Пыль дорог

Солнышко палило, и если сюртук защищал от зноя, благодаря зачарованию, то голову припекало. Нужно зайти в магазин готового платья и в парикмахерскую, но сначала дело.
    
Глава десятая
Новость о том, кто такой Странник, облетела поселок стремительно. Едва выйдя за ворота постоялого двора, Воронцов обнаружил, что его персона привлекает внимание. Раньше все было плевать, идет чужак по своим делам, и идет, теперь же некоторые окружающие откровенно на него пялились, а двое вполне почтительно кивнули.
— Сука, Гнус, — ругнулся себе под нос Воронцов и, понимая, что теперь уже ничего не изменить, отправился к капищу.
— Чего приперся? — сварливо поинтересовался Страж, стоило Константину переступить границу места силы. — Тебе что, ночных приключений не хватило? Твоя баба тебя отсюда едва живого вытащила. Решил еще разок судьбу испытать?
— Нет, на второй план даже не полезу, я не за умениями.
— А зачем тогда? Если просто со мной потрепаться, то добро пожаловать, мне тут скучновато, разговор-то, если только с ведунами, а их всего три, а разговариваю только с одним, два других меня не слышат.
— Можно и потрепаться. Ты амулет Сварога видишь у меня на груди?
— Как же я могу не видеть амулет создателя? — отозвался хранитель места силы. — Я так понимаю, у тебя вопрос.
— Естественно. Эта сущность из перстня нуждается в подпитке. Я хочу отвести ей небольшую часть энергии, не зря же я вчера на остатках взял умение «запасник», а еще ей очень тяжело пробиваться через ментальную блокаду амулета.
— Но ты не знаешь, как взаимодействовать с ним, чтобы убрать эти ограничения?
— Ага, — согласился Воронцов.
— А если подумать?
— Я уже подумал. Думаю ответ — кровь.
— Ну, все верно, боги любят кровь, особенно, когда ее отдают добровольно. А у тебя не простой артефакт, созданный людьми, а артефакт с частицей бога. Пусть она крохотная, но даже это делает его бесценным и могущественным.
— Ясно, — подвел итог Константин. — Что-то такое я и думал. Ну, давай попробуем.
Он вытащил цепочку с амулетом, затем сделал шаг за границу капища, поскольку он так и не удосужился завести себе нож, который сможет нанести рану внутри места силы. Быстро порезов левую ладонь, он сжал амулет в кулаке и вернулся.
— Почувствуй его, — подсказал Страж.
Константин, который недавно уже проделывал это, уселся на землю, прикрыл глаза и почти мгновенно нашел амулет. Тот был теплым и лучился светом, от которого резало глаза. Он мысленно потянулся к нему, и тут же получил ответный отклик — образ, похожий на тот, которым общался прислужник, когда только произошла привязка. Во всяком случае, в его голове образовался визуальный образ знака вопроса (?).
Константин сформулировал в голове запрос на изменение параметров защиты, дать доступ перстню и духу в нем к запаснику энергии и снять для духа ментальную защиту на общение, но не допускать копания в его мозгах.
Ответа пришлось ждать довольно долго. Минуты текли. Константин молча ждал. Амулет продолжал светиться, и вдруг погас, прислав напоследок образ ответ: «Готово».
— Неплохо получилось, — произнес Страж, который, видимо, наблюдал. — Я думал, частичка Сварога начнет своевольничать.
— Страж, а как мой медальон патроны заряжает, что они тварей валят? И можно ли создать уже заряженные патроны с запасом?
— Многие пытались создать рунные патроны, но это очень дорого. Ведь для зачарования нужны сферы, а не просто руны. Одна сфера — десяток патронов, может, чуть больше. Ну и прикинь сам ценовую политику на такой боеприпас.
Константин прикинул и погрустнел, сфера тьмы, по словам Кина, стоит около пятидесяти золотых. Допустим, пятнадцать патронов она зарядит. Вывод простой — три с половиной золотом. Получается злотом стрелять, и то дешевле.
— А сливать заряд с амулета в патроны?
— Ты же сам знаешь ответ. Сколько продержался заряд после боя?
— Минут двадцать, потом погасло.
— Ну, вот тебе и ответ — сливать можно, только толку не будет. Правда Белая Ладия сможет делать тебе запас рунных патронов, благодаря новому умению. Но это будет не скоро. Ей многому предстоит научиться.
— А руна удержания не поможет с зарядкой через амулет?
— Пробовать надо, — задумался Страж. — Ты со своей артефакторшей на эту тему говори.
— Не с кем пока говорить, она удалилась умные книги читать. Ладно, пойду я, постричься нужно, да кое-что из одежды прикупить.
— Ну, иди, — почему-то развеселился Страж.
— Чего веселого?
— Да просто я давно в этом всем не нуждаюсь, вот и веселят меня ваши маленькие сиюминутные запросы. Ладно, иди уж.
Константин поднялся и покинул границу капища.
Пока дошел до цирюльни, ему раз семь кивнули, это начинало напрягать. А что будет в Тверде, где придется в воротах называть истинное имя? Левое прозвище уже не прокатит. Вообще, а как тут народ привязывает прозвище? У кого бы спросить, чтобы не засыпаться? Надо переводить наемника под клятву, и тогда можно будет тянуть из него информацию.
— Стричься, Ваше сиятельство? — окликнул его с порога мужичок, ростом метр с кепкой, сухой и жилистый, в белом фартуке поверх простой одежды.
Константин на секунду выпал из размышлений и механически кивнул. Потом до него дошло, как к нему обратились, и, матюгавшись про себя, он устроился в единственном кресле, надо сказать довольно удобном, из настоящей кожи.
— Голову мыть будем?
— Все будем, — произнес Воронцов. — И голову мыть, и бриться.
Он быстро сказал, что хочет, поймал удивленный взгляд. По-видимому, с точки зрения мастера, благородному так ходить неуместно, но поняв, что его мнение боярина не интересует, молча приступил к работе.
Цирюльник кивнул и подкатил к нему сзади треногу, на которой был установлен таз, чуть поднял ее, чтобы было удобно, и приступил к работе.
Воронцов же, закрыв глаза, приготовился задремать.
— Вот так гораздо лучше, — появилась в его голове чужая мысль.
Константин вздрогнул от неожиданности. Хорошо, его еще брить не начали, а то точно бы порезали.
— Ну и ладно, если лучше, — мысленно согласился Воронцов.
— У тебя стояла очень сильная защита, никогда не встречала подобной.
— Ну, я решил эту проблему. Подпитки вам, сударыня, хватит?
— Боярышня, — поправила Юлия. — Изволь обращаться ко мне по титулу.
— Как вам будет угодно, — усмехнулся Константин, — но вопрос я уже задал.
— Разве что вот на такие мысленные беседы, большего не жди.