Избавитель. Том 2 (СИ)
— Задние ряды! — крикнул Джардир, и воины резко развернулись, сомкнули щиты и шагнули вперед, освободив широкое пространство между передними и задними рядами для работы метчиков. Элитные даль’шарумы побросали копья, повесили щиты за спину и достали из походных сумок лакированные керамические плашки. Два метчика разложили их в определенном порядке во дворе перед брешью. Другие два выверили расстояние между плашками при помощи копий.
Джардир вонзил копье в глаз песчаного демона — одно из немногих уязвимых мест алагай. Землепашец рядом с ним нашел еще одно, пронзив глотку ревущего демона. Когтистые лапы то и дело пробивали стену щитов между вспышками магии, и воины еле успевали уворачиваться.
Они приблизились к воротам, и глаза Джардира широко распахнулись при виде собравшихся снаружи полчищ. Барханы кишели песчаными демонами, которым не терпелось прорваться в цитадель заклятых врагов. Жала и каменные глыбы сыпались на алагай, но быстро тонули, словно галька в луже воды.
Метчики подали сигнал к отступлению отряда Джардира.
— В другой раз, — пообещал Джардир демонам, которые отпрянули при вспышках керамических меток. — Завтра ночью Красия вновь выйдет на бой.
Он повернулся и увидел, что сражение во дворе прекратилось. Оставшиеся демоны бежали в Лабиринт.
— Дозорный! — крикнул Джардир, отойдя от отряда. Через пару секунд Колив спустился по лестнице со стены и подбежал с отчетом:
— Дурные вести, первый боец. Маджахи собрались на шестом и взяли на себя большинство песчаных демонов, но разрозненные племена ведут бои по всему Лабиринту и мало где побеждают. Великан забрался еще глубже и отрезает целые отряды, пробиваясь к главным воротам. Его только что заметили на восьмом.
— Откуда ему знать извивы Лабиринта? — удивился Джардир.
— Похоже, он идет по следу, первый боец. Останавливается, нюхает воздух и каждый раз сворачивает правильно. Под ногами у него крутятся песчаные и огненные демоны, но он не обращает на мелюзгу внимания.
Джардир приподнял покрывало, чтобы сплюнуть пыль.
— Возвращайся на стену, и пусть дозорные составят маршрут. Мы соберем разрозненные племена, пробиваясь к Маджах.
Колив ударил себя кулаком в грудь, подбежал к лестнице и взобрался на стену. Джардир повернулся к отряду и обратил внимание, что землепашец пытается что-то втолковать одному из метчиков, бешено размахивая руками, а воин недоуменно глядит на него.
— Най сильна сегодня ночью, — крикнул Джардир, и все взгляды обратились к нему, — но Эверам сильнее! Доверимся Ему и доживем до рассвета, или тьма Най поглотит весь Ала! Покажите алагай, чего стоят воины Копья Пустыни, и помните, что Небеса ждут вас!
Он потряс копьем. Шарумы повторили его жест и с диким криком последовали за Джардиром в Лабиринт.
Всю ночь люди Джардира сражались с полчищами демонов, загоняя их в меченые ямы и спасая разрозненные отряды. Когда они соединились с маджахами, оборонявшими узкий проход на шестой уровень, за его спиной собралось больше тысячи воинов.
Воины Джардира врезались в ряды алагай со спины, закрываясь мечеными щитами, чтобы вбить в них клин. Маджахи разомкнули стену щитов, и подкрепление потекло на шестой уровень — плавно, как на тренировке в шарадж.
— Отчет, — бросил Джардир одному из кай’шарумов маджахов.
— Пока держимся, первый боец, — ответил капитан, — но загнать алагай в ямы не можем.
— И не надо. Пусть метчики запечатают уровень. Оставьте сотню лучших воинов сторожить алагай и отправляйтесь на восток седьмого помогать Баджин.
— А ты куда? — спросил кай’шарум.
— Найду великана и отправлю его в бездну Най.
Джардир взял столько людей, сколько смогли выделить маджахи, и отправился к городским воротам, молясь Эвераму, чтобы не опоздать.
Однорукий демон стоял перед главными воротами города и молотил по меткам. Яркие вспышки магии озаряли ночь, и грохот разносился по улицам, но древние начертания держались. Демон выл в бессильной ярости.
Воины бросались на него с копьями из прочной пустынной стали, но уколы были демону нипочем. Пока Джардир наблюдал, великан небрежно махнул хвостом, сокрушая щиты, расщепляя копья, раскидывая отважных воинов.
— Да защитит нас Эверам, — прошептал Джардир.
— Хотя бы ворота держатся, — заметил Шанджат.
Джардир хмыкнул:
— До рассвета еще далеко. Вдруг метки не устоят?
— А что еще можно сделать? — возразил Шанджат. — Даже скорпионы не могут пробить его шкуру, и в яму он не поместится — голова будет торчать над землей!
— Пфф, это просто большой демон! — фыркнул Хасик. — Навалимся толпой и свяжем ему руки.
— Руку, — поправил Шанджат. — Так мы потеряем много воинов, и не факт, что его получится связать. В жизни не видел такого сильного алагай. Уж не сам ли Алагай Ка явился в Ущерб?
— Чепуха. — Джардир не сводил глаз с демона, пока его помощники спорили.
«Видит Эверам, я найду способ тебя убить», — молча поклялся он.
Он уже собирался отдать приказ, надеясь взять чудовище числом, когда подбежал один из метчиков.
— Прошу прощения, первый боец, но у чина есть план, — произнес он. Джардир обернулся и увидел, что землепашец оживленно беседует с его метчиками, изображая, что хочет сделать.
— Какой?
— Разве можно ему доверять? — возмутился Хасик.
— У тебя есть план, как победить эту мерзость из бездны и не погубить множество людей?
Хасик промолчал, и Джардир вновь повернулся к метчику.
— Какой план?
— Чин неплохо разбирается в метках, — начал метчик.
— Ну конечно, — пробормотал Хасик. — Чины только и умеют, что прятаться за метками.
— Заткнись, — огрызнулся Джардир.
Метчик не обратил внимания на перепалку:
— У землепашца есть меченые камни, которые помогут поймать тварь. Надо только заманить алагай в тупик и отбросить ткань с меток. Метка для скальных демонов такая же, как для песчаных. Стены Лабиринта послужат ямой до рассвета.
Джардир забрал и осмотрел меченые камни. Метки действительно напоминали песчаные, но были крупнее и располагались под другими углами, с разрывом в одной из линий. Он провел по ним пальцем.
— На десятом есть тупик за вторым поворотом, — произнес он.
— Я знаю, первый боец, — поклонился метчик.
Джардир повернулся к Хасику и Шанджату:
— Следите за демоном. Ничего не предпринимайте, если не заметите, что метки ворот слабеют. Тогда пусть все воины в Лабиринте навалятся на чудовище.
Шарумы ударили себя кулаками в грудь и поклонились. Джардир выбрал трех лучших метчиков, и они проводили землепашца в нишу. Когда все пятеро убедились, что метки на стенах и у входа устоят, они положили меченые камни на место и накрыли песочного цвета тканью, которую легко было сдернуть.
И вновь северянин удивил Джардира! Искусство рисовать метки высоко ценилось в Красии. Его знали только дама и горстка избранных ими воинов.
— Кто ты? — спросил он, но землепашец лишь пожал плечами, не понимая вопроса.
Они вернулись к демону, который продолжал методично бросаться на ворота в поисках слабого места.
Джардир взглянул на огромного алагай и испытал укол страха. И все-таки он первый боец, а значит, сам заманит чудовище в ловушку.
«Или я Избавитель, или нет», — сказал он себе, пытаясь поверить в свое предназначение. Но Инэвера часто и легко лгала, могла солгать и в этом.
Он собрался с духом, начертил в воздухе метку и шагнул вперед.
— Нет, шарум ка! — крикнул Хасик. — Я твой телохранитель! Позволь мне завлечь демона в ловушку!
Джардир покачал головой:
— Отвага делает тебе честь, но это я не доверю никому.
Землепашец что-то произнес и рубанул воздух рукой, но времени на расшифровку его загадочных сообщений не осталось. Джардир отбросил страх и зашагал к демону, крича и стуча копьем по щиту.
Демон не обращал на него внимания, продолжая бросаться на ворота.
Джардир попытался пробить броню демона под коленом, но чудовище лишь взмахнуло хвостом, словно отгоняло муху.