17 дней пути некроманта
Выскочившая за мной на крыльцо Эмма наблюдала действо с широко распахнутыми глазами. Оранжерейный цветочек, никогда пьянющих людей не встречала даже. А Дан ржал. Неудержимо, с нотками извинения передо мной, но ржал. И пока тащил на себе это туловище от калитки до дома, пару раз практически ронял его наземь от смеха.
— Я не настолько человеколюбив, чтобы тащить его в спальню, — признался он, сгрузив тушу Боумиеля на диванчик в холле. — Проспится, сам уйдет.
— Что за перфоманс, Тьма его пожри, — пробормотала я, не надеясь узнать ответ.
— Мужик сказал, что его трактирщик попросил привезти данного господина ко мне. Видимо, упоминал где-то, что у меня остановился.
Мы стояли полукругом, глядя на беззаботно храпящего мага. Он казался абсолютно счастливым. На губах блуждала улыбка, а тело доверчиво расслабленно. И где? На Рваных болотах! Горе, а не некромант!
Где-то внутри медленно поднималась волна гнева, заставляя мою тьму скапливаться на ладонях.
— Эй, эй! Погоди! — запротестовал демон, заметив искорки на кончиках моих пальцев. — Ты что, отрезвлять его собралась?
— Угу, — мрачно подтвердила я. — Особо жестоким способом.
— Истинная, не надо! Такого удовольствия меня лишишь! — он умиленно смотрел на Боумиеля, сложив ладони перед грудью.
— Какого удовольствия? — рявкнула я. От этого демонюки хорошего ждать точно не приходится.
— Как какого? — тот искренне удивился. — Ты что? Чистейший организм! Получив такой заряд спирта, наутро он же себе глаза сам выцарапает и будет страдать как светлый маг, привязанный к темному.
— Даниэль, — я закатила глаза, — ты неисправим. Мне завтра нужен рабочий некрос, а не овощ с головной болью и рвотой по кустам.
— Ууу, — жалобно провыли мне в ответ.
Сочтя этот вой отсутствием возражений, я подняла ладони и с них сорвался пучок тонких дымных нитей. Стремительно оплетая неподвижное тело, они расползались по нему, закрывая от наших глаз пеленой. Хлопок!
Эмма непроизвольно дернулась, схватив меня за локоть. Но опомнилась и сразу отпустила. А из дымной завесы появился мой горе-помощник, судорожно держась за рот.
— Эээ, туда! — сообразил Дан, указывая на входную дверь. И болезный молодой некрос, как кабан сквозь камыши, рванул во двор.
Не добежал. Уже с крыльца послышались пренеприятнейшие звуки. К расширенным глазам на лице у принцессы добавился сморщенный нос, и я поняла, что пора завязывать с этим цирком. Урон репутации суровых некромантов!
— Эмма, иди к себе в комнату. Ужин будет позже.
Королевская дочка судорожно кивнула и поскакала вверх по лестнице. А демон, уже не сдерживаясь, прыснул и заржал в голос.
— Даниэль!
— Прости, Свияга, — бормотал он между всхлипываниями. — Но видела бы ты себя!
А мне хотелось взять у входа лопатку для обуви и дать ему по голове, вот честно! И это тоже раздражало. И если так себя ведут супруги, то я замуж точно не выйду! Хотя, куда уж мне…
Страдалец вернулся через полчаса. Белый, как недавно инициированный лекарь. И глазки такие виноватые-виноватые! Даниэль к этому времени, решив не усугублять, утащил меня в кухню и налил какого-то ароматного чая с травами.
— Профессор…
— О, явился, алкоголик необученный! — деланно удивилась я.
— Простите, Профессор, — пробубнил ученик.
— Ты где так наклюкался, бедолага?
— А! Да я… Там… — Боумиель мотнул головой и тут же поморщился. — В трактире, в деревне.
— Один что ли пил? С чего бы? — удивилась я. — Не замечала за тобой раньше.
— Почему один? — возмутился некрос, как будто его уличили в чем-то постыдном.
— А с кем? — Дан с интересом слушал наш разговор.
— Ну, там… — парень замялся, а потом-таки ответил, — с девушками.
— С кем? — настала моя очередь изумляться.
— Это деревня, Свияга. Тут все проще! — махнул рукой демон. И снова повернулся к Боумиелю. — С Фией или с Милкой?
Я смотрела на Даниэля и медленно соображала, что раз он называет конкретные имена, то их обладательницы частенько себе позволяют выпивать с мужчинами в трактире. А какие женщины выпивают с мужиками в трактире? И откуда эта зараза знает их по именам?
— Эээ… С обеими, — отмер мой подручный.
— Да ладно? С обеими? Силен! — восхитился демон.
— А вы о чем сейчас? Я просто поужинать зашел, проголодался сильно, пока по болотам ходил. А они выпить предложили. Я отказать дамам не смог, но пить же не умею… И вот, — потупил взор наш пьянчужка.
— Так ты даже не… Тьфу ты, Тьма тебя задери! — возмутился Дан. — Позоришь мужское имя! Тебе две тел… эээ, девушки в руки упали, а ты нажрался как свинья! Прародительница Тьма, в какой мир ты меня отправила? — жалобно вопрошал он.
А я прикрыла глаза и вспоминала дыхательную гимнастику, которой учат на первом курсе. Расслабление и концентрация. Спокойствие и умиротворение. А то ж развоплощу некоторых.
— Так. Боумиель — в спальню. Долечивайся сам и приводи себя в порядок. Я — тоже к себе. Отчего-то имеется непреодолимое желание убивать, поэтому не стану доводить до греха, — свирепо уставилась я в довольное лицо Даниэля, пытавшегося изобразить раскаяние и смирение.
Поднимаясь по лестнице и слыша за спиной стенания помощника, рисовала в своей голове сцены мести этим двоим обормотам. Одному за безответственность. Второму… просто так. Для профилактики.
Наливая в горячую ванну жидкого мыла, смеялась сама над собой. Ну, надо же! А ведь я действительно ревную Даниэля. Меня просто взбесила та девчонка из деревни. Теперь эти его знакомые девицы, не отяжеленные моралью. Голова все понимает, он демон, существо без возраста и с огромным запасом жизненной силы. Его жизнь в расцвете и будет таковой еще огромный отрезок времени. То, что я являюсь его истинной парой, абсолютно не мешает ему радоваться жизни. Если б я была рядом, тогда другое дело. Но, меня нет. А может, все-таки принять его предложение и обосноваться здесь? Энергии здесь море, нежити хоть отбавляй, а в обществе я никогда особо не нуждалась. Но дома ждет Светлор. И незавершенное дело давит тяжким грузом на плечи. Надо что-то придумать, надо как-то уговорить храмовников помочь Эмме. Я прекрасно помнила, что при заключении договора с королем я не клялась помочь всенепременно, только сделать все от меня зависящее, быть проводником. Но я и сама хотела ей помочь. Да, наши с ней ценности различались, я не видела ничего страшного в том, что она не обладает магией. Но ее воспитывали иначе. Давление семьи никуда не денешь. Другое дело, что помогать королям-преступникам не очень-то и хотелось. Но перед глазами была принцесса, юная девчонка, которую всю жизнь тыкали в то, что она пустышка. По-человечески, по-женски мне было ее жаль.