Сахар со стеклом (СИ)

— Ты должна мне кое-что пообещать! — с этими словами он коснулся моей влажной щеки так легко и нежно, что у меня защемило сердце. Беляев сделал паузу, другой рукой, едва касаясь, провел по моим волосам, а я замерла в ожидании, превратившись в сплошной сгусток нервов. Что бы он сейчас не попросил, я буду не в силах отказать. — Не скрывай от меня никаких осадков!
Я не выдержала, не устояла. Поддавшись влиянию первобытных инстинктов и забыв обо всем, первая потянулась к его губам, робко коснулась их нежным поцелуем. Егор ответил мне такими же аккуратными, едва уловимыми касаниями, но на удивление быстро перехватил инициативу — поцелуй становился жарче, глубже... вот только что делать дальше, я представляла смутно. Не имело смысла ничего, только страстное желание быть рядом с парнем. Теплые мужские руки нежно скользнули под мою рубашку, и я под поцелуем стала приходить в себя, испугалась, но выкрутиться из объятий не решилась. Моя реакция оказалась не такой уж незаметной, как мне показалось. Егор будто прочитал каждую мою неоформленную мысль на задворках сознания и первым оторвался от моих губ, коснулся щеки целомудренным поцелуем и сжал в крепких объятиях.
— Это прекрасный дебют, но не будем спешить, — прошептал он мне на ушко, заставляя расслабленно рассмеяться, уткнувшись носом в его плечо. Он будто понимал, что мне нужно время, чтобы подпустить его поближе, и не торопил. — К твоему сведению, с этого момента мы официально встречаемся! Давай заниматься!
***
Сквозь сон до моего сознания доносился нежный женский голос, который ласково, но в то же время настойчиво повторял моё имя.
— Мама? — с надеждой прошептала в ответ, усилием открывая сонные глаза. Я так хотела, чтобы это оказалось правдой, но в то же время не могла поверить в реальность происходящего. Красивая женщина средних лет, склонившаяся над кроватью, рассматривала меня с дружелюбной улыбкой на лице. На мою маму она была ни капли не похожа, и я, мгновенно догадавшись, где нахожусь, снова крепко зажмурилась.
Не знаю, чего в этот момент хотелось больше: чтобы незнакомка исчезла, растворилась в воздухе, как мираж, или же провалиться сквозь землю самой. Едва сдержалась, чтобы не натянуть одеяло, как можно выше, и скрыть своё лицо, которое, казалось, покраснело до кончиков ушей. Не так я представляла себе знакомство с матерью своего, теперь уже официального парня. Совсем не так. Я поднялась, принимая сидячее положение — ситуацию, как и первое впечатление, нужно срочно исправлять. Только я не имела ни малейшего понятия как.
— Доброе утро! — покачала головой, пытаясь наконец собраться с мыслями. Вчера мы с парнем до поздней ночи готовили доклад, совсем позабыв о времени. Работа продвигалась медленно, потому что каждое его случайное прикосновение или взгляд в мою сторону буквально заставляли тело дрожать, чувствовать небывалое до этого волнение и вовсе отключали мозг. Раньше я считала такие вещи абсурдом, но теперь готова подтвердить, что диагноз любовной лихорадки истинный — проверено на себе. Я собиралась держаться до победного, несмотря на усталость, поэтому в голове никак не укладывалось, что смогла отключиться рядом с Беляевым.
— Доброе утро, Ульяна! Сейчас половина восьмого, Егор уже на тренировке, но просил разбудить тебя на первую пару! Я оставлю чистое полотенце тут, — она положила белый махровый сверток на кровать рядом со мной, — ванная находится напротив, надеюсь, потом ты присоединишься к нам за завтраком.
— Большое спасибо! — я кивнула и попыталась улыбнуться, но получилось нервно, натянуто. — Как я могу к вам обращаться? — лучше пережить очередной неудобный момент, чем не знать, как называть маму Егора. В голове не укладывалось, что парень мог так меня подставить и бросить наедине со своей семьей, даже не представив нас. Кто так делает?!
— Извини, совсем не подумала, меня зовут Илона! И давай на "ты"! — женщина, остановилась у самой двери, будто выйдя из оцепенения, и представилась — своим вопросом я не дала ей ускользнуть в коридор. — У меня, кажется, подгорают оладьи, надо их спасать, — искренне улыбнулась шатенка с красивыми карими глазами, которые были несколько темнее, чем у её сына, — жду тебя на кухне!
 
Я молча кивнула. У меня сейчас тоже подгорает, только нет ни одного человека, который бросится меня спасать. Где в этом мире справедливость? Ещё и додумалась, как последняя дура, назвать незнакомую женщину мамой. Хотя я понимала, что самое интересное, а именно совместный завтрак, ещё впереди. Если за столом меня ждёт и отец Егора, можно сразу выйти в окно?
Понимая, что заставлять себя ждать неприлично, всё же я в гостях, душ принимала второпях. Вытершись насухо, нырнула обратно в худи, в котором провела всю ночь. Спасибо, хоть Егор не додумался меня раздевать перед тем, как перенёс в спальню.
Когда я прокралась на кухню, не желая привлекать к себе внимание, Илона ещё суетилась вокруг плиты, на которой шипели в масле оладьи. Кажется, женщина решила накормить целую роту солдат, потому что миска, в которую она их складывала, была заполнена с горкой. К сожалению, и отец, и младший брат Егора уже сидели за столом — общения с ними избежать мне не удастся, как бы я не старалась. Громко поздоровалась и замерла у двери, неловко замявшись на месте. Как за одну ночь я потеряла всю свою уверенность? Артём только кивнул в ответ, взглянув мельком, а вот Беляев-старший, широко улыбаясь, не сводил с меня заинтересованного взгляда. Стараясь не дрожать, как осиновый лист на ветру, села рядом с остальными. Если смогу проглотить кусочек, можно считать это огромной победой.
— Андрей, — представился мужчина, мягко улыбнувшись, — а вы, значит, Ульяна? Как я понял, вы учитесь вместе с Егором?
— Да, но не только... — кивнула я, одновременно понимая, как двусмысленно звучат мои слова. О наших отношениях, что едва успели зародиться, я решила умолчать. — Мы познакомились в Ледовом, когда я проходила отборочные, а позже оказалось, что учимся в одной группе, — рассказывать что-то о себе было гораздо легче, чем неловкое молчание.
— Разве у нас есть женская хоккейная команда? — искренне удивился мужчина, заставляя меня рассмеяться.
— Нет, насколько я знаю, — я отрицательно покачала головой, объясняясь, — я — фигуристка. Возможно, вы слышали о Нине Игоревне Жаровой? Она — двукратная чемпионка Олимпийских игр, а сейчас временно тренирует сборную по синхронному катанию.
— Да, слышали, — губы мужчины скривились в хитрой улыбке, и он фыркнул, глядя на жену. — И даже знакомы с ней лично! Некоторые тоже у неё занимался, да, Илона?
Я удивлённо посмотрела на женщину, которая протянула мне тарелку с оладьями и махнула рукой на мужа. Вроде, нашел, что вспомнить.
— Вы тоже катались? — спросила я с интересом, желая услышать подробности.
— Да, моя мама хотела, но я только до Европы добралась, а потом влюбилась и всё! — улыбнулась женщина, глядя на Андрея, ради которого закончила спортивную карьеру.
— Я тоже только до Европы добралась в этом году, — грустно покачала головой, давая себе наставление вслух, — мне нельзя влюбиться!
Слова вырвались непроизвольно, и я закашлялась под удивленными взглядами всех членов семьи. Даже Артём в этот момент оторвался от смартфона. Не понимаю, как потеряла контроль над собой, никогда ранее не попадала в такие нелепые ситуации. Не нашла ничего лучшего, чем банально съехать с темы.
— Вы тогда, наверное, знакомы с Ириной Владимировной Михайловой? До этого она была моим основным тренером! — я составила дважды два.
— С Ирой? Конечно! Катались вместе, дружили, до сих пор общаемся! Слушай, я вспомнила, она мне о тебе рассказывала! Тройной "лутц" прыгаешь? — переспросила она восторженно, и я поняла, как украсть её сердце.
— Я уже несколько четверных прыгаю!
Конечно, я знала, что это хвастовство. Вот только не чувствовала ни капли стыда. Бывших фигуристок не бывает, любовь ко льду не может просто испариться. Я видела, что женщина осталась под впечатлением, хотя никто другой за столом, не понял сути нашего диалога.