Охота за миллионером

— Все просто прекрасно, — улыбнулась и предложила ему выпить кофе. Тактично отказавшись, мужчина отправился к выходу.
Марго отпрашивается чуть пораньше. Да и с клиентами на сегодня все. Вдруг слышу скрип двери. И чьи-то шаги.
— Твои рисунки безупречны, — раздается за спиной.
Вздрагиваю. Я не вижу его, но понимаю, кто это. По коже мурашки, а в ногах слабость. Я поднимаю глаза на стену, цепляюсь за развешанные на ней рисунки, цепляюсь за них как за спасательный плот.
Я так долго собирала себя по кускам. Так долго шла к новой себе. Весь месяц помимо работы я рисовала. Не знаю, как это объяснить, но боль и чувство пустоты помогло мне в творчестве. Я словно изголодавшаяся бросилась работать. Я рисовала везде — на кухонном столе, в ванной, на капоте своего старенького Логана, на стенах студии и даже по дороге на работу. Рисунки приходили ко мне неожиданно. Яркими вспышками, и я словно подорванная бросалась за работу.
И сейчас, когда я услышала за спиной его голос… то же самое чувство сразило меня. Мои руки тряслись, а сердце билось на уровне горла. Мне хотелось заплакать. Я не верила собственным ушам. Два месяца. Как долго я не могла его отпустить, а когда приучила себя думать, что его больше нет, он заявляется. Вот так просто, в мой салон. Приходит и говорит, что мои рисунки безупречны. Будто я этого не знаю!
— Вы пришли на тату? Или поглазеть? — даже не обернулась.
Схватив тряпку, принялась оттирать идеально чистую полку.
Он так долго мочал. Я уже было хотел обернуться, но сдержала порыв. Внутри меня нарастала истерика. Много чего хотелось сделать. Накричать, оттолкнуть, прогнать. Схватиться за него и сжать так крепко, чтобы ребра хрустнули! Наброситься на него и сожрать. Он словно жизненная необходимость. Как воздух, как вода. Но на деле я продолжала стоять на месте, отвернувшись от него.
— Я пришел за тату. У меня даже эскиз есть… — его голос звучал спокойно, с улыбкой. Совершенно не похож на то, как он говорил со мной в прошлый раз.
— У нас все строго по записи. Обратитесь к администратору, она впишет вас в график. Олег, наш мастер, возможно, сможет принять вас сегодня.
— Нет. Мне нужен определенный мастер. Именно для него я пролетел практически через весь свет.
На этот раз его голос прозвучал слишком близко. Я чувствовала его присутствие. Щеки вспыхнули, а кровь забурлила. Вдруг я увидела его руку. Он положил на полку газету.
Леон убрал ладонь, но я все еще чувствовал жар его тела. Его аромат заполнял мои легкие, и с каждым вдохом его, мне становилось все тяжелей.
Дрожащей рукой потянулась к листку. На первой полосе наше фото с того самого вечера. Злой Леон тянет меня за руку. Я в одном лифчике, ошарашенно смотрю в объективпапарацци.
— Ты взорвала сеть. Весь мир ищет таинственную и смелую незнакомку. Говорят, ты украла сердце закоренелого холостяка.
Мои руки тряслись. И я не хотела, чтобы он видел мою нервозность.
Я вернула ее на прежнее место. Переместившись к шкафу с красками, стала переставлять местами баночки.
— Передай им, что они ошибаются. Я вернула сердце закоренелого холостяка.
Леон облокотился о шкаф. Я видела его боковым зрением, чувствовала его взгляд, но всячески прятала свой.
— У меня былоединственное наше фото на телефоне, — шепчет Леон, обдавая горячим дыханием мою кожу.
— Когда ты ненадолго уснула той ночью, я сфотографировал нас. В день финала я улетал домой. Сидел с бокалом любимого виски, на борту частного самолета. Рядом была моя стюардесса…
На этих словах у меня возникло сильное желание ударить ему про меж глаз. Но я сдержалась.
— Я вдруг понял, что не чувствую его больше. Вкуса к жизни. Он пропал вместе с твоим уходом. Я думал о тебе гадкие вещи. Я причислял тебя к отвратительным девушкам, для которых деньги — самое важное в жизни. Я не дал тебе объясниться, и это мой косяк. Я прятался. Закрылся в своем панцире, потому что боялся признать, как оплошал. Когда я увидел как ты идешь в сторону Артема, во мне такая буря поднялась. Я был зол. Ты отвергла меня, обманула. И я с легкостью бросился в это болото. Пойми, Баунти, мне было проще принять это, чем свою ошибку…
Я молчала. По щекам скатилась слеза.
— Я хотел удалить наше фото, отправить его в мусорку, как ненужное, жалкое воспоминание.
Его слова отдавали горечью.
— Ну так в чем проблема?
Я почувствовала его пальцы на своей шее. Вздрогнула и отстранилась. Не могла ему позволить касаться себя. Не сейчас. Не когда он так поступил со мной.
— Я не смог этого сделать, Лола. Ты приехала ко мне так неожиданно. Ты выплеснула мне в лицо всю правду, о которой молчала так долго. Думаешь, я мог так быстро все принять? Думаешь, так легко мне было поверить?
— А когда поверил?
— Да сразу поверил. В тот же вечер напился как свинья… Сидел в клубе, смотрел невидящим взглядом на окружение и понимал, что отпустив тебя совершил самую большую ошибку…
Мне захотелось рассмеяться. Только радости в моем смехе не было ни грамма. В клубе он сидел. В окружении стрипух и алкоголя… страдал, бедолага…
Леон будто почувствовал ход моих мыслей. Схватив пальцами мой подбородок, заставил посмотреть ему в глаза.
И как только я это сделала, утонула. Замерла, впившись взглядом в его омуты и даже как зовут меня забыла. Вдохнуть боялась, чтобы не исчез он. Похудел немного, черты лица заострились. Но такой же желанный, такой же идеальный для меня…
— Прости меня, Баунти. Я — полный дурак. Прости, что не выслушал тебя, прости, что про деньги говорил. Ты все продала, ты все бросила… зачем?
Я пожала плечами, игнорируя подступающие слезы.
— Это уже не важно, Леон. Мой рабочий день подошел к концу.
Бросив тряпку, я направилась к выходу. Я задыхалась о боли. Я умирала. И видеть его здесь было испытанием для меня. Он считает, что все так легко? Прилетел, и я бросилась ему в объятия? Нет, пусть докажет мне свои намерения. Слов было много, а вот главных он так и не сказал.
— Я не уйду, слышишь? — раздался его голос. Я не обернулась, но замерла.
— Я не уйду без своей тату..
Прикрыла глаза и стиснула зубы. Слезы уже во всю текли по щекам.
— Завтра. Я попробую найти для тебя место. Ноне обещаю.
 
 
Глава 29
Всю прошлую ночь я не могла уснуть. Я горела, с ума с ходила. Я не знала, придет он или нет. Я ругала себя за то, что не позволила ему, не подпустила. Но в следующую минуту понимала, что сделала все верно. С его уходом, отказом, я испытала боль. Да и сейчас она была со мной. И теперь я не могло решиться. Не могла позволить себе броситься в омут с головой, не смотря на его признания.