Штуцер

– Валите отсюда!
Такой ответ заставил Гадюку выругаться и спешно искать альтернативный вариант. Ситуация была патовая. Ни угрозы, ни посулы не подействовали.
Повезло, что карта Гадюки изобиловала подробностями, и мы после недолгого совещания отправились к убежищу, расположенному в подвале детского сада. Хоть оно и находилось в стороне от нашего маршрута, но зато туда охотники и прочие мутные личности вряд ли сунутся, а значит, оно наверняка будет свободно.
Мы успели. Затащили внутрь вещи и закрыли дверь. Поставили будильники и нехотя поели. Я растопил печь, мы смогли согреться и развесить свои вещи сушиться. Анжела всё ещё тряслась и всхлипывала, и Гадюке пришлось сделать ей укол антишока. Это подействовало, и девушка немного отжила.
Пользуясь затишьем, я почистил оружие и перекусил, и лишь после того как с делами было покончено, я с чувством выполненного долга завернулся в спальный мешок. Несмотря на присутствие рядом полуголых девушек, в голове был вакуум. Казалось, погиб посторонний человек, но почему его смерть меня так тронула? Старею. Становлюсь сентиментальным.
Раньше мне часто приходилось терять друзей в бою, но даже после этого я находил в себе силы, чтобы жить дальше. А сейчас меня буквально гложет чувство вины. Моя ошибка стоила жизни этой безмозглой девчонке. Она мне доверилась, а я собственными руками послал её на смерть. Вот же идиот.
Наконец, я, незаметно для себя, провалился в тревожный сон, из которого меня вырвал тихий звук шагов. И когда неведомый противник замер напротив, а затем склонился надо мной, я молниеносно приставил пистолет к его голове.
– Штуцер, ты охренел? – едва слышно прошептала Гадюка.
Горячее дыхание девушки щекотало шею, но я не обратил на это внимания.
– Чего тебе?
– Пришла тебя утешить, – хихикнула девушка. – Тебя ведь, как и меня, сжирает чувство вины? Не кори себя. Ведь в том, что она погибла, отчасти виновата и я. Штуцер, ты ведь прекрасно помнишь, что во время бегства именно я позвала их с нами.
– Помню, – подтвердил я. – И я буду благодарен, если ты застегнёшь мой спальник обратно.
Наёмница отстранилась и удивлённо захлопала глазами. Похоже, не такого приёма она ждала.
Женское соперничество – страшная штука, и девушка спешила застолбить меня, желая во что бы то ни стало опередить соперницу. Я, воспользовавшись тем, что девушка замешкалась, поцеловал её в щёку и произнёс:
– Умница! А теперь, Гадюка, спи, ты ни в чём не виновата.
– Козел! – беззлобно бросила девушка и, громко шлёпая босыми ногами, удалилась.
Спустя час попытку переспать со мной предприняла Анжела, но я лишь отмахнулся от недоумевающей девушки. После чего из угла, где расположилась Гадюка, раздалось довольное хихиканье.
Нет уж! Больше я не стану привязываться ни к кому из спутниц. В конечном итоге, после завершения этого предприятия, мы разбежимся в разные стороны. К чему всё усложнять ещё больше?
Остаток дня мне никто не мешал, и я, наконец, смог выспаться. Писк будильника заставил меня подскочить. Я широко зевнул и выбрался из спальника. Умылся и наскоро перекусил, а затем методично проверил рейдовый рюкзак и снарядил магазины. Убедившись, что девушки давно проснулись, я направился к двери.
То, что моих спутниц в убежище не было, меня сильно удивило. Но слава богам! Обе они обнаружились недалеко от входа. И, судя по громким голосам и взаимным упрёкам, в данный момент делили мою скромную персону. Хм, а, может быть, я погорячился, когда решил, что старею? Вот даже бабы дерутся. Есть ещё порох в пороховницах.
Приблизившись практически вплотную, я деликатно покашлял. Девушки замолчали, но было видно, что как только я оставлю их наедине, скандал продолжится.
– Будь я тварью, давно бы вас сожрал. Орёте так, что мёртвого поднимете.
– Угу, как же, – отозвалась наёмница, остановившись на полпути к броневику.
– Гадюка, почти рядом с нами находится небольшой форт. Ты ведь знаешь про него?
– Да, знаю. Там и народа-то почти нет. Так, жалкое сборище неудачников. Перевалочная база, не более того. Они существуют лишь за счёт транзита грузов через их территорию. Ремонтируют технику, проводят обслуживание, ну и прочие услуги.
– Гадюка, скажи честно, ты думаешь, что заезжать туда – это пустая трата времени?
Наёмница пожала плечами.
– Штуцер, если честно, мне не хочется тащиться в этот парк. Айболит слишком умён, чтобы оставаться надолго на одном месте. Он знает, что мы его ищем, и вряд ли будет сидеть и ждать, пока мы его найдём. Как по мне, мы просто теряем время. Кстати, Штуцер, а не скажешь, почему нам не заглянуть в форт прямо сейчас? Зачем нам нужно идти в этот чёртов парк? К чему такие сложности?
– Дело в том, что если мы сделаем иначе, то потеряется весь смысл моей задумки, – многозначительно поднял я палец вверх.
– Ну, Штуцер, расскажи, ну пожалуйста, – заканючила девушка, – будь лапочкой.
– Гадюка, прекрати, я не вижу смысла в том, чтобы прямо сейчас раскрывать детали своего гениального плана.
– Не видит он смысла, – передразнила меня девушка. – Штуцер, у тебя каменное сердце, и тебя совсем не трогают мои страдания.
Я махнул рукой, молча сел за руль и дождался, пока обе девушки займут свои места. Двигатель бодро заурчал, и я вывел броневик на дорогу. Некоторое время мы попетляли по кварталам и выбрались на главную дорогу. Где-то впереди мелькнули фары.
– Мать, и кого это там нелёгкая принесла? – выругался я.
Мы вынужденно остановились у небольшого двухэтажного здания и дождались, пока движущийся впереди транспорт удалится на приличное расстояние. Проводив взглядом замыкающую колонну, я отложил монокуляр и врубил первую. Броневик медленно двинулся следом, а я завертел головой по сторонам.
Неприятное предчувствие надвигающейся беды всё усиливалось, а я никак не мог понять, откуда ждать опасности, но на всякий случай я предусмотрительно не включал фары. Грохот взрывов и стрельбу я услышал сразу.
– Там бой! – крикнула Гадюка.
– Вижу, – сказал я, выкручивая руль и прижимая машину к стене. – Гадюка, будь тут, я скоро вернусь.
– Я с тобой! – спохватилась девушка.
– Ты охраняешь броню! И не спорь! – рявкнул я.
– Поняла, чего орать-то? – обиженно отозвалась наёмница.
Я взял винтовку и закинул на плечо свой рейдовый рюкзак.
– Гадюка, если поймёшь, что становится слишком жарко, уходите отсюда в форт. Здесь лишь одна дорога, которая ведёт на нужную нам развязку. И если на ней кто-то засел, то нам никак не пройти.
Пока я готовился к бою, стрельба разгорелась с новой силой. Я подхватил винтовку и бросился в сторону ближайшей многоэтажки. Пришлось пренебречь предосторожностями и бежать по лестнице на верхний этаж. Сердце учащённо забилось, перед глазами плыли чёрные круги, но я буквально взлетел на нужный мне этаж. Откинул сошки. Включил прицел. Щёлкнул затвор.