На поверхности

Папа, бросив на меня недоуменный взгляд, выпроводил их, и в тот момент, когда отошел, я повернулся к Тее и обхватил ее руками.
Будь прокляты чувства, обида и отвержение.
Я знал, что она будет нуждаться во мне.
Она всегда нуждалась во мне после того, как исцеляла.
В моих руках она начала дрожать, а колени подогнулись под ее легким весом. Мне удалось прижать Тею к себе, но, взглянув через плечо и увидев, что папа все еще разговаривает, я потащил ее в уборную.
— К-к-куда мы идем? — спросила Тея, заикаясь. Ее руки крепко обхватывали мою талию, но ладони скользнули под подол моей рубашки и пальцы коснулись обнаженной кожи.
Связь была одновременно и благословением, и проклятием.
Черт.
Так хорошо. Словно изысканная пытка. Но Тея однозначно мерзла. Я никогда раньше не встречал ничего подобного — то, как ее температура за считанные минуты падала, будто Тея провела несколько часов в гребаной морозилке. Если бы не эта девушка, я бы не поверил ни в какую сверхъестественную херню, но теперь я серьезно ожидал того дня, когда выяснится, что вампиры существуют.
Хмыкнув от этой мысли и желая как-то выровнять ее температуру, я пробормотал:
— В уборную. Если не хочешь, чтобы папа что-то заподозрил…
— Не хочу! — был немедленный ответ, и Тея уткнулась лицом мне в изгиб между горлом и плечом.
Боже, это меня уничтожило.
Это напомнило о простых временах. Моментах в нашем прошлом, когда все не было таким чудовищным и сложным, как сейчас.
Блядь, чего бы я не отдал за возможность начать все сначала. За прошлое, которое снова стало бы началом нашего настоящего.
 
    
Глава 12
Адам
Тогда
 
— Пожалуйста, тренер. Приходите и посмотрите на нее. Дайте ей шанс.
Если мой тон был настойчивым, то это потому, что я чувствовал именно это, но тренер Райдер покачал головой.
— У меня нет времени…
— Сэр, я говорю вам, что она лучший пловец, которого я когда-либо видел. А ее скорость? — я присвистнул. — Она феноменальна. Сейчас она в составе команды своей школы, но для нее в этом нет никакой выгоды.
— Если она так хороша, в конце концов, ее заметят.
Я сжал губы.
— Она более чем хороша, но никогда не соревнуется. Зачем ей? Она не состоит в NCSA (прим.: некоммерческая организация, которая объединяет спортсменов средних и старших классов с тренерами колледжей). Единственные соревнования, в которых она участвовала, были для школы, и непохоже, чтобы там заинтересованы продвигать ее.
Райдер покосился на меня, откинувшись на спинку стула, который задрожал под его весом. Я всегда находил ироничным то, что старый ублюдок постоянно советовал мне сесть на диету в то время, когда ему самому нужно было сбросить, по крайней мере, килограммов двадцать. Закинув ноги на стол, он сложил руки на животе, размышляя о моих словах.
На стене за его спиной располагалась коллекция сертификатов и фотографий с тех времен, когда он сам участвовал в национальных соревнованиях, но еще больше было фотографий детей, которым он помог подняться на национальный уровень.
Уровень, которой был бы хуже без Теи.
Наклонившись вперед и положив локти на колени, я сказал:
— Она потрясающая, сэр. Совершенно невероятная. Я приметил ее на днях. Ее вольный стиль? Да она выбьет дерьмо из последнего заплыва Марии.
Райдер приподнял бровь.
— Сколько метров?
— Пятьдесят. Но это было после того, как она тренировалась в течение часа, тренер, — сказал я. — Она засекала время для меня, а я — для нее.
— Какое было время у тебя?
— Тридцать две секунды.
Райдер покачал головой.
— Тебе нужно сбросить четыре килограмма. Сколько раз я должен тебе это говорить?
— Я тренировался целый час!
— Ты просто используешь это как оправдание тому, как быстро плавает эта Теодора!
— Теодозия, — поправил я. — И это не так. Я не выторговываю свое место в команде.
Тренер приподнял подбородок, почесывая клочки волос, которые там росли. У него было лицо и живот питбуля, и такой же лающий голос.
— Откуда ты вообще знаешь этого ребенка?
— Она не ребенок. Она моего возраста. Я познакомился с ней на мероприятии по сбору средств.
— Сбор средств? — фыркнул он. — Если она друг твоей семьи, тогда ей не нужна твоя благотворительность, не так ли?
— Мы познакомились в Общественном центре "Хоквейл", сэр. Она не богата. Она приемный ребенок. Но она намного больше, чем это.
— Я вижу звезды в твоих глазах.
Я пожал плечами.
— Возможно, но ее статистика не лжет.
— Мы оба с тобой знаем, что я не приветствую любовные интрижки в моей команде, если это какой-то развод для того, чтобы вы могли проводить больше времени вместе. Или, милый Иисус, чтобы вы оба могли поехать в следующем месяце на сборы…
И именно поэтому я старался сохранять хладнокровие относительно Теи. Даже если это меня убивало. Было легче остановиться до того, как ты что-то начал, и, хотя мы, в конце концов, дойдем до этого, я могу подождать. Тея заслуживала гораздо большего, чем быстрый перепих. Я хотел дождаться нашего восемнадцатилетия, освободиться от всяческих ограничений и заняться с ней любовью в каком-нибудь особенном месте.
Там, где это что-то значило бы для нас.
Без всяких уловок я сказал:
— Если это повлияет на ситуацию, я порву с ней отношения.
— Думаешь, я вчера родился?
Дернув плечами, я пробормотал:
— Нет, тренер. Я так не думаю. — Но это был полный отстой, что он вел себя со мной так строго, в то время, когда Мария и Каин трахались так, будто были единственными людьми, которые могли заново заселить Землю.
Он закатил глаза.
— Ты всегда так искренне оскорбляешься, парень.
— Пожалуйста. Просто пойдите и посмотрите на Теодозию. Вы не поверите, насколько она быстра. Сэр, у нее нереальный потенциал, и это пустая трата времени. Она ничем не занимается, кроме тренировок, и выкладывается на них больше, чем мы с Каином вместе взятые, и все напрасно. Она не участвует в соревнованиях кроме школьных, просто тренируется и тренируется.
— Почему?
— Ей нравится вода.
Райдер хмыкнул.
— Как быстро она приплыла?
— Двадцать девять секунд. На днях Мария проплыла эту же дистанцию за тридцать одну. И это было после разогрева, когда она не чувствовала усталости.