Наваждение

– А кто была вашей любимой женщиной? – все же не выдержала Рита.
– Почему же была, она есть, – ответил он. – И вы ее видели.
– Хозяйка художественного салона, – догадалась Рита.
– Анна, она самая, – подтвердил художник. – Ну, вам действительно пора в дорогу. Подождите минутку, сейчас я пару строк Анне черкну.
Он исчез где-то в глубине дома, через пять минут вышел с письмом в руках и с небольшой стеклянной банкой.
– Вот записка к Анне, а вам, барышня, небольшой гостинчик. Это мой мёд, вам же понравился. Желаю вам, молодые люди, любить друг друга и никогда не расставаться.
Рита приняла подарок. Шагнула к художнику и поцеловала его в щеку, хотя сама от себя такого не ожидала.
– Спасибо вам большое, – горячо поблагодарила она хозяина дома. – Счастья вам! И любви тоже. Взаимной! Ваша женщина такая замечательная!
В машине она думала о том, как удачно все получилось. Сандро молчал.
– Я так рада, что мы съездили туда, – наконец не выдержала она молчания. – Хороший дядька оказался. Ты доволен поездкой?
– Да, – хмуро ответил он.
– Кажется, не очень доволен. В чем дело? – удивилась она.
Сандро долго молчал, сосредоточенно глядя на дорогу, хмурился и вдруг заявил:
– Марго, а ты очень понравилась этому художнику.
– Не я, а мы, – возразила Рита. – Мы оба понравились. И он прямо об этом сказал.
– Нет, Марго, именно ты ему понравилась. Ты просто умеешь производить впечатление на мужчин.
Весь остальной путь до города они молчали. Неужели это ревность? – думала Рита. Ревность даже к такому, казалось бы, немолодому, седому, совсем чужому?.. Сандро ревнивый собственник, конечно, она это знала. Но не до такой же степени!
Не заезжая в гостиницу, Сандро предложил где-нибудь поужинать. Было уже поздно, в знакомом ресторанчике грузинской кухни на набережной парень за барной стойкой сказал, что на кухне уже никого нет, они скоро закрываются.
– Покормите нас тем, что у вас есть, – попросил Сандро. – Мы с дороги. Устали и голодные, как волки. Да, и принесите, пожалуйста, вина.
– Хорошо, сейчас что-нибудь придумаем, – пообещал парень.
Уже через минуту на столе появилось сухое красное вино, свежая зелень и что-то из холодных закусок. К концу ужина настроение у Сандро заметно улучшилось.
– Все-таки мы неплохо съездили, – примирительным тоном сказал он. – Тебе ведь понравилось?
– Очень понравилось! – Рита заметила, что Сандро опять насторожился, и смешливо уточнила: – Особенно собака.
И вечер закончился смехом, радостью и любовью.
На следующее утро Рита проснулась от яркого солнечного света. Наверное, опять полдня проспала. Это Сандро жаворонок, опять с утра его нет. Опять по каким-то своим неотложным делам убежал, а потом придет и заявит, что ему прямо сейчас нужно уезжать, а она может оставаться, номер оплачен еще на несколько дней… Рита не успела напридумывать еще каких-нибудь ужасов – вернулся Сандро. Вид у него был очень довольный.
– Ну вот, Марго, принимай подарок, – торжественно произнес он, протягивая в ладонях знакомый бархатный футляр. – Я браслет сам тебе надену, ладно? Носи его всегда, тогда я буду как будто рядом с тобой.
Браслет туго обнимал запястье. Притом что он выглядел массивным, на руке почти не чувствовался. А еще он был теплым. Такое почти живое тепло на руке.
– Спасибо, Сандро, – сказала Рита. – Ты бы знал, как он мне нравится. И – да, я не буду его снимать.
– Правильное решение, – одобрил Сандро. – Браслет никогда снимать не будешь, а обо мне будешь помнить всегда…
Рита и не сомневалась, что будет помнить о нем всегда. Вот странно: она не могла ответить на вопрос, хочет ли быть рядом с ним всегда. Сейчас она была влюблена и счастлива, просто безрассудно счастлива. И при этом ясно понимала, что Сандро – это совсем, совсем не тот человек, с которым она сможет жить всегда, при этом оставаясь собой. Да, он нежный, внимательный и заботливый. Но даже сейчас то и дело пытается диктовать ей свою волю. То и дело: это не обсуждается. Ну да, восточные традиции, мужчина решает все, а женщина подчиняется его решениям.
Рита не сможет подчиняться чему-то, что ей не нравится.
– Ты грустишь, Марго? – вдруг спросил Сандро. – Ты о чем думаешь? О том, что скоро расставаться? Я тоже все время об этом думаю… Ладно, потом, все потом. Давай где-нибудь позавтракаем. Потом погуляем, или съездим куда-нибудь, или еще что-то придумаем. Я не хочу, чтобы ты грустила в последние наши дни.
Рита и Сандро сегодня никуда не спешили, просто гуляли по зимнему солнечному городу, зашли в кафе на Театральной улице. В кафе было почти пусто, только у окна за столиком сидели парень с девушкой, о чем-то очень горячо спорили.
– Ссорятся, – с неодобрением сказал Сандро.
– Ну почему же сразу ссорятся? – возразила Рита. – Может быть, договариваются, где проводить… например, свадьбу.
Сандро заметно помрачнел.
– Так не договариваются, – резко сказал он. – Особенно о свадьбе. Решает мужчина, женщина соглашается.
– А если не соглашается? – спросила Рита.
– Значит, это не его женщина.
Вот умеет он настроение испортить… Впрочем, совсем не хотелось перевоспитывать этого восточного тирана и деспота в последние перед расставанием дни.
Парочка за дальним столиком, кажется, помирилась, теперь они тихо ворковали, взявшись за руки. Интересно, кто из них что решил, а кто с чем согласился.
– Ну вот, помирились, – заметил Сандро. – Я уж думал, что разбегутся… Такая резкая девушка, нельзя же так на мужчину кричать.
Они вышли из кафе и долго молча шли вдоль набережной.
– А ведь нам уже скоро расставаться, – вдруг сказал Сандро. – Все время об этом думаю.
Он вел Риту за руку, с удовольствием и даже, кажется, с гордостью гладил браслет на ее запястье. Она молчала, смотрела на море, думала, что расставаться скоро и с морем, с соленым ветром, с грохотом волн, которые бросались на пирс, разбивались на брызги, откатывались назад… Когда опять удастся увидеть это море, особенно зимой? Никто зимой на юг не ездит. И ей вряд ли удастся еще хоть раз…
– А давай сходим в кино, – вдруг предложил Сандро. – Ты замерзла. Там хоть ветра не будет.
– Ну, пойдем, – согласилась она. – Сто лет в кино не была. Интересно, здесь что-нибудь новенькое идет?
Шла криминальная драма «Однажды в Америке». Они сидели, обнявшись, где-то в последних рядах полупустого зала, Сандро время от времени комментировал ей на ухо то, что происходило на экране, она почти не понимала, что там происходит, все время думала: время уходит, заканчивается их время, заканчивается ее счастье…