Сахар со стеклом (СИ)
- Ты чего такая варёная? - Ирина улавливала изменения во мне так, будто от моего тела к ней были присоединены тонкие проводки, сообщающие все физиологические показатели, а вдобавок к этому ещё и нашептывали эмоции - она знала все мои радости и всё, что меня гложет. - Тебя это приглашение так озадачило?
- Нет, - я грустно покачала головой и зевнула, отчего тут же начали слезиться глаза. - Разговор с отцом состоялся серьёзный... Поэтому теперь, кажется, я сама по себе! Решила ехать в сборную. Мотивации вагон и маленькая тележка! В голодные времена буду разливать по бутылкам и продавать всякоим бездельникам. Слушайте, а сборная - это же серьёзно... У меня зарплата будет какая-то?
- В этом году спонсоры щедрые попались, поэтому решили выступление команды к хоккейному чемпионату подготовить, - шепнула Ирина, ожидая пока все ученицы появятся на льду, - знаю по секрету, что если всё получится, то они готовы отправить команду на Гран-при по фигурному катанию в качестве «гостевого» вида. Там будут команды из нескольких стран. Поэтому считаю, и вас не обидят!
- Удивляет только одно: почему новую решили собрать? Неужели у нас нет «скатанных» девушек? - я снова нахмурилась, пытаясь разгадать тайну века. В моей маленькой голове такие странные вещи никак не укладывались.
- Как узнаешь, расскажешь мне! А сейчас лоб не хмурить и бегом на лед! - пронзительный резкий звук свистка заставил меня съёжиться, отбросить все лишние мысли и начать разминку.
***
Отец, как я и просила, на моем выступлении не появился. Не сильно и надо - фыркнула я, когда вернувшись домой с призовой медалью за первое место, застала его на кухне с проклятой белокурой вешалкой. Он посмотрел на меня так выразительно, что я едва удержалась от крепкого словца, но нашла силы с каменным лицом пройти мимо, прикусив язык.
Леди Мэри поселилась с нами в день знакомства, но за порогом родительской спальни я её не видела. Видимо красавица решила поберечь дорогие наращенные волосы и не злить неуправляемого подростка, который ни жвачкой, ни идти на крайние меры не брезговал. На следующий день прибыл грузовик с её личными вещами: всю неделю я спотыкалась о разбросанные повсюду коробки с хламом и шипела, больно ударяясь то мизинцем, то большим пальцем. Даже начала считать дни до того, как сяду на самолет и этот дурдом закончится. При случайной встрече в коридоре отец выразительно глянул на меня и со всего размаху зацепил ногой одну из тех долбаных коробок - зарычав от боли, он схватился за ногу. Едва сдержав смех, я пожала плечами: "Ты сам ее выбрал, батя! Терпи!"
Сначала мужчина хотел привлечь к миссии по освобождению от оккупации нашу Зину, но она из женской солидарности со мной уехала на неделю ухаживать за пожилой мамой в какую глушь, оставив его в одиночестве решать проблему. Вот так Фрекен Бок наваляла Мэри Поппинс. Один - ноль, загадочная и решительная молодая леди, не упустите зонтик!
За эту неделю я сделала почти невозможное - перевела документы в столичный вуз. Не без помощи связей Ирины Владимировны, но всё равно почти сама. Расставаться с ней было трудно, но я пообещала себе в родительский дом больше не возвращаться и слово собиралась сдержать.
- Уля, я уже по тебе скучаю! - призналась тренер, увозя меня на ночь глядя в аэропорт. Все свои вещи я привезла на каток Ещё до начала соревнований, чтобы лицо ненавистной Мэри не омрачало радость победы. Однако, здорово просчиталась, оставив дома загранпаспорт. Отец и пальцем не пошевелит, чтобы отправить мне его, когда срочно понадобиться лететь на соревнования - пришлось ехать обратно. Хорошо, хоть вспомнила, что чего-то не хватает.
- Я тоже! Простите, что бросаю вас! Я, честное слово, не нарочно! - мы прощались у гейта, объявили посадку на мой рейс, на глазах стояли слезы.
- Мне будет тебя не хватать, но ни в коем случае не думай, что ты в чем-то виновата! Ты - перспективная спортсменка, а это хороший шанс показать себя! Не тормози, не оглядывайся, лови возможности! Еще пару лет и ты сможешь взять Олимпиаду, а я буду смотреть по телевизору, плакать, показывать наши совместные фото и хвастаться, что двенадцать лет тренировала такую талантливую девочку. Я бесконечно в тебя верю, но все зависит от того, веришь ли ты сама в себя?
Я обнимала её, как в последний раз, и не важно, что между нами расстояние в полтора часа лету. Я преодолевала не пятьсот километров, я переворачивала жизни на новую, чистую страницу, где собиралась писать смело и без чьей-либо навязанной помощи, в которую меня потом при случае ткнут носом.
Верила ли я в себя? Всегда верила. Даже когда в меня не верили другие отдавала себя полностью, потому что ещё с детства мечтала услышать наш гимн на Играх в момент, когда я стою на пьедестале, ощущая на груди тяжесть золотой медали. От мечты, которая вдохновляет на новые свершения, трудно отказаться. Именно ради этого я заставляю себя вставать в пять утра и каждый день заниматься, выжимая из себя все соки, ради этого сбиваю в кровь пальцы, получаю синяки, ушибы и растяжения мышц, не позволяю нарушать режим и питаюсь, как больной с язвой желудка. Да, я верю в себя и люблю дело, которое выбрала, всем сердцем.
***
При выборе отеля я руководствовалась двумя критериями: как можно ближе к спортивному комплекса и как можно дешевле. В отделке номера не было ничего, за что мог бы зацепиться взгляд, к счастью, хоть запах Советского Союза со старого здания выветрился до того, как я заселилась. На улице стояла беспросветная ночь, поэтому я, на скорую руку умылась и, отправив два сообщения - Зине и Ирине, нырнула под одеяло. Утром, проснувшись только с третьего будильника, я была невероятная благодарна за то, что удобное расположение отеля сокращает мой путь к ледовому дворцу до минимума. Оставалось всего полчаса, чтобы собраться, схватить сумку со спортивной формой в одну руку, коньки - в другую и мчаться на лед, к которому было меньше километра пешком.
Зайдя в холл, я в ступоре остановилась на пороге - в девять утра здесь не должно было быть такой толпы. Все нутро шептало что-то не так. Количество девочек было таким, что можно не одну команду собрать, а сразу десять. Голова шла кругом. Я и так догадывалась, в чём дело, но тонкий женский голос, который сообщил, что списки уже вывесили, подвёл черту. Приглашение было не в команду, а на отборочные, где я на общих условиях должна бороться за место в этой долбаный пятерке. Первое, что я почувствовала - это отчаяние. После этого меня сразу охватил гнев - я безудержно сердилась на Ирину Владимировну, считая, что именно она подбила меня на этот абсурдный шаг. Я не хотела быть здесь. Зачем напрягаться, искать общий язык с какими незнакомками, привыкать к новому тренеру, если можно в спокойной обстановке готовиться к чемпионату страны на родном льду? Я не видела никакого смысла. Если бы я знала, что мне придется отвоевывать место - ноги моей здесь бы не было. Но больше всего огорчало то, что пути назад нет. Вернуться домой и показать отцу свою слабость? Ни за что! Поэтому, как говорится, вперед и с песней. Простите, девочки, но вы в пролете. Хоть я и не хочу здесь быть, но податься больше некуда. Поэтому мне нужнее.
Посмотрела на список, приклеенный к доске объявлений, и до боли прикусила щеку - шесть человек на одно место. В университете конкурс меньше был, а специальность у меня не самая задрыпаная. Тяжело вздохнула, пытаясь подбодрить себя. "Прорвемся!" - шептал внутренний голос, и я, на секунду закрыв глаза, чтобы отчетливее услышать его речь, ненароком врезалась в чью-то спину.
- Осторожнее можно? - девушка резко обернулась, взмахнув длинными светлыми волосами, которые больно полоснули меня по лицу, заставляя инстинктивно закрыть глаза. - Ты что спишь на ходу? Если ты и кататься так будешь, то у нас, кажется, минус один соперник...
- Не дождёшься, - спокойно ответила я на её выпад, но по дерзкому взгляду поняла, так просто мы не разойдёмся. На секунду я даже подумывала извиниться, но делала я это из рук вон плохо, да и смысла никакого. - Не кричи, мозг и так взрывается!