Страны Белого Слона. Правда и вымыслы
38 «Бирманские мусульмане называются «рохинджа»Это заблуждение является порождением т. н. «кризиса рохинджа» 2017 г. и своим возникновением обязано как неверно понятой информации, так и тому, что СМИ мусульманских стран пытаются подать ситуацию в Бирме/Мьянме в духе того, что «бирманцы угнетают мусульман».
На самом деле термин «рохинджа», широко вошедший в употребление только с 1990-х гг., обозначает бенгальцев, начавших селиться в северо-западной части Аракана с XIX в. В Бирме/Мьянме они считаются нелегальными иммигрантами. Во многом это действительно так, поскольку значительная часть из них поселилась в стране во второй половине ХХ в. Гражданами страны они не являются, поэтому официальная статистика не учитывает их в составе населения. Однако, кроме пресловутых рохинджа, в стране живут и мусульмане, считающиеся её гражданами. По последним данным (на 2014 г.) таковые составляют около 2,3 % населения Бирмы/Мьянмы, или 1 млн 147 тыс. 495 чел. [15] при общем населении страны 54,1 млн чел., причём основная масса мусульман проживает в городах страны.
Впервые мусульмане появились в Бирме ещё в Средние века в качестве купцов, торговцев, а также наёмников в армии араканских королей. Потомки бенгальских и афганских наёмников, служивших в армии Аракана, со временем образовали отдельный этнос – каманы (букв. «лучники»). В настоящее время насчитывается примерно 45 тыс. каманов. Исторически они компактно проживали на острове Рамри у араканского побережья, но в наше время многие из каманов живут и на материке, не только в штате Аракан, но и в самом крупном городе Бирмы/Мьянмы – в Янгоне. Ещё одной этнической группой мусульман, с давних пор проживающей в штате Аракан, являются мьей ду – потомки пленных бенгальцев, обращённых в рабов, а затем ставших отдельным этносом. И каманы, и мьей ду говорят на араканском диалекте бирманского языка, и лишь вероисповедание отличает их от араканцев.
После того как Аракан вошёл в состав Бирмы в 1785 г., король Бодопая (1782–1819) стал первым правителем, признавшим официально существование в стране мусульманской общины. По его разрешению для мусульман было построено 40 мечетей. Главой мусульманской общины страны был назначен богослов Абид Шах Хуссайни родом из Афганистана.
В 1851 г. в стране отметился чиновник У Бейн – по вероисповеданию также мусульманин, – предложивший использовать оказавшиеся ненужными тиковые балки от королевского дворца (перевезённого из прежней столицы, Авы, в Амарапуру) для постройки моста над протокой, соединяющей две части озера Таунгзаман. В настоящее время Мост У Бейн является самым длинным тиковым мостом в мире.
В 1857 г. король Миндон даже повелел построить мечеть прямо на территории кремля в столице страны г. Мандалае для нужд бирманских солдат-мусульман.
Число мусульман резко возросло после того, как Бирма в результате трёх войн с англичанами стала британской колонией в 1885 г. С середины XIX в. в страну понаехало немало мусульман из Индии, которые в массе своей обосновались в таких городах и местечках, как Янгон, Моламьяйн, Мемьо, Мейтхила. Этнически и религиозно они были разнородны. Наряду с суннитами в стране появились и шииты, для которых в Янгоне была построена отдельная мечеть. Самым известным мусульманином колониальной эпохи, безусловно, является последний император Великих Моголов Мухаммад Зафар Бахадур-шах, сосланный в Бирму после подавления сипайского восстания, его могила находится в Янгоне и является святым местом для мусульман-суфиев.
В конце XIX в. в стране появились и китайские мусульмане, т. н. пантэи, бежавшие в Бирму после подавления восстания мусульман провинции Юньнань в конце 1870-х гг. Китайские мусульмане обосновались в таких местах, как Старый Лашо, и в некоторых других поселениях северо-востока страны. В ХХ в. многие китайские мусульмане занялись операциями, связанными с торговлей наркотиками в районе Золотого треугольника.
В отличие от рохинджа, каманы, мьей ду, а также т. н. «городские» мусульмане достаточно хорошо интегрированы в жизнь бирманского общества. Многие из них уже не говорят на языках своих предков (родным языком является бирманский) и носят бирманские имена. Одежда многих из них также не отличается от бирманской, и лишь белые шапочки выдают в них последователей магометанства. Вопреки мнению многих жителей мусульманских стран, бирманские мусульмане отнюдь не живут в состоянии «осаждённой крепости» и не приветствуют рохинджа, считая, что последним не место в Бирме/Мьянме, поскольку они – вернее, орудующие среди них террористы – вносят раскол между мусульманским меньшинством и буддийским большинством страны. В то же время надо признать, что бирманское правительство препятствует контактам местных мусульман с рохинджа, опасаясь проникновения в местные мусульманские общины радикальных идей.
Таким образом, рохинджа и бирманские мусульмане – это «две большие разницы». Более того, сами бирманские мусульмане отнюдь не представляют собой этнического и религиозного единства.
39 «В Бирме/Мьянме нет пигмеев»В сознании обывателя пигмеи ассоциируются с тропическими лесами Центральной Африки. Это связано с тем, что африканские пигмеи лучше всего известны публике благодаря усилиям европейских путешественников конца XIX в.
На са́мом деле низкорослые племена проживают не только в бассейне р. Конго, но и в Юго-Западной Африке (бушмены), в тропических лесах верховьев Амазонки и Ориноко (индейцы яномама), в Гватемале, во внутренних районах Филиппинских островов (племена негритос), в горах центральной части острова Новая Гвинея. В эпоху неолита пигмеи обитали на территории современной Швейцарии. Есть пигмеи и в Тибете, точнее говоря, в бассейне р. Тарон, протекающей в области Цаваронг на крайнем юго-востоке Тибета, там, где «Страна снегов» граничит с Бирмой/Мьянмой. Название этого племени, насчитывающего всего около 6 тыс. чел., – тароны, оно произошло от названия реки, в долине которой они проживают. Тароны, также известные в литературе под названиями друн, или дулун, возможно, являются самыми низкорослыми монголоидами в мире: средний рост мужчин 1,44 м, а женщин – 1,40 м. Следует, однако, сделать оговорку, что речь идёт о таронах, проживающих на территории Бирмы/Мьянмы. Их соплеменники, проживающие в Китае, отличаются несколько более высоким ростом.
Сведения о пигмеях, обитающих на границе с Тибетом в верховьях великой бирманской реки Иравади, одним из истоков которой является р. Тарон, доходили до европейских путешественников от других племён, населяющих север Бирмы. Тем не менее англичане, чьей колонией Бирма стала в 1885 г., долго отказывались верить этим слухам. Только в конце XIX в. существование пигмеев было подтверждено исследователем северобирманской границы капитаном Б. Причардом, который произвёл и первые измерения роста таронов. В 1927 г. долину р. Тарон и её обитателей обследовал известный английский ботаник Ф. Кингдон-Уорд, описавший свои приключения в книге «Рай для охотников за растениями», изданной в том же году. В 1954 г. таронов повторно обнаружили бирманские военные. Но только в 1962 г. это племя было детально изучено бирманской экспедицией. Результаты исследования были опубликованы в том же году в журнале «Труды бирманского медицинского научно-исследовательского общества». Всего было обнаружено 96 чел., живших в двух деревнях. Как выяснилось, тароны говорили на тибето-бирманском языке, близком к наречиям соседних племён раванг, нага, чин и др. Интересно, что тароны, обитающие в соседних районах на территории Китая, отличаются более высоким ростом и вряд ли могут быть отнесены к пигмеям.