Исцелить сердце дракона. Книга 2

Адель легко сообразила — для кого с недавних пор юная целительница стала парой. Однако уточнять и без того понятное имя не стала; расспросит Маркуса позже. В отсутствие обезумевшей от разлуки с истинным эделлан.
— Вот как поступим, — наконец заговорила она. — Поскольку спрятать мы ее не можем, поселить вне Дворца — тем более, представим Еву окружающим моей давней знакомой из провинции. У нее открылся дар, и в свете этого она приехала поступать в Школу целителей. Как гостеприимная хозяйка я сочла правильным избавить подругу от лишних трат (всем известно как недешево обходится съемное жилье в столице), и пригласила пожить во Дворце. А?
Кобольд задумчиво потер подбородок.
— Неплохо.
Поддерживать легенду требуется не дольше месяца. Ровно до тех пор, пока Кристан не вернётся из Санктуария. Может и получится.
— Ева очень сильная целительница. Даже на расстоянии ощущаю окружающее её мощное «поле». Уверена, она блестяще сыграет роль ученицы. А мы будем рядом и поможем. Главное, чтобы согласилась, Марк.
Он плавно скользнул по свернувшейся клубком девушке и отвел темные, печальные глаза.
— Ради возможности снова увидеть мужа, согласится.
Посчитав ответ приемлемым, Ее Высочество осеклась лезть другу в душу.
Помассировала виски и вызвала придворного целителя, служанок, охранников да главного дворецкого — пожилого, крепкого дракона с проседью в волосах и острым, подмечающим каждую мелочь, взглядом.
— Рин Одар, — улыбнулась принцесса, — знакомьтесь, леди Ева. Будьте любезны поселить ее в апартаментах напротив моих. И не забудьте установить на входе охранную сеть. Вам, ринессы, — кивнула стайке горничных в белых фартуках, — поручаю соблюсти церемониал по внешнему виду. Вы, лорд Бертрам, — кивнула старому магу в серой мантии, — пополните резерв. Подруга с дороги. Совершенно выбилась из сил. Я очень на вас рассчитываю. Да, рин Одар, обязательно накормите и проследите, чтобы Ева крепко уснула.
— Будет исполнено, госпожа, — рины подобострастно откланялись. Один из них — высокий, атлетически сложенный дракон с забранными в хвост волосами аккуратно подхватил уснувшую Еву на руки. После чего все дружно покинули кабинет.
Когда эхо шагов рассеялось, воздух разрядился от негатива, а из сада послышался рокот искусственного водопада, Адель перевела дух.
Некоторое время стояла недвижно. Вглядывалась в плывущие по вечернему небу лиловые облака, убеждая себя, что личная жизнь кузена — это только его дело. Вроде даже слегка успокоилась. Подавила нервную дрожь и уже открыла рот потребовать с Маркуса подробный отчет злоключений. Но стоило оглянуться на хмурого друга с дайманом на плече, любопытство вновь плеснуло через край.
Вместо логичного: «начинай рассказывать», Адель непроизвольно воскликнула:
— Когда Рейден успел встретить пару?
 
 
13. В разлуке
Устроившись на широком подоконнике и закутавшись в плед, я бесцельно изучала убранство выделенных мне царственных покоев. Полы застилали пушистые ковры приятного серебристого оттенка, мебель из темного дерева с изогнутыми ножками впечатляла хорошим вкусом, высокий потолок украшал канделябр, тяжелые ало-золотистые портьеры колыхал слабый ночной ветерок.
Пробыв в отключке практически сутки, пришлось едва ли не силой воспроизводить упущенные памятью события предыдущих дней. А, вспоминая, непроизвольно пропускать эту боль через себя повторно.
Внезапный уход Рейдена надолго пригвоздил меня в тот вечер к холодному полу постоялого двора. Сделал несчастной, глубоко потерянной. Я долго вздрагивала от беззвучного плача. Бессмысленно царапала ногтями покрытие и была не в состоянии выплеснуться кипевшей в душе болью.
Слишком горько. Мучительно трудно. Невыносимо жестоко терять только что обретенную любовь. Но еще тяжелее знать, что ОН ушел в царство ночных кошмаров совершенно ОДИН. Ему некому будет прикрыть спину, не на кого опереться в случае атаки.
И все равно он рискнул. Жадно поцеловал жену на прощание, шепнул, как страстно любит и, полный мрачной решимости, истаял в сумерках. Не ради себя. А ради избранной возлюбленной, той единственной — ставшей смыслом его жизни. И поклявшейся ждать любимого вопреки всем смертям назло.
С исчезновением мужа я моментально провалилась в дикое безразличие.
Смутно помню Кобольда вздёрнувшего на ноги и кричавшего о важности немедленно бежать из двора, ибо за первой группой ищеек-шаэнно вполне может подойти вторая.
Едва ли перескажу продвижение к столице, где короткие перебежки с ночевками в горах сменялись прыжками сквозь создаваемые ловцом Порталы и бесконечным оглядыванием — не идёт ли кто по пятам.
Из памяти стерлось даже то, как я переступила границу Иберина, минула городской центр и фактически была внесена Кобольдом во Дворец, где спустя десять минут познакомилась с кузиной мужа…
После этого меня поглотила беспросветная тьма, в которой не было ничего кроме мрака, неестественного покоя и угнетающей пустоты.
Очнулась на мягкой постели с заботливо подоткнутым по краям одеялом и ощущением бодрящей теплоты гулявшей по телу. Рядом сидел представительный пожилой мужчина в серой мантии, державший мою руку и вливавший эту самую «теплоту». Как позже выяснила — лорд Бертрам являлся личным целителем принцессы Адель и, получив строгий наказ — поставить на ноги измаявшуюся в дороге девушку, охотно взялся его исполнять.
Справа и слева крутилась охрана и слуги, выставлявшие на столы подносы с едой, корзины с фруктами и объемные фолианты, значение которых на тот момент я не поняла.
Стоило глазам открыться, служанки тот час увлекли в купальню, где раздев, взялись творить косметические процедуры призванные превратить невзрачную провинциальную «мышку» (хотя, надо признать, мышкой никогда не была и с юных лет заслуженно купалась в мужском внимании) в первую красавицу Иберина.
Вялые протесты, что я вполне себе нравлюсь такой, какая есть, были проигнорированы дружным ответом:
— Приказ принцессы Адель. Терпите, миледи.
В итоге, пришлось терпеть.
Служанки решили выполнить работу на совесть. Сначала смыли с меня дорожную пыль. Дальше при помощи горячего воска удалили лишние волоски, затем увлажнили кожу ароматными маслами, попутно сделав расслабляющий массаж. После — долго манипулировали с волосами, придавая локонам объема, блеска и шелковистости, и, наконец, взялись за лицо.
Признаться, глянув в отражение, в первый миг себя не узнала. Кожа сияла подсвеченная будто изнутри, глаза приобрели насыщенный синий оттенок, ресницы распушились, придавая взгляду томности и легкой тайны. Губы припухли, став сочными, алыми, соблазнительно вкусными. Да и сама я будто постройнела, помолодела и превратилась в утонченную и холёную аристократку, роль которой мне вскоре предстояло играть.
Из купальни вышла — словно из пыточной. Перекусила омлетом с чаем и, на силу добравшись до кровати, опять провалилась в глубокий сон. Из блаженной тишины выдернул лорд Бертрам, в очередной раз явившийся подпитать близкую «подругу» госпожи. На сей раз порог комнаты старый маг переступил в компании Кобольда с Адель, выразивших мимикой им подыграть.