Спасти род
— А вы опытны?
Какого-то скепсиса в голосе Коула я не заметил, но намек был скрыт в самом вопросе.
— Не я. Мой учитель.
— Понимаю, — ответил мужчина, глядя на меня. После бросил короткий взгляд на Софи, которой плюс-минус пока удавалось держать невозмутимый вид. Кивнул. — Одну секунду.
Забравшись в ящик стола, он вытащил из него… фиксатор. Что это, я понял, наскоро прощупав его энергетику, но в то же время было заметно, что он произведен на каком-то другом заводе. Он выглядел дороже внешне и ощущался значительно сложнее внутри. Может, из того самого Доминиума?
— Мне придется активировать защиту от прослушивания и записи, — сказал он.
— Хорошо.
Кивнув, Коул пристегнул фиксатор к руке и нажал что-то на дисплее. Я ощутил всплеск энергии, а после комнату заполнила какая-то техника, которая… и правда притупила мою чувствительность. Не полностью, но заметно.
— Для чего вам документы? — спросил юрист, ощутимо посерьезнев.
— Для полноценной жизни, — ответил я. — Они должны быть настоящие.
— Настоящие… — протянул Коул. И добавил через секунду. — Пять сотен колонисов. За одного человека.
Гм…
— Нет, вы наверное не поняли, — покачал головой я. — Нам нужны настоящие документы.
После этого Коул молчал почти минуту. Потом сказал:
— Это сложно. Три тысячи на каждого.
Вот это уже больше походило на истину.
— Столько нет, — сказал я. — Тысячу двести в неименных держалках, и еще, — я достал из рюкзака один из фиксаторов, — семь вот таких. В некоторых есть способности. Все вместе будет намного больше шести тысяч. Плюс, когда мы устроимся, еще пять тысяч, но это уже месяца через три.
Какое-то время Коул молча смотрел на меня, потом поморщился. А вслед за ним и я. Откажется. Точно откажется, не нужны ему такие проблемы…
— Мистер Коул, пожалуйста, — произнесла вдруг Софи. — Нам правда нужна помощь. Мы не какие-то там преступники, просто… нам приходится скрываться.
А может и не откажется — неожиданно понял я. Юрист вдруг перевел взгляд куда-то в сторону, тоже туда посмотрев, я заметил семейное фото. Он, женщина, пара детей… Фальшивка.
Только идиот, занимаясь подобными делами, поставит в своем кабинете изображение реальных родственников. Но, видимо, подделка напоминала ему о настоящих близких.
— Какой социальный статус нужен? — спросил он.
Вот тут было о чем подумать. До учебника по обществознанию или чего-то подобного я пока не добрался, но основные моменты все-таки прояснил. На Девяти Планетах было восемь социальных статусов.
Жители:
1. Житель
2. Горожанин
3. Гражданин
Гранды:
4. Собственник
5. Землевладелец…
…ну и еще три, но о них пока задумываться смысла не было. У нас с Софи был статус «детей землевладельцев» — это что-то среднее между собственником (4) и собственно землевладельцем (5). В будущем, официально став наследниками какой-то части имущества мы могли бы стать уже полноценными собственниками или землевладельцами, если бы прошли по всем критериям.
Вообще, система была жутко путаная. К примеру, статус землевладельца можно было заслужить как просто получив что-то по наследству, так и заняв какую-то высокую должность в какой-нибудь корпорации, ну или развиться до высокого ранга в Стихии или в Системе. Казалось бы, пути совершенно разные, а привести они могли к одному и тому же.
Ну а то, что социальный статус совсем не был пустым звуком, подтверждала хотя бы история с Армено. До того, как статус Фэнсов поставили под сомнение, доктор чуть ли не из своих средств готов был оплатить лечение, а после даже из очереди за Сердцами Анастасию исключил. И это только первый пример.
Так что совсем отказываться от фамилии и статуса Фэнсов я не собирался. Вопрос был в том, что взять на первое время.
— Если мы будем жителями, мы сможем подняться до граждан? — задал вопрос я. — Или до собственников? По этим документам.
— По настоящим? — чуть улыбнулся Коул. — Да. Придется подтвердить доход, заручиться рекомендациями, сдать экзамен на ранг… На общих основаниях то есть. Но собственниками… — он снова хмыкнул, — настоящими собственниками я вас никак не сделаю. Потребуется постоянный доход, который будет подтверждать статус, а это уже совсем другие деньги.
— Значит, простыми жителями будет проще всего? — уточнил я.
— Намного, — ответил юрист утвердительно. — И это единственный быстрый вариант.
— Нам…
Я оборвался, ощутив вдруг… изменение. В мире произошло что-то, что касалось меня напрямую. Колебание дошло до меня почти затухнув, так что понять что-то конкретное я не мог. Но в любом случае нужно было поторапливаться.
— …чем быстрее тем, лучше, — закончил я.
— Тогда… — снова откинувшись на кресле, Коул уставился в потолок, будто что-то рассчитывая. — Тогда начинаем!
И тут же вскочив с кресла, схватил телефон, выбежал с ним в холл и уже набирая номер начал диктовать указания помощнице.
* * *
Раз удостоверения должны были быть настоящими, то и получить мы их должны были не только официально, но и не давая никаких взяток, не пользуясь коррумпированными связями. В моем родном мире такая процедура затянулась бы на недели, но, к счастью, в Новом Гонконге можно было официально заплатить за скорость.
— Вы эмигранты из Русской Республики, — инструктировал нас Коул, — у них там сменился режим. Вроде без особой крови, но все равно поток оттуда увеличился, это нам на руку. Только нужно будет выбрать русские имена. Как вам?
— Нормально.
Против русских я ничего не имел, скорее даже наоборот, привязался за те несколько лет, что жил в России в своем мире. Удивило меня, что на Девяти Планетах было целых две России. Русская Империя, которая считалась одним из самых могущественных грандов в этом мире, и та самая Русская Республика. Это тоже было довольно большое государство, но по влиянию с Империей даже близко не стояло. Кстати, Русская Республика была одной из тех стран, где статус главного гранда не передавался по наследству, а был выборным. Ну и как сказал Коул — недавно у них там обновился президент. Им стал некто Андрей Сапаров.
— Сами выберете?
— Михаил Духов, — я сразу назвался знакомым именем. Майкл Соул, конечно, был бы попривычней, но и на Михаила я был согласен.
— Анастасия Духова, — сказала Софи.
Я в ответ поморщился:
— Извини, но нужно другие имя и фамилию.
Девчонка бросила на меня хмурый взгляд. Конечно, она хотела назваться именем матери…