Тень и Коготь

Во многом подобными экзультантам, хотя и в более мелком масштабе, выглядят так называемые армигеры. Название данного сословия указывает на класс воинов, однако, по всему судя, монопольным правом на высшие армейские должности армигеры отнюдь не обладают; таким образом, их положение уместнее всего уподобить положению самураев на службе у дайме феодальной Японии. К сословию армигеров относятся Ломер, Никарета, Рашо и Валерия.
Оптиматов, по-видимому, следует полагать более или менее состоятельными негоциантами. Данный класс представлен в оригинальных рукописях скуднее прочих шести, хотя к нему, судя по ряду намеков, изначально принадлежала Доркас.
Подавляющее большинство населения, как и во всяком обществе, относится к простонародью. Как правило, довольные собственной участью, невежественные, поскольку забота об их образовании государству не по средствам, простолюдины недовольны надменностью экзультантов и благоговеют перед Автархом, каковой в конечном счете являет собою не что иное, как их же собственный апофеоз. К простонародью принадлежат Иолента, Хильдегрин и все до единого жители Сальта, не говоря уж о множестве (несть им числа) иных персонажей оригинальных рукописей.
Окружают Автарха – явно не доверяющего экзультантам и, несомненно, имеющего на то немало веских причин – служители трона, его распорядители и советники как в военных, так и в гражданских вопросах. Происходят они, по-видимому, из простонародья и, что весьма примечательно, высоко ценят полученное образование. (Для сравнения вспомните пренебрежение, с коим отвергала образование Текла.) К тому же классу можно отнести и самого Севериана, и прочих обитателей Цитадели, за исключением Ультана.
Представители духовного сословия почти столь же загадочны, как и божество, коему они служат, предстающее перед нами в виде божества, по сути дела солярного, однако отнюдь не аполлонического. (Присущий Миротворцу Коготь наводит на мысль об очевидной связи с орлом Зевса и солнцем, но это выглядит чрезмерно банальным.) Подобно римско-католическому духовенству наших дней, они принадлежат к различным орденам, но, в отличие от оных, никакой объединяющей власти, по-видимому, не подчинены. Порой, вопреки их очевидной приверженности к монотеизму, в их верованиях и обрядах проскальзывают черты индуизма. Пелерины, коим в рукописи отведена роль гораздо более значительная, чем любой иной религиозной общине, бесспорно, представляют собой сестринскую общину жриц, сопровождаемых (без чего подобной кочевой группе в данном месте в данное время просто не обойтись) вооруженной прислугой из числа мужчин.
И, наконец, какогены некоторым образом, постигаемым нами разве что интуитивно, представляют собой тот чужеродный элемент, что, в силу самой своей чужеродности, знаком нам лучше всего, поскольку существует почти в любом известном нам обществе. Их общее название, по всей видимости, указывает на то, что простолюдинам они внушают страх или как минимум неприязнь. Присутствие какогенов на празднестве у Автарха, вероятно, свидетельствует о том, что они (хотя, может статься, под давлением обстоятельств) приняты при дворе. Современники Севериана, по-видимому, полагают их однородной группой, однако на деле состав ее, скорее всего, весьма и весьма разнообразен. В рукописях данный элемент общества представлен образами кумеянки и Отца Инире.
Форма почтительного обращения, переведенная мною как сьер, по-видимому, должна применяться лишь к высшим классам, но широко (и не к месту) используется в низших слоях общества. Обращение хозяин, как и положено, указывает на домовладельца.
 
Монетная система, система мер и единицы измерения времени
Более-менее точно определить стоимость монет, упомянутых в оригинале «Книги Нового Солнца», превыше моих возможностей. За неимением точных данных я решил именовать хризосом любую золотую монету с отчеканенным на оной профилем одного из автархов: несомненно, в той или иной мере отличаясь друг от друга и весом, и чистотой пробы, ценность они имеют приблизительно одинаковую.
Еще более разнообразные серебряные монеты описываемого периода свалены мной в одну кучу под названием азими.
Крупные латунные монеты (судя по рукописям, основное средство взаиморасчетов среди простого народа) я назвал орихальками.
Любой из мириадов мелких латунных, бронзовых и медных кругляшей (выпускаемых не высшей, центральной властью, а местными архонтами по мере надобности и предназначенных только для обращения в пределах провинции) у меня называется аэс. За один аэс можно купить яйцо; за орихальк – нанять на день чернорабочего; за азими – приобрести превосходно пошитое пальто или плащ, в каком не стыдно показаться на людях оптимату; за хризос же – доброго скакуна.

Необходимо помнить, что меры длины либо расстояния, строго говоря, друг с другом не соизмеримы. Лига в данной книге означает дистанцию протяженностью около трех миль, и именно в лигах надлежит исчислять расстояния между городами и внутри крупных городов наподобие Несса.
Пядь равна расстоянию между кончиками разведенных в стороны большого и указательного пальцев – то есть примерно восьми дюймам. Чейн – это длина мерной цепи из ста звеньев, длина каждого из звеньев коей равна пяди; следовательно, чейн равен приблизительно семидесяти футам.
Эль – это традиционная длина стандартной армейской стрелы, равная пяти пядям или примерно сорока дюймам.
Шаг, как сие слово использовано в тексте, означает один шаг, или примерно два с половиной фута. Шаг маховый равен длине двух шагов.
Самой распространенной единице измерения длины, расстоянию от локтя до кончика самого длинного пальца взрослого мужчины (равному примерно восемнадцати дюймам), я присвоил название кубит. (Обратите внимание: в работе над переводом, пытаясь воспроизвести латиницей оригинальные термины, я предпочитал использовать современные термины, понятные каждому из читателей.)

Слова, указующие на продолжительность времени, встречаются в данных рукописях куда реже; порой интуиция подсказывает, что восприятие времени (и лично автором, и прочими членами общества, к коему он принадлежит) изрядно притуплено общением с носителями разума, подвергшимися воздействию (либо преодолевших воздействие) Эйнштейнова временного парадокса. Хилиада и выше и далее означает период длиной в тысячу лет. Эпохой называется интервал от полного исчерпания естественных запасов одного минерала или иного природного ресурса (например, серы) до полного исчерпания следующего. Под месяцем (в описываемые времена) имеется в виду месяц лунный, продолжительностью в двадцать восемь дней; таким образом, неделя равна нашей неделе – четверти лунного месяца, или семи дням. Стража – период от смены до смены стоящего на часах караульного, одна десятая ночи либо примерно час с четвертью.
Дж. В.
 
Об авторе
Джин Вулф родился в 1931 году в Нью-Йорке (Бруклин), а рос в Хьюстоне, штат Техас. Два с половиной года отучившись в Техасском университете A&M, он бросил учебу, был призван на военную службу, во время Корейской войны награжден почетным знаком «За участие в боевых действиях», а после, воспользовавшись законом о льготах для уволенных в запас, поступил в Хьюстонский университет, где получил специальность инженера-машиностроителя. Вершиной его инженерной карьеры стал пост редактора отраслевого журнала Plant Engineering, каковым Джин Вулф оставался до 1984 года. В 1956 году женился и принял католицизм, который сильно повлиял на его дальнейшее творчество.