Избавитель. Том 2 (СИ)
— Ты не договариваешь, Трехпалый. Кто на вас напал?
Рожер пристально посмотрел на цехового мастера:
— А вы как думаете?
Глаза Чоллса округлились, и он закашлялся, чтобы скрыть удивление.
— Вот как… ладно. Главное, что ты жив.
— Тебя кто-то избил? — Гаред сжал кулак. — Только скажи кто, и я найду их и…
— Мы здесь за другим. — Рожер положил ладонь на руку Гареда, не сводя глаз с Чоллса. Цеховой мастер выдохнул и словно сдулся.
— В Недра чай, — пробормотал Чоллс. — Мне нужно кое-что покрепче.
Он достал из стола глазированный глиняный кувшин и три стакана. Его руки немного дрожали. Он щедро плеснул из кувшина в каждый стакан и раздал гостям.
— За то, чтобы мудро выбирать себе врагов! — Цеховой мастер поднял стакан и переглянулся с Рожером. Жонглеры выпили.
Гаред смотрел с подозрением. Рожер подумал, что могучий дровосек не так туп, как всем кажется. Через мгновение Гаред, однако, пожал плечами и залпом выпил.
Дровосек выпучил глаза и покраснел. Он согнулся пополам в приступе кашля.
— Создатель! Парень, кто же пьет это в один присест! — возмутился Чоллс. — Это энджирское бренди, и оно наверняка старше тебя. Его смакуют!
— Извините, сэр, — хрипло выдохнул Гаред.
— Они в Лощине привыкли к разбавленному элю, — пояснил Рожер. — Великаны вроде Гареда опрокидывают здоровенные пенные кружки одну за другой. Градуса в них немного, и он попадает из бродильного чана прямо на стол.
— Ничего не понимают в изысканных напитках, — кивнул Чоллс. — А ты, Трехпалый?
Рожер улыбнулся:
— Я же был подмастерьем Аррика. — Он отпил из стакана и погонял жидкость во рту, наслаждаясь вкусом и выдыхая спиртные пары через ноздри. — Я пил бренди, когда у меня еще волосы на яйцах не выросли.
Чоллс засмеялся, снова запустил руку в стол и достал кожаный мешочек с травами.
— А как у вас в Лощине насчет покурить? — спросил Рожер у Гареда, который еще перхал.
Гаред кивнул.
Цеховой мастер вздрогнул и развернулся к Рожеру:
— Ты сказал — в Лощине?
— Ага. — Рожер достал щепотку табаку из кисета Чоллса и набил трубку, которая появилась в его искалеченной руке. — Именно.
Чоллс разинул рот:
— Так это ты волшебный скрипач Меченого?!
Рожер кивнул, запалил фитиль от лампы на столе цехового мастера и раскурил трубку.
Чоллс откинулся на спинку кресла, глядя на Рожера. Через мгновение он кивнул:
— Неудивительно, если подумать. Я всегда считал, что в твоей музыке есть что-то волшебное.
Рожер передал ему фитиль. Чоллс раскурил свою трубку и протянул ее Гареду.
Некоторое время они молча дымили. Наконец Чоллс сел прямо, выбил золу и положил трубку на небольшую деревянную подставку.
— Ладно, Рожер. Ты можешь ухмыляться хоть целый день, но мне надо управлять гильдией. Говоришь, ты был в Лесорубовой Лощине, когда явился Меченый?
— Я не был в Лощине, когда явился Меченый, — поправил Рожер. — Он приехал в Лощину со мной и Лишей Свиток.
— Ведьмой-метчицей?
Рожер кивнул. Чоллс нахмурился.
— Если ты травишь мне застольные байки, Рожер, клянусь светом дня…
— Это не застольная байка. Каждое мое слово — правда.
— Мы оба прекрасно знаем, что за твою историю любой жонглер продаст душу, так что давай сразу к делу. Сколько ты хочешь?
— Деньги меня больше не интересуют, цеховой мастер.
— Только не говори, что у тебя случилось просветление, — фыркнул Чоллс. — Аррик в гробу перевернется! Рассказами о Меченом можно собирать толпы, но ты же не считаешь его Избавителем?
Раздался громкий треск. Жонглеры повернулись и увидели, что Гаред раздавил подлокотник кресла.
— Он Избавитель, и я прикончу любого, кто будет спорить, — прорычал лесоруб.
— Только попробуй! — пригрозил Рожер. — Он сам сказал, что не Избавитель. Веди себя прилично, или я передам ему, каким ослом ты себя выставляешь.
Гаред ощерился, и у Рожера кровь застыла в жилах, но он смело посмотрел великану в глаза и даже не дрогнул. Через мгновение Гаред успокоился и робко взглянул на цехового мастера.
— Извините за кресло, — сказал он, неуклюже пытаясь приладить подлокотник на место.
— Ерунда… не переживайте, — отмахнулся Чоллс, хотя Рожер знал, что у большинства жонглеров в кошельке столько нет, сколько стоило это кресло.
— Не мне судить, Избавитель ли он, — продолжил Рожер. — До прошлого года я вообще не верил, что Меченый существует, и распустил о нем немало баек.
Он наклонился к цеховому мастеру.
— Но он существует. Он убивает демонов голыми руками и обладает неведомой силой.
— Жонглерские штучки, — скептически сказал Чоллс.
Рожер покачал головой:
— Я ослепил волшебными фокусами немало деревенских мужланов. Меня не проведешь ловкостью рук и горючими порошками. Я не утверждаю, что он послан Создателем, но он владеет истинной магией, это ясно, как солнце.
Чоллс откинулся на спинку кресла и сложил руки, словно в молитве.
— Допустим, ты говоришь правду. Все равно непонятно, зачем ты явился, если не собираешься продавать мне историю.
— Почему не собираюсь? Собираюсь. Я сочинил песню «Битва за Лесорубову Лощину», которую будут требовать во всех пивных и на всех площадях города, и за год у меня накопилось множество притч — только успевай подставлять шапки под град монет!
— Тогда чего ты хочешь, если не денег?
— Мне нужно научить людей скрипичной магии. Но из меня плохой учитель. Я учу подмастерьев уже много месяцев, и они способны играть рил на деревенских плясульках, но подземники от их игры из кровожадных становятся в лучшем случае свирепыми.
— Рожер, у музыки две основы — мастерство и талант. Мастерству научить можно, таланту — нельзя. Я в жизни не встречал такого талантливого музыканта, как ты. У тебя есть дар, которому не научит ни один учитель.
— Значит, вы мне ничем не поможете?
— Я этого не говорил. Я лишь хочу тебя предупредить. И все-таки кое-что можно попробовать. Аррик научил тебя музыкальным жестам?
Рожер с любопытством посмотрел на цехового мастера и покачал головой.
— Это жесты, при помощи которых можно управлять другими музыкантами, — пояснил Чоллс.
— Как дирижер?
Чоллс покачал головой.
— Дирижер указывает, как играть, если музыканты уже знают пьесу. При помощи жестов можно импровизировать, и оркестранты подхватят мелодию.
Рожер подался вперед:
— Честное слово?
— Честное слово, — улыбнулся Чоллс. — У нас достаточно мастеров, которые могут научить этому искусству. Я отправлю группу в Лощину Избавителя и велю им слушаться тебя.
Рожер заморгал.
— Я не так уж бескорыстен, — добавил Чоллс. — Твоих рассказов надолго не хватит, но Меченый — главное событие нашего времени, Избавитель он или нет, и его история только начинается. Лощина находится в гуще событий, и я давно хотел послать туда жонглеров, но то горячка, то беженцы… Смельчаков не нашлось. Если ты пообещаешь им защиту и кров, я смогу их… убедить.
— Обещаю, — улыбнулся Рожер.
Глава 19. Нож. 333 П. В., лето
Через несколько недель после ночи в уборной на ферму заявился гость. У Ренны екнуло сердце при виде путника, но это оказался не Коби Рыбак, а его отец Гаррик.
Гаррик Рыбак был большим и крепким. Сын во многом пошел в него. Хотя Гаррику было за сорок, в его бороде и копне курчавых черных волос почти не было седины. Он придержал лошадку и коротко кивнул Ренне с телеги.
— Отец дома? — спросил он.
Ренна кивнула. Гаррик сплюнул на землю:
— Тогда сбегай за ним.
Ренна кивнула еще раз и побежала в поля. У нее колотилось сердце. Зачем Гаррик приехал? Хочет замолвить словечко за Коби? Коби еще думает о ней? Она так замечталась, что едва не налетела на отца, который вышел из-за грядки с кукурузой.
— Ночь! Что за демоны в тебя вселились, девка? — Харл схватил ее за плечи и встряхнул.
— Гаррик Рыбак приехал, — сообщила Ренна. — Он ждет тебя во дворе.