Леди исправляет прошлое

Я встаю, собой заслоняя и маму, и сестру.
— Светоч, — вежливо приветствую я.
— Извольте объясниться, юная леди, — строго приказывает он.
Повторно присев в неглубоком реверансе, я представляюсь:
— Юджин Махаон, старшая дочь лорда и леди Махаон, вернулась домой со службы компаньонкой дочери герцога Флойтского. Мама тяжело болеет, утром случилось резкое ухудшение. Мы с сестрой очень испугались, но теперь рада сообщить, что маме лучше.
— Кхм.
Подняв взгляд на жреца, я покаянно вздыхаю:
— Мне очень жаль, что мы потревожили вас, светоч.
— О чём ты говоришь, девочка? Прийти на зов мой долг, — жрец самодовольно надувается.
Я опускаю голову, позволяя ему наслаждаться собственной важностью и прикидываю, стоит ли от имени дома приглашать жреца за стол. По-хорошему, нужно добиться от него пользы, раз уж явился.
— Светоч! — я подаюсь к нему навстречу. — Я бы не осмелилась просить нарочно, на раз уж вы уже здесь… Не откажите! Благословите маму на выздоровление. Только вы несёте свет надежды для нас!
Светлые прекрасные целители, правда, не жрецы, а маги, но и жрецы тоже способны на многое.
Жрец надувает щёки. Отказ с его стороны будет выглядеть некрасиво, да и мама жена не последнего человека в городе. Конечно, по влиятельности отца с представителем светлого храма не сравнить, но всё же.
— Вы поможете маме, светоч?!
Юри выскакивет из-за моего плеча и буквально обливает жреца детским восторгом. Злиться на неё просто невозможно, и жрец невольно отвечает улыбкой на улыбку.
Только вот сказать он ничего не успевает.
В коридоре снова шаги, и раздаётся голос отца:
— Она умерла? Позовите гробовщика.
Бедная мама, слышать это…
Отец появляется на пороге.
— Ваша супруга жива, лорд Махаон, — сухо отвечает жрец. — Вы слишком торопитесь овдоветь.
— Светоч? — кажется, он не ожидал увидеть жреца.
И для меня мгновение его растерянности ещё один прекрасный шанс.
— Светоч, — обращаюсь я. — Когда я вчера вернулась, я сразу же заметила, что папа сам на себя не похож, будто другой человек. И сейчас вы слышали сами… Мой папа никогда бы не сказал столь жестоких слов! Умоляю, проверьте его! Учитывая, что мамина болезнь очень странная, лекари бессильно разводят руками…
— Юджин, что за чушь ты несёшь?!
Отлично, папа, спасибо за помощь.
— Папа, почему ты испугался проверки? — спрашиваю я с самым озабоченным видом, на который способна.
Отец отрицает, но поздно, жрец уже задумался. Вероятно, о награде, которую он может получить за поимку тёмного. Да и тёмное колдовство само по себе не шутка.
Жрец моментально подбирается, взгляд становится цепким, он делает шаг папе навстречу:
— Поскольку юная леди беспокоится о вас, лорд Махаон, не стоит дочь разочаровывать. Поставьте в центр комнаты стул и сядьте.
— Но, светоч…
— Вы что-то скрываете от светлого храма, лорд? Может быть, связь с тьмой?
Папа открывает рот и закрывает.
Жрец одной вкрадчивой фразой сминает любое сопротивление.
— Мы ещё поговорим, Юджин, — с откровенной угрозой предупреждает папа, но стул послушно вытаскивает в центр свободного пространства и садится.
Ширма мешает маме видеть происходящее, и она порывается встать, но Юри по моему знаку устраивается рядом и удерживает её от глупостей, а я слежу за начинающейся проверкой. Как и со мной, сперва жрец просто начинает водить над папиной головой руками. Ладони оказываются то в районе затылка, то перед лицом, то спускаются чуть ниже к плечам. Этот жрец уделяет внимание ещё и области сердца. Мне нравится, что он проверяет вдумчиво. Видно, что полностью отдаётся процессу, не халтурит.
— Вы убедились, светоч?
— Сидите, лорд.
— О-о?
Жрец продолжает водить руками. Его пальцы чуть подрагивают. Проходит минута, другая. Папа хочет обернуться, но жрец его одёргивает и вытягивает из-под ворота цепочку, на которой висит призма размером с ладонь. Всё как со мной.
Ни слово ни говоря, жрец всматривается в отца через стекло. Уверена, он что-то заметил, иначе бы не тратил на проверку столько времени. Отец тоже догадывается, что жрец не просто так уделяет ему столько внимания.
Напряжение сгущается.
— Однако…, — жрец прячет призму под ворот.
— Светоч, вы что-то увидели? — отец поднимается, отставляет стул в сторону.
— Беспокойство юной леди не пустое. Вы служите в администрации, лорд. Возможно, я вижу следы чьих-то обид и злых пожеланий… Вам придётся прямо сейчас отправиться со мной в храм.
— Злые пожелания? Люди, к сожалению, не всегда готовы принять вынужденные отказы в своих запросах. Светоч, это обычное дело. Оно не стоит ваших усилий.
— Лорд собирается указывать мне, что стоит моих усилий, а что нет? Или лорд хочет взрастить росток тьмы? Осторожнее, лорд Махаон. Следуйте за мной.
Жрец взмахивает широким рукавом и складывает руки на животе.
— Да, светоч, — выбора у отца не остаётся.
Жаль, мне не узнать, что именно произойдёт в храме — тень, если она и вернётся, подсмотреть не сможет.
Я провожаю их до двери, закрываю створку.
Кажется, я остаюсь без документов...
    
Глава 28
Девочка, которая привела жреца, отирается тут же, в коридоре. Судя по широко распахнутым горящим глазам, она уже предвкушает, что расскажет матери, а там и дальше понесёт сплетню. Думаю, уже к вечеру буду рассказывать, что лорд Махаон оказался злобным тёмным колдуном, а светлый жрец мужественно спас от него город. Стоит ли вмешиваться?
— Бульон для мамы или кашу. Бегом.
— Д-да, юная леди!
Девочка послушно бросается в сторону кухни.
Я возвращаюсь в спальню, обхожу ширму:
— Мам, как ты себя чувствуешь? — плохо, что мы остались без благословения, но я ещё сохраняю надежду, что жрец вернётся.
Она ненадолго задумывается:
— А знаешь… лучше. Мне легче стало. И, Юджи, ты ведь распорядилась, чтобы принесли завтрак?
О, аппетит прекрасный знак.
— Вот видишь, всё будет хорошо, — улыбаюсь я.
— Шкатулку, — просит она.
— Может, позже?
Мама настойчиво протягивает руку, и Юри снимает шкатулку с комода, отдаёт. Мама открывает и бестрепетно вытряхивает содержимое на одеяло. Ювелирная мелочовка выглядит дешёвой. Во-первых, ни одного комплекта я не вижу, украшения разрозненные. Во-вторых, они все простенькие, тонкие, ничего общего с украшениями, которые я видела на дамах в доме герцога.