На поверхности

Проклятием — да, но не грехом.
— Согласен. Но ты поняла, что я имел в виду.
Я поняла.
Поэтому я просто заворчала, а после громко вскрикнула, когда он наклонился и поднял меня на руки.
— Если бы я не хотел спать с тобой так чертовски сильно, я бы оставил тебя в другой спальне, чтобы немного отдохнуть. На данный же момент я буду джентльменом и не прикоснусь к тебе всю ночь.
— Ага, — фыркнула я. — Вероятно, мы должны поспорить, как долго это продлится.
Адам хмыкнул.
— Никакого пари. Я знаю, что ты права, — пробормотал он, поцеловал мои улыбающиеся губы и продолжал делать это всю дорогу до спальни.
Я восторженно ахнула, когда он отстранился. Не только потому, что наша спальня была светлой и просторной, со шторами от пола до потолка, которые, когда были полностью закрыты, блокировали большую часть яркого света, и с кроватью, которая выглядела так, как будто мы с Адамом могли бы заниматься на ней художественной гимнастикой, но и из-за вида.
Из окна спальни открывался вид на океан, и я знала, что когда проснусь, увижу его, лишь немного повернув голову.
— Ты должна жить рядом с океаном, — пробормотал Адам, усаживая меня на правую сторону кровати.
— Я намерена это сделать, — ответила я рассеянно, глядя на воду.
Вздохнув, Адам наклонился, откинул в сторону толстое стеганое одеяло и уложил меня.
Одеяло было ярко-кораллового цвета, простыни были серыми, как и куча подушек позади меня, но серый был разных оттенков.
Моргнув, я посмотрела на Адама, зная о белом полотенце на моей коже, резко контрастирующим с серым цветом.
— Ты не снял с меня полотенце, — пробормотала я, даже не собираясь заигрывать.
— Подними задницу, — приказал он несмотря на то, что на его щеке дрогнул мускул.
Я сделала, как было велено и Адам, быстро потянув за заправленный конец полотенца, отбросил его в сторону.
Его глаза потемнели, когда он окинул меня взглядом и, стиснув зубы, укрыл меня простыней.
Я улыбнулась, потому что, хотя и чувствовала себя костлявой, неуклюжей и немного мускулистой, Адам всегда смотрел на меня как на модель из каталога купальников.
Я не отрывала от него взгляда, надеясь увидеть похожее шоу, но этого не произошло. Он задернул шторы, хотя я возражала: «Я хочу увидеть океан!»
— Ты можешь увидеть его утром, — парировал он. — Я хочу, чтобы ты заснула.
— Отцовство сделало тебя еще более властным, — надулась я.
Он фыркнул, а затем, когда мы были в полумраке, я услышала шорох и поняла, что он уронил полотенце.
— Нечестно, — пробормотала я. — Я ничего не увидела.
— Тогда тебе остается только почувствовать это, — ответил он, и я ощутила порыв воздуха, когда Адам приподнял простыню с другой стороны кровати.
Это была большая кровать. Если бы я осталась лежать на своей стороне, то не смогла бы прикоснуться к нему.
Вообще.
Что было отстойно.
Похоже, Адам подумал так же, потому что через несколько секунд мы переместились к центру и заключили друг друга в объятия.
Я была не из тех людей, кто согласен с риском растяжения мышц шеи только для того, чтобы спать с кем-то рядом, но в данный момент, когда наши тела касались друг друга, а наши руки и ноги переплелись, я была счастлива.
Умиротворенно вздохнув от тепла, исходящего от Адама, я поцеловала его грудь.
— Мы делали это так редко, — прохрипел он.
И я закрыла глаза, потому что он был прав.
— Думаю, можно по пальцам пересчитать, сколько раз мы так спали.
Наверное, дело даже не в этом.
Хотя время от времени я уступала, и мы спали вместе как в буквальном, так и в сексуальном смысле, но это было нечасто.
Я была упряма, а если дело касалось безопасности Адама — еще более упряма, чем обычно.
В сборной по плаванию невозможно достичь того уровня, какого достигла я, без внутреннего стального стержня, а этого у меня было в избытке.
Но еще это означало, что таких воспоминаний было слишком мало, и это была одна из причин, по которой я сейчас сдалась.
Я хотела этого.
 
    
Глава 31
Путь назад
Тогда
Адам
 
Вы когда-нибудь смотрели в стиральную машину, наблюдая за вращением одежды и испытывая дикое желание оказаться внутри?
Странное желание, я знаю, но все, же шанс очиститься, отстирав все свои пятна?
Я чувствовал себя именно так.
Не потому, что был запятнан, а потому, что хотел стереть прошлое. Я чертовски сильно хотел начать жизнь заново. Но даже если бы я это сделал, это ничего бы не изменило.
Я не понимал, но это назревало с того дня, как мы с Тей встретились.
У судьбы был способ пнуть по яйцам, но что бы я ни представлял себе, этого я никогда не мог ожидать.
Утро началось отлично. Мы с Теей шли в Роузмор, я обнимал ее за плечи. Связь между нами практически гудела, когда Тея смеялась, глядя на меня, и в ее глазах была любовь, и я смеялся вместе с ней, прекрасно осознавая, что впервые в жизни был счастлив в этом месте.
Она сделала это со мной. Она сделала меня счастливым.
Конечно, я должен был догадаться, что если Каин сунул куда-то свой нос, все пойдет не так.
Тея так нервничала из-за тренировок в бассейне, что придумывала разнообразные способы, чтобы спасти себя от позора, который могли устроить ей девушки в раздевалке. Помимо той формы, что была на ней и которую она перед тренировкой запирала в шкафчике в раздевалке бассейна, в шкафчике в коридоре хранился запасной комплект школьной формы на тот случай, если ее у нее выкрадут, причем запасной ключ от шкафчика был у меня — уровень планирования подсказал мне, сколько раз она была новенькой. Как часто над ней издевались, и хотя я хотел кого-то убить за это, мои руки были связаны. Все, что я мог сделать, это заверить ее, что все будет в порядке.
Я ненавидел то, что мой гребаный брат сделал из меня лжеца.
Однако чего я не мог ожидать, так это появления в бассейне в паре чертовски узких Speedo, врезавшихся в мою задницу, из-за того, что мой брат-мудак взломал мой шкафчик и забрал мои плавки. Поэтому я потратил добрых десять минут, роясь в так называемых «потеряшках» в попытке найти подходящие плавки, попутно вспоминая Тею и ее провидческую боязнь кражи ее вещей.
Отлично.
Одолженные плавки.
Не знаю, что может быть хуже этой ситуации, но, черт возьми, я был нужен Тее, поэтому, схватив, наконец, то, что попалось под руку, я натянул их и направился к бассейну.