но с Селиной все эти убеждения не работали. И все то, что его раньше отталкивало в отношениях, сейчас, наоборот, притягивало.
В общем, кажется, он потихоньку сходил с ума… Или старел.
А еще было обещание, данное Дэну, и нарушить его – все равно что предать друга. Мэйсон уже ждал того дня, когда закончится его служба, он сможет покинуть эту треклятую должность ректора и уехать домой.
На свадьбе Дэна Мэйсону помогал отвлечься и расслабиться старый добрый катьян. Возможно, он и выпил его лишку, но зато чувствовал себя вполне сносно. Почти прежним, несмотря на присутствие поблизости Селины.
Но когда он увидел ее танцующей с каким-то стариком, его захлестнуло еще одно неведомое ранее чувство – ревность. Селина улыбалась тому старику и была совсем естественна и расслаблена. Поэтому он никак не мог упустить шанса пригласить ее на следующий танец, а потом и вовсе увести в сад, чтобы хоть ненадолго побыть с ней наедине. О приличиях в тот момент он вовсе не думал.
И там Мэйсон чуть не поцеловал ее. Это желание, подбадриваемое алкоголем в крови, было слишком сильным, и он опомнился за доли секунды до совершения непоправимой ошибки. Его отрезвил страх в глазах Селины, когда она отшатнулась от него. Удалось снова все перевести в шутку, замять и выкрутиться, но на сердце лег камень. Вроде бы и хорошо, что получилось избежать глупости, но реакции девушки его насторожила. Он ей настолько противен? Она его боится? Потом Мэйсон вспомнил, как Селина на мгновение вся сжалась во время венчания Дэна и Виолы, точно от удара хлыста.
Что же происходит с ней? Какие секреты скрывает эта девчонка?
Когда они вернулись в зал после прогулки, Селину пригласил на танец Дэн, и Мэйсон тогда пригласил Виолу.
– Скажу по секрету, – весело проговорила невеста, – Дэн собирается отдать свадебную бутоньерку тебе.
– Какую бутоньерку? – не понял Мэйсон.
– Ну традиция у нас есть такая! – засмеялась Виола. – В конце свадьбы невеста должна подарить свой букет любой незамужней девушке, а жених свою бутоньерку любому холостому другу. Считается, что после этого в ближайший год они найдут свою вторую половинку и распрощаться со своей холостяцкой жизнью.
– Вы хотите женить меня? – в шутку возмутился Мэйсон. – За что? Или Дэн не хочет страдать в одиночку?
– Ты невыносим! – Виола стукнула его кулачком по груди.
– А ты кого хочешь лишить беззаботных дней? Кто та несчастная? – со смехом спросил он.
– Думаю, это будет Селина, – ответила та. – И я желаю ей только счастья, так что не язви.
Язвить Мэйсону перехотелось. И он просто перевел разговор на другую тему.
Однако конца вечера ему дождаться не довелось. Стоило танцу закончиться, к нему подошел дворецкий и сообщил, что его кто-то дожидается на крыльце.
– Сказали, что из Академии. Что-то срочное,– добавил он.
Мэйсон, обеспокоившись, поспешил к выходным дверям. За ними на крыльце он увидел преподавателя магтрансформаций Джеда Зильтера.
– Господин ректор, – тот был очень встревожен. – В Академии чрезвычайная ситуация. Найдены без сознания двое студентов. Все признаки воздействия дарков на лицо.
Мэйсон не стал медлить, лишь передал через дворецкого, что уходит, и помчался в академию следом за Зильтером.
– Кто это и где их нашли? – спросил он по пути.
– Фил Лакрэйн и Эд Холлт. Фил был найден в душевой, куда его отправили мыть полы по поручению господина Бага. А Эд на посту, в коридоре общежития, – ответил Зильтер.
– То есть они находились недалеко друг от друга?
– Да, на одном этаже.
– Как их состояние?
– Сейчас они в лазарете медпункта под присмотром господина Рэндера.
Мэйсон первым делом направился туда. Лекаря он нашел около постели Лакрэйна. Парень лежал с закрытыми глазами и был очень бледен. Его грудь едва заметно вздымалась.
– Как он? – спросил Мэйсон.
– Магический сосуд полностью опустошен, физическое состояние пока удручает, – со вздохом ответил Рэндер. – Но будем надеяться, организм молодой, восстановится со временем.
– А магия? – Мэйсону тяжело было смотреть на парня, который подавал такие надежды в обучении.
– Сперва надо восстановить тело. Но сосуд цел… Если его заполнить магией вновь… Только ее нужно очень много, обычная аккумуляция не поможет, – покачал лекарь головой.
Мэйсон тоже подавил вздох. Да уж… Где только взять этот сторонний источник магии?
– Что со вторым студентом? – поинтересовался он дальше.
– Холлт… У него картина схожая, – Рэндер направился к ширме, за которой лежал третьекурсник-ловец. – Истощение. В сознание не приходил, но он более стабилен. Хотя заметно, что воздействие на него было сильнее. Видите, на его шее и щеках характерные следы пепла…
– То есть он напрямую контактировал с дарком? – Мэйсон потер подбородок.
И этот контакт был несколько иного рода… Проводник! Неужели им был Холлт?
– Если появятся какие-то изменения в их состоянии, сразу сообщите мне, – велел Мэйсон, торопясь уже в другое место.
Ему необходимо было срочно осмотреть комнату Эда Холлта. К нему присоединился профессор Либерт, и в общежитие они входили вместе.