Малыш на миллион

— Приступим? — интересуется юрист.
— А нам не нужно… присутствия работников загса или кого-то еще?
— Все будет оформлено как полагается, — успокаивает меня Багратов. — Но мишуры не будет.
Ок.
Мишура.
Хорошо, я запомнила.
Багратов сбрасывает косуху на спинку кресла. Мой взгляд сам поднимается вверх по его левой руке, остановившись на массивном бицепсе. Борюсь с желанием прикоснуться к его гладкой, смуглой коже с обилием татуировок.
Среди чернильных завитков я нахожу новую отметину, с двумя цифрами. Кожа немного воспалена, еще красная. Свежая татуировка.
— Семьдесят девять — это год вашего рождения? — спрашиваю, подавляя желание притронуться к его бронзовой коже.
— Не угадала. Мне нет сорока, — отвечает он. — Бери ручку, будем жениться.
— Хорошо.
— Вот это только надень.
Вытягивает из небольшой коробочки кольцо, выполненное из металла белого цвета, с длинным камнем вытянутой формы. Грани играют цветами — от бирюзового до волнующего темно-синего. Заглядываю в коробочку. Второго кольца нет.
— Обручалка для одного?
Багратов молча надевает кольцо на мой безымянный палец и придавливает.
— Не снимай никогда. Снимешь — не поздоровится.
Вместо брачной клятвы и слов “Как я счастлив взять тебя в жены!” — угрозы. Стараюсь подавить разочарованный вздох.
— Поняла?
— Да, я не буду его снимать.
Кольцо довольно массивное. Камень словно лежит на подушечке, в обрамлении мелких черных камушков.
— Теперь подписывай бумаги о женитьбе!
Ручка немного выплясывает, когда я ставлю подписи там, куда показал мне юрист Багратова. В голове шумит. Теперь я замужем, что ли?! До конца не верится.
— Так. С моей долей участия в этом балагане покончено? — уточняет Багратов.
— Да. Далее Серафима Багратова подпишет необходимые вам бумаги.
Серафима Багратова?!
— Постойте… Я же Баженова!
— Ты совсем недавно была Баженовой. Теперь стала Багратовой, — хмыкает мой… супруг! — Легкомысленная ты девушка, оказывается. Фамилии меняешь, как перчатки. Ну ничего, с моей фамилией ты задержишься, — говорит так, словно снова угрожает!
Заставляет меня покрываться мурашками. Договор же меня обезопасит. Верно?
— Еще одно. Подпишешь все бумаги, изучи свое расписание, — Багратов небрежно швыряет мне на колени папку.
— Какое расписание?
— Твое расписание. Там уроки языка, этикета. Уроки стиля… Научат тебя вести себя прилично в обществе и одеваться со вкусом. Как я уже говорил, запуганная чушка с деревенской косой мне не нужна.
Проглатываю очередное оскорбление.
— А еще вы говорили, что я нужна только для подписания бумаг.
— Говорил. Но всегда бывают неожиданности. Если мне понадобится выйти в свет с женушкой, я желаю видеть рядом с собой…
Впиваюсь ногтями в ладонь.
— Доступную девушку?! — спрашиваю с тихой злостью. — Кажется, это мы уже обсуждали.
— Серафима, тебя до ранга жены повысили! — напоминает Багратов. — Я желаю видеть рядом с собой утонченную натуру. Ухоженную, красиво одетую, умеющую отличать вилку для мяса от вилки для рыбы. А что касается сугубо мужского досуга, то для этого у меня имеются разнообразные варианты. Те самые прилипалы.
— Например, Элайза? — произношу немного дрожащим голосом.
Ревную? Не может быть!
— Дорогой Мышонок, в перечень твоих полномочий как фиктивной супруги не входит возможность одобрения кандидаток для удовлетворения моих мужских потребностей.
— Нечего там одобрять. В этом плане вы всеядный обжора и способны обойтись даже без использования правил этикета. Едите все подряд и в основном руками.
Багратов складывает руки под грудью.
— Еще что-нибудь скажешь?!
— Чудесного вечера. И жаркой ночи.
Мы замираем. Смотрим друг другу в глаза. Рядом еще юрист, но он как-то мельчает на фоне напряжения, которое скользит между мной и Багратовым. Спираль затягивается туже. От возникшего напряжения во все стороны потрескивают электрические импульсы.
Стук в дверь.
— Тимур Дамирович. Машина с девушкой уже у входа.
— Передай Элайзе, что я сейчас спущусь, — отвечает Багратов, не сводя с меня пристального взгляда.
Элайза его ждет. Вот и иди к ней… Багратов смотрит мне в глаза, словно ждет, что я скажу. Ничего не скажу! Если его уровень — это девушки легкого поведения, пусть там и остается!
Я отвожу взгляд первой и сажусь обратно на диван. Оказывается, вскочила и сжала пальцы в кулаки. От ногтей на ладонях остаются красноватые лунки. Не помню, как вскочила…
Перевожу взгляд на бумаги. Юрист терпеливо ждет и открывает на тех страницах, где нужно поставить подпись. Все остальное юрист ловко закрывает плотным белым листом. Прочитать, что я подписываю, не получится.
Внезапно я понимаю, что оговорила многое… Сохранность жизни в первую очередь! Но при этом я не додумалась потребовать, чтобы мне показывали, что я подписываю. Черт… Я могу расписываться на преступных сделках, за которые мне дадут срок. Останусь жива… Но не на свободе!
— У меня мало времени, Серафима. Подписывайте скорее.
Пальцы, ставшие деревянными, с трудом удерживают ручку. Еще одна подпись. Еще одна… Еще одна… Я покрылась ледяным потом.
— Всего хорошего. До следующий встречи, — прощается юрист.
Не могу собраться с мыслями.
Листаю папку с расписанием, но не понимаю ни черта.
— Серафима, вам пора.
— Куда?!
Удивленно поднимаю взгляд на мужчину. А это кто еще?!
 
Глава 25
Серафима
В дверях комнаты застыл массивный мужчина с простым, открытым лицом. Почти лысый. Пиджак вот-вот треснет на широченных плечах.
— Вы кто?!
— Мирон. Специалист службы безопасности Тимура Дамировича. Я был в числе сопровождающих вас на острове и сейчас приставлен к вам лично для обеспечения безопасности! — чеканит он.
Я не запомнила его лица. Он либо хорошо не показывал себя, либо занимался более важными вещами, чем подносить чемоданы.
— Серафима.
— Я знаю. Но все равно был рад, что представились лично. Не будем терять время зря. Вам пора в ресторан. На ужин. С этим… — задумывается. — Этикетером.
— С кем?
— С ресторатором. Нет, не то. В общем, с воспитателем, как правильно есть, — выдает. Сверяется с часами. — Нам пора. Берите сумку, поедем.