Клуб попаданцев

К счастью, Ларт ответил сразу, а то у него была привычка снять часы, положить куда-нибудь и забыть о них. Я написала, что нашу петицию вот-вот одобрят, и не смог бы он поставлять нам настои, пока я в больнице.
«Могу, но только если кто-то будет приезжать и забирать».
— Ну вот, и другой проблемой меньше, — довольно улыбнулась я. — Что-то еще?
— Еще, Вера, то, что мы по-прежнему не знаем, кому так хочется, чтобы нас закрыли. Я пытался разговорить Димитру насчет того парня, но она молчит. Но я сомневаюсь, что он действовал сам по себе.
— Конечно, не сам. Я же рассказывала, ему заплатили, чтобы он подал коктейль с нерастаявшим мерсом. К тому же всякие неприятные моменты были и после этого. Я просто старалась свести до минимума то, за что нас могли прижать. Уже кучу народу перебрала, но это ведь может быть кто-то, кого я не знаю. Например, хозяева других баров, у которых мы переманили клиентов.
— Ничего, Вера, — Бегроган коснулся моего плеча и встал со стула. — Я все равно выясню. Знаешь, кем я был до того, как купил бар? Тайным агентом, — тут он сказал слово, которому обзавидовались бы самые длинные немецкие и финские. — Это как служба порядка здесь. У нас были уличные банды, которые держали в страхе города и воевали между собой. Меня там считали за своего.
— А ты собирал информацию?
— Да. Но потом чуть не попался, пришлось оставить это занятие. Точнее, работать уже по-другому. Мой бар был настоящим притоном, какого только отребья там не ошивалось. Если узнавал что-то важное, передавал через проверенного человека. Так что… рано или поздно, но узнаю.
Он ушел, а я вытащила из пакета ягру и с наслаждением впилась зубами в сочную белую мякоть.
Кажется, мои просьбы услышала не только местная бюрократия, но и высшая канцелярия, подыскавшая для них исполнителей. С браком все решилось, с напитками тоже. И крысу — или крыс — Бегроган вычислит, я не сомневалась. Оставалось главное — выносить и родить ребенка.
    
34.
Каждый день начинался одинаково. Я просыпалась и шла в туалет пить отвар гайи. Потом приходила помощница врача — именно так официально назывались здесь медсестры, — измеряла температуру и давление, брала кровь из вены. После завтрака появлялась Касма с портативным аппаратом, тем самым, вроде узи, и изучала ребенка, а потом дотошно расспрашивала о самочувствии.
— А это не вредно, если каждый день? — робко поинтересовалась я.
— Пока еще никому не навредило, — сурово ответила она.
Ближе к обеду из лаборатории приходил результата анализа на фрит. По-прежнему низкий. Но я заметила закономерность. Каждый десятый день он повышался, совсем чуть-чуть, на одну-две единицы, а потом снова падал. И это подтверждало версию о том, что все дело в гайе. Видимо, отвар к концу недели потихоньку терял силу.
— Ничего не понимаю, — разводила руками Касма, ерошила свой ежик и теребила в ухе вдовью сережку. — Если б это происходило каждый седьмой день, предположила бы, что как-то влияет луна, но десять… Возможно, это какие-то природные циклы, женщин вашего мира.
— Наш цикл тоже двадцать восемь дней, — не соглашалась я. — Хотя бывает больше или меньше, не всегда строго.
Возможно, и стоило признаться, но я решила молчать до упора и рассказать о гайе, только если рожу ребенка. Или хотя бы дотяну до половины срока. Даже если не получится, все равно — возможно, попробуют сделать нужное лекарство на ее основе. Поможет кому-то другому. Конечно, люлей мне надают по полной программе, но хотя бы будет точно известно, что это настоящее средство, а не какая-то предполагаемая пустышка.
Наконец перевалило за три месяца — мировой рекорд для гриз. Паломничество желающих поглазеть на меня возобновилось и стало даже более активным.
— Удивительно! — закатывала глаза к потолку Касма, сообщая мне, что фрит по-прежнему низкий.
Я прислушивалась к каждому малейшему изменению ощущений внутри себя — как никогда раньше. На аппарате Касмы в разноцветных размазанных пятнах уже можно было разглядеть очертания человечка — с головой, ручками и ножками. Невероятно — это мой ребенок! Мой и Йара!
Пожалуйста, умоляла я непонятно какие высшие вселенские силы, пусть он выживет, пусть он родится! И с завистью смотрела на большой живот Рут, когда она приходила навестить. Неужели и у меня будет такой? И там вот так же начнет шевелиться маленькая рыбка? С каждым новым днем после трехмесячного рубежа надежда принимала все более определенные очертания.
— А может, и правда получится? — говорил Йар, осторожно положив руку мне на живот, а я с мурчаньем терлась макушкой о его подбородок.
Бегроган больше не приходил, только писал одно и то же: все в порядке, пока ничего. Остальные мои друзья навещали, рассказывали новости и всякие сплетни. Обычно основным их источником была Зунно, но в последнее время она частенько грустила и больше расспрашивала меня о самочувствии и о том, как я собираюсь управляться с клубом, если все-таки смогу родить. Попытки выяснить, что с ней происходит, неизменно оказывались неудачными, но ее выдала Грейс.
— Неладно у них с Мурунно, — сказала она. — Он, оказывается, страшно ревнивый, и ему все время мерещится, что кто-то на кухне щиплет ее за задницу и всякое такое. Хочет, чтобы сидела дома и детей рожала. Ну а ее это не устраивает, ей нравится работать в «Дайне».
— А вы с Войтехом не думаете? — осторожно поинтересовалась я. — О детях?
— Думаем, — Грейс пожала плечами. — Но от мыслей они почему-то не получаются. И от секса тоже. Мы уже не первой молодости оба, может, поэтому.
Мне стало немного неловко. У нас с Йаром получилось то, что почти невозможно, хотя мы на это и не рассчитывали. Может, гайа помогла бы и Грейс? Вот только где взять на всех? Найти ее — большая удача, но это полдела. Как выяснилось, она вполне живет в неволе, а вот размножается слишком редко, раз в пять лет.
Через пару дней Бегроган прислал сообщение:
«Что-то нащупал. Все идет с подачи службы порядка, а не службы работы. Уже проще».
Я не знала, чем это проще, но, видимо, у него были свои завязки на порядок. Ну еще бы — полицейские всех миров, объединяйтесь. Чем мы могли помешать службе порядка, да так, что она действовала через другое ведомство? А может, и разрешение на брак нам не давали так долго именно по этой причине, а не из-за работы Йара? Хотя нет, Касма же подтвердила, что дело в этом. Выходит, никак не связано.
Ладно, что толку ломать голову. Если Бегроган вышел на след, значит, распутает эту ниточку, он же профессионал. И все же я не могла полностью отделаться от этих мыслей. Крутилось в голове что-то такое… как будто знала о чем-то, но забыла. Причем знала давно. Может, Джейк о чем-то рассказывал? Не связано ли это как-то с пропавшими попаданцами?
Вечером, когда Йар пришел меня навестить, я показала ему сообщение и выложила свои сомнения.