Цена ошибки. Вернуть дочь

– И что теперь? – уточнила бабуля, которая всё это время не сводила своего придирчивого взгляда с моего лица.
– Не знаю, ба. Игорь вечером заедет, передам ему разговор Елены Сергеевны.
– А детектив что? – продолжала допытываться ба.
– Пообещал сделать всё возможное, – ответила уклончиво.
На самом деле Дэвис ничего не обещал. Он просто начал работу. Но опять же, это я так решила. А иначе зачем было столько времени досконально выспрашивать каждую мелочь? Как и говорила Надя, первое впечатление о Дэвисе было неоднозначное, но это неважно. Главное, чтобы он смог найти ребёнка.
– Этого мало, – проворчала бабуля. – Нужно невозможное, если Богатырёв-старший приложил свою руку. Как только земля таких носит… – качала головой ба.
Как-то носит. Но я промолчала, посчитав вопрос риторическим.
– Ба, я поработаю немного, пока Настя спит.
На самом деле я хотела заняться поисками официальной работы. Ни один суд не примет во внимание, что средств на проживание мне хватает, а в случае каких-либо трудностей, мой, пусть и вполне стабильный, доход не будет не иметь никакого веса. Поэтому мне нужна любая официальная работа. Любая, ведь без опыта по своей профессии меня вряд ли куда возьмут. Но я всё равно упрямо подала объявление и разослала резюме по имеющимся предложениям. А вдруг? И начала просматривать вакансии, которые предлагал сайт.
Игорь приехал даже раньше, чем обещал.
– Ты опять сбежал с работы? – спросила, когда открыла ему дверь.
Даже самой себе я ни за что не призналась бы, что ждала его.
– Нет. Все вопросы на сегодня мы решили, если будет что-то срочное, мне позвонят. – Он протянул мне ещё один пакет. – Здесь фрукты. Я про них чуть не забыл.
– Не надо было… – Я вздрогнула, когда наши пальцы соприкоснулись.
– Надо. Лишними точно не будут.
Наши взгляды встретились. Измученные и истосковавшиеся. Пауза затянулась, а мы так и стояли, если бы не Настя, выскочившая в коридор несмотря на запрет. Увидев Игоря, она радостно взвизгнула, возвращая нас в реальность.
– Привет! – Игорь присел перед Настей на корточки и протянул ей обе ладони.
Настя растерянно посмотрела на его руки, явно не зная, что надо делать, а потом вдруг неожиданно прыгнула, обняв за шею. Игорь едва удержал равновесие.
– Я! – гордо выдала Настя.
Богатырёв вопросительно посмотрел на меня, желая понять, что это значит, но я пожала плечами. Настино «я» могло значить всё что угодно, от «это я пришла», до «я скучала» или «я там набедокурила».
– Ты видела новые игрушки? – спросил Игорь у маленькой липучки.
– Неть.
– Вот как?! – удивился Игорь и снова поднял взгляд на меня.
– Я решила, раз ты приедешь, вместе и посмотрите, – ответила Богатырёву на его немой вопрос. – Настя, пусть… – Я запнулась, не зная, каким обращением назвать его. – Игорь разденется, а потом покажет, что тебе привёз. Хорошо?
– Хашо! – мгновенно согласилась Настя, выпуская Игоря из своих объятий.
Ради новых игрушек она терпеливо ждала, пока Богатырёв снимет куртку и вымоет руки. Потом с огромным восхищением на лице разглядывала коробки, не зная, какую выбрать сначала.
Бабуля стояла в дверях кухни и, наблюдая за ними, только качала головой.
– Ужин на столе. Идите поешьте, – пригласила она, но Настя отчаянно замотала головой.
Какой ужин, если тут столько нового!
– Наверное, дядя Игорь, заберёт все игрушки, если Настя не пойдёт кушать, – с «тонким» намёком протянула ба.
– Не-еть, – обиженно просопела Настя, прячась за Игоря.
– Настя будет хорошо кушать? – переспросила её ба.
– Конечно, будет, – шепнул ей подсказку Игорь.
– Дя, – Настюша высунула свой носик.
– А я вот сейчас и проверю! А ну-ка зови дядю…
– Изабелла Юрьевна, пожалуйста, можно просто Игорь, – попросил её Богатырёв. – Только не «дядя», иначе она так и будет потом называть.
– О как. Не нравится, быть чужим дядей? – хмыкнула ба, прищурившись.
– Не нравится, Изабелла Юрьевна.
Я даже успела пожалеть Игоря, что ему сейчас предстоит выслушать, но ба, к моему удивлению, не стала устраивать чтение моралей.
– Настюша, зови Игоря кушать, а то заберу у вас игрушки!
– Дём! – Настя потянула Игоря за руку, и тот послушно, даже как-то легко, пошёл на кухню, словно всегда это делал.
Бабуля уже накрыла на стол, минутку «придирчиво» наблюдала, как Настя начала есть, похвалила её и «вспомнила», что обещала зайти к дяде Жене. Проще сказать, сбежала, оставив нас одних.
После её ухода на кухне повисла неловкая тишина. Настёна старательно засовывала в рот нежное картофельное пюре, ведь бабушка строго наказала всем, оставить пустые тарелки. Она проверит!
Когда за бабулей закрылась входная дверь, я хотела покормить Настю, но дочка показала на мою тарелку.
– Ма!
– Мама не хочет. – Я попыталась отказаться.
– Неть! Сё! – Настя напомнила мне, что «нужно съесть всё».
– Правильно, Настя. Маме тоже нужно есть, – встал на её сторону Игорь. – Тем более котлетки очень вкусные. Правда? – Он ловко помог Насте подхватить ложкой маленький кусочек куриной котлетки, приготовленной на пару.
– Дя! – согласилась моя малышка, засовывая ложку глубоко в рот.
– Настя, куда так? – испугалась я, но Настя уже увлечённо начала гонять по тарелке второй кусочек.
– Давай помогу, – предложил Игорь.
– Сама! – выдала Настя с самым серьёзным выражением лица. Это слово она говорила чисто.
– Сама, – повторил Игорь, мягко улыбнувшись, и с интересом наблюдал, как Настя упрямо пытается сама поймать ложкой кусочек котлетки.
Теперь я решила прийти ей на помощь, но Игорь задержал мою руку.
– Пусть сама. Видишь, ей это нравится, – произнёс он, даже не глянув в мою сторону, а сосредоточив всё своё внимание на Насте.
Он с таким неподдельным интересом наблюдал за ней, что в груди трепетно сжималось от переполнявших чувств. От случайного прикосновения кожа горела, но Игорь словно не замечал этого, с восхищением глядя, как Настя справилась с неуловимым кусочком из куриного фарша.
 
Глава 19
Когда мы поели, Настя помогла мне убрать со стола. Помогать она очень любила, и бабуля всегда её за это хвалила. Только сегодня моя помощница не стала ждать, пока я домою посуду, а залезла на табурет, поцеловала меня и умчалась к новым игрушкам.
– Что тебе сказала моя мать? – спросил Игорь, проводив взглядом Настю. Он стоял так, чтобы можно было видеть её.