Зависимость от тебя (ЛП)

Прежде чем отправиться на кухню, он дважды огрызается на меня, когда я заговариваю о колледже. Я спросила его, сдал ли он Экономику управления, которую я быстро провалила. И он сказал мне, чтобы я побеспокоилась о том, чтобы пересдать его весной, и перестала быть такой любопытной. Он не был бы таким злым, если бы все было в порядке.
Роуз делает мне макияж у моего туалетного столика. Я уже надела свое сливовое платье с кружевными длинными рукавами. Роуз по итогу купила бархатное сапфировое платье, хотя после него примерила еще десять. Гала-концерт состоит из двух частей. Сперва, ужин, на котором мы все сидим за круглым столом и нам подают пять блюд. Затем бизнесмены поднимутся на трибуну и поблагодарят всех за щедрость, проявленную в этот вечер. После это будет прием, где люди будут пить коктейли и прогуливаться по большому бальному залу, чтобы поболтать и пообщаться.
Когда я иду с Ло, мы обычно стоим у бара и пытаемся задавать официанту самые неловкие вопросы, чтобы посмотреть, что произойдет. Это неприятно и, вероятно, грубо, но так проходит время. В этом году я планирую бесцельно бродить. Что звучит не намного лучше.
В быстрой манере Коннора Кобальта мы прибываем на целый час раньше. Райк поправляет галстук и нервно оглядывает пустую комнату, в основном заполненную официантами, которые поправляют главные украшения стола с красными розами и заканчивают развешивать гирлянды.
— Ты бывал на подобных мероприятиях? — я спрашиваю.
— Да, — признает он. — Но только не в таком кругу общения.
Ло ерзает больше обычного. Он проводит дрожащей рукой по волосам.
— Мне нужно выпить, — он трет глаза и стонет.
— Ты в порядке, — уверяет его Райк. — Эй, что тебя беспокоит?
— Ничего, — раздраженно говорит Ло. — Я действительно не хочу сейчас говорить. Без обид, но это не помогало весь день. У меня просто сильная мигрень.
Я тянусь к его руке, и его глаза встречаются с моими. Что-то плохое шевелится во мне.
— Ты хочешь...?
— Нет, — говорит Райк нам обоим. — Нет.
Я пристально смотрю на него.
— Не то чтобы это тебя касалось — я целый день не смотрела порно, — я опускаю ту часть, где я провела весь день в постели с Ло. И мы не спали.
— Поздравляю, — сухо говорит Райк. Он бросает на Ло ледяной взгляд. — Ты увиливаешь.
— Я помогаю ей.
— Ты знаешь, что это не так.
Я помогаю ему, я хочу опровергнуть. Но Ло уже сделал свой выбор. Его рука скользит вниз по моей пояснице, и он выводит меня из комнаты в вестибюль отеля.
Он достает из кармана бумажник.
— Одна комната, — говорит он портье. Я покачиваюсь на носочках. Да.
 
 
Теперь, когда мой кайф исчез, все тело болит. Он взял меня сзади, гораздо жестче, чем обычно, и мне это нравилось. Когда это случилось. Я сожалею о его позиции, о его настойчивости и о том, что подала ему идею быть здесь в первую очередь.
— Который сейчас час? — спрашивает Ло, хватая часы на тумбочке. — Чёрт, — он поспешно встает с кровати, одеяло валяется на полу, простыни странно скручены. — Вставай, Лил.
Я лежу, положив голову на подушку, неподвижно. Может быть, я смогу распасться на частицы на простыни.
Ло нависает над кроватью и наклоняет голову так, чтобы смотреть прямо на меня.
 — Вставай.
Он бросает мое платье мне в лицо.
Я держу ткань и выпрямляюсь в сидячем положении. Я пытаюсь натянуть ткань через голову, но мои больные руки едва позволяют мне это сделать.
Ло запрыгивает в штаны, а затем находит свою белую рубашку.
Я бы хотела, чтобы мы могли остаться здесь, но это были бы старые Лили и Ло. Теперь мы стали лучше. Я борюсь с тканью и, наконец, просовываю голову в дыру своего платья. А потом я вижу открытый мини-холодильник. Может быть, не настолько лучше.
— Ло...
Мой голос звучит тихо.
Он кладет в карман мини-бутылку текилы. Почему он это делает? Все было хорошо. Не так ли? За исключением этого утра, и этого дня, и сейчас…
 
— Ло, ты что, пил?
Он не встречается со мной взглядом.
— Все в порядке. Завтра я вообще не собираюсь пить. Мне просто нужно что-нибудь…
— Ло! — кричу я, вскакивая с кровати без нижнего белья. Я изо всех сил пытаюсь вытащить выпивку у него из кармана, и он крепко сжимает мои запястья.
— Лили, остановись!
— Это ты остановись!
Мы боремся стоя, пока не падаем на кровать. Он прижимает мои руки по обе стороны от моего тела.
— Ло! — кричу я. — Ты не можешь вот так просто сдаться!
 Это моя вина. В глубине души я знаю, что подтолкнула его к этому. Это все из-за меня. Я разрыдалась, усугубляя драматизм ночи. И он мягко отстраняется от меня.
— Пожалуйста, прекрати, — задыхается он. — Лили...
 Он легонько целует меня в губы, в щеку, в нос, в глаз и в подбородок.
— Пожалуйста, все в порядке. Я в порядке.
— Это из-за меня, — плачу я.
Его губы возвращаются к моим, и он пытается заставить меня сосредоточиться на поцелуе, а не на моих болезненных мыслях.
Если бы я была в себе, может быть, я бы оттолкнула его. Может быть, я бы сказала ему остановиться. Может быть я бы сделала что-то, что принесло бы пользу нам обоим, вместо того, чтобы продолжать наш разрушительный цикл.
Его пальцы проскальзывают в меня, и я хватаюсь за простыню и закрываю рукой глаза, которые чередуются между чем-то хорошим и чем-то плохим.
Он входит внутрь, и я резко выдыхаю от внезапной полноты. Его губы снова находят мои, и он целует меня, медленно покачиваясь, как будто говорит мне, что все правильно, все в порядке. Он здесь. Я здесь.
Это все, что нам нужно.
Это наша величайшая ложь.
 
 
Я оцепенело стою в лифте, пока он опускается на первый этаж и ведет в большой бальный зал. Мы пропустили праздничную часть ужина, и мне почти хочется отказаться от приема и пойти в Дрейк, свернуться калачиком в своей постели и поваляться. Но я бы предпочла найти Роуз. Она нужна мне.
Ло завязывает галстук на шее, глядя на цифры, пока мы спускаемся. Большое пространство разделяет нас, так же как и эмоциональный секс и его пьянство. Я не смогла помешать ему опустошить эту маленькую бутылочку текилы или положить в карман еще одну. Если алкоголь и успокоил его, то это не заметно. Его мышцы напряжены, а шея едва двигается, устремленная прямо вперед.
— Куда ты пойдешь, когда мы спустимся туда? — спрашиваю я.
— Мне нужно поговорить с моим отцом.
Его глаза сужаются при виде светящихся цифр.
— Может быть, тебе стоит сначала найти Райка.
— В этом нет необходимости.
Я с трудом сглатываю, и лифт звенит, двери открываются. Ло быстро идет в танцевальный зал, и я изо всех сил стараюсь не отставать от его длинных ног. Я резко останавливаюсь у двери, пораженная яркими, мерцающими люстрами и оживленной комнатой с людьми, снующими повсюду. В центре возвышается рождественская елка, задрапированная золотой мишурой с украшениями из яблок. Два экрана по обе стороны сцены напоминают всем о благотворителях мероприятия. Hale Co. и Fizzle. Я прохожу мимо официанта, который несет поднос с розовым шампанским.
Ло берёт один бокал, осушает его одним глотком и кладет обратно. Я не могу оставить его. Не в таком состоянии, как сейчас. Я протискиваюсь в промежутках между телами и бормочу «Извините» сотни раз, пытаясь следовать за Ло. Он целеустремленно и решительно шагает к определенному месту, в его янтарных глазах кристаллизуется лед.
— Ло, — говорю я, хватая его, но его рука ускользает от меня.
Я боюсь искать Роуз или Райка в толпе, потому что могу потерять Ло из виду. Просто оглянувшись через плечо, он опережает меня на значительное расстояние. К тому времени, как я догоняю его, он стоит перед своим отцом, который одет в смокинг и с суровым выражением лица.
Я держусь на расстоянии вытянутой руки, достаточно близко, чтобы слышать каждое слово.