Ultima Ratio (СИ)
Петр Георгиевич Алексеев встретил гостей сам, лично, без обязательного водителя. Здесь главное что бы лишних глаз не было. Бронированный «Шевроле» ставропольской сборки с военными номерами и спецталоном «вездеходом» стоял прямо возле частного терминала аэропорта Быково и троица прибывших оказались в машине за считанные секунды, без задержек пройдя паспортный контроль и осмотр багажа.
— Вас в гостиницу? Поинтересовался Алексеев, кожей чувствуя опасность исходящую от сидящих в салоне людей.
— Нам нужен прокат автомобилей. Можете нас туда подвезти?
— Конечно…но..
— Что но!? Старший из прибывшей троицы повернул к нему лицо, обычное лицо, если бы совершенно бесчувственные глаза словно у мертвой рыбы.
— Я должен передать вам данные по предстоящему… заданию. Наконец подобрал правильное слово Алексеев злясь на себя за внезапную слабость.
— Это можно сделать, когда мы решим вопрос с транспортом. Подробности заказа — передайте мне лично. Тоном, не терпящим возражений, сообщил старший, чем окончательно вывел Алексеева из себя.
— Здесь приказы отдаю я. Тихо произнес Алексеев, таким голосом, от которого у его подчиненных обычно холодела спина и волосы вставали дыбом.
Сзади кто то хихикнул.
— Как скажете, любезный. Отдавайте приказы кому и где угодно. Но мы свой приказ уже получили и не от вас. Так что остановите машину — мы все сделаем без вашей помощи.
Алексеев скрипнул зубами и промолчал. Один ноль в пользу незваных гостей.
— Парковка для прокатных авто, через пару верст.
Старший кивнул и ничего не ответил, глядя на растущие бо сторонам шоссе жилые новые кварталы.
Скрипнув выпавшим за ночь свежим снежком «Шевроле» остановилась перед неоновой вывеской «Автосалон братья Виссарионовы и Ко. Прокат, продажа и покупка авто»
— Идите агрегат выбирайте. Как обычно. Процедил старший и пара его подельников не издавая не звука растворились в морозном воздухе.
Алексеев запустил руку за пазуху и извлек конверт из плотной бумаги.
— Здесь все. Фото, адрес, общая информация.
— Мною получены инструкции, что вы пойдете с нами на задание. Основное решение, что делать с «бутузом»- будете принимать вы.
— С каким еще «бутузом»??? Ошарашенно спросил Алексеев.
Старший сморщился, словно проглотил пилюлю.
— «Бутуз», «мешок», «гусь» это тот человек ради которого мы все сегодня собрались. Терпеливо обьяснил старший. Профессиональное арго…
— А с этим…Все зависит от искренности его раскаяния и желания сотрудничать…
— Мы это обеспечим. Спокойно сообщил старший. Но окончательное решение — только за вами.
Со стоянки выехал старый, но бодрый «Руссо — балт Авалон» в салоне которого, Алексеев явственно разглядел двух младших головорезов.
— Поедем. Эти обормоты будут следовать за нами в фарватере.
Затем Старший, вскрыл конверт и углубился в чтение.
Читал он очень быстро и вскоре сунув бумаги обратно в конверт, он уставился на фотографию Зиланда.
— Интересный гражданин. Весьма опасный и хитрый. С такими работать одно удовольствие. Опять же живет один, контакты с женщинами разнообразны. Значит еще рне окольцевали и в стойло не поставили. Жеребец с норовом.
Статский советник Эммануил Зиланд, жил с размахом недалеко от станции метро «Пречистинка» на одноменом бульваре, в четырехкомнатной квартире на монсардном этаже, купленной за казенный счет и содержащейся на балансе МИДа. В доме было семь этажей и два подьезда охраняемых вежливыми и бдительными привратниками.
— Как вас зовут? Спросил Алексеев у старшего. На что тот вяло пожав плечами, нехотя ответил.
— Зовите Иван Осипович, если вам угодно.
— Иван Осипович, что вы намерены делать?
— Мне надо позвонить. Бесцветным голосом сообщил уралец и вышел из машины на мороз. Двое его подручных так и остались сидеть в арендованном «Руссо-Балте» в метрах ста сзади.
— Есть радиотелефон…. Успел вслед крикнуть Алексеев, но старший уже вышел.
Достал из кормана пальто бумажку с номером и не снимая кожаных тонких перчаток набрал комбинацию цифр на металлическом диске. Трубку сняли после первого гудка.
— Эверсман. Обьект на месте. Не один. С женщиной. Можно работать.
Не ответив, старший положил трубку. Поглядел на часы. Да самое время.
— Сейчас десять утра. Все кому нужно уже на службе, остальные либо спят либо только просыпаются. Так что, работаем сейчас.
Быстро ставил задачи своим безмолвным подчиненным старший уралец.
— Вы, господин генерал подождите пока здесь, поднимайтесь минут через двадцать, не раньше. Достаем жетоны.
Старший, не снимая перчаток достал полицейский жетон на цепочке и повесил его на шею, подобное действие провели и двое его подручных.
— Ну, с Богом, казаки.
*****
Моня Зиланд был опытным человеком, прошедшим огонь и медные трубы агентурной работы сначала в Одесском таможенном управлении затем в российском бюро Интерпола, причем несколько лет проработатал агентом под прикрытием в гуще одесских контрабандистов. Народ там, лихой и безжалостный и попадись к ним в руки «шпик» ненавистной таможни, смерть от пули показалась бы Моне — милосердием. Обычно бандиты с пойманными агентами расправлялись жестоко и изащренно. Но Моня Зиланд — годами выживал в этой опасной среде и приносил начальству особо ценную информацию. Сейчас понятное дело, служба у него на порядок более спокойная и живет он не среди одесских биндюжников а в респектабельном месте Москвы.
Вернувшись из Брюсселя и доложив лично Нелединскому, что груз был доставлен дипкурьерами по назначению Эммануил получил министерское соизволение на отдых и отпустив шофера с персональным «Руссо-балтом», с удовольствием придался пьянству и разврату, ибо неделя выдалась действительно тяжелой. Сначала он поехал в американский модный бар «Канзас» что на пересечении Садово- Черногрязской и Старой Басманной улиц, где играл отличный джазовый квартет, там познакомился с тремя скучающими девицами по виду — студентками. Барышни были не прочь отправится на танцы и Моня предложил им дискотеку «Луна — Парк» где он был завсегдатаем и имел ВИП- карту на вход. Как и ожидалось — барышни были провинциалки, дочери купцов 2 гильдии, отправленные в столицу учится коммерции и обрастать нужными связями. «Луна — Парк» славилась своим статусом дорогого и элитарного места для веселья отпрысков богатейших и знатнейших фамилий республики. И появление рядом мужчины с деньгами, импозантной внешностью и положением в обществе им было очень кстати. Из троицы барышень, Моня выбрал для себя Анастасию — высокую, статную блондинку с большой грудью, серыми глазами и чувственными губами. Она была легка в общении и весьма рискованная в танцах, то и дело прежимаясь к нему своей грудью.
Закончилось все, как и должно было закончится. В его казенной квартире на Причестинке. Купеческая дочь оказалась барышней ненасытной и покладистой, готовой на все для ублажения своего случайного любовника, что очень импонировала Зиланду. После четырех часов любовных утех, когда черное московское небо стало осторожно сереть, Настя успокоилась и уснула свернувшись на смятых простынях калачиком. Моня принял душ и осторожно лег рядом, проваливаясь в бездну сна.
Все таки либо возраст либо алкоголь сыграли свою злую шутку. Моня не услышал ни шороха в прихожей и тихого скрежета с которым отмычка отпирает замок. Он не услышал ничего, просто почувствовал в спальне чужое присутствие. Еще не открыв глаз, Моня протянул руку к прикроватной тумбочке где лежал наградной «Браунинг» всегда заряженный и готовый к бою…Пальцы уже коснулись ребристой пистолетной рукояти и тут что то ярко вспыхнуло …
*****
— Как вы себя чувствуете, любезный советник Эммануил Сергеевич Зиланд? Поинтересовался вкрадчивый голос над самым ухом Мони, едва он очнулся.
— Неплохо. Односложно ответил Моня, пытаясь разлепить глаза и осмотреться по сторонам. Повернутся толком не удалось, он был пристегнут полицейскими наручниками к спинке собственной кровати. Девушки рядом не было а в кресле напротив расположился весьма неприятный господин с неподвижным, рыбьими глазами и ежиком темных волос с проседью. Еще минимум один, судя по тихому дыханию, находился в коридоре.