Австро-Венгерская династия. Габсбурги на обломках империи

 
Парад браков по сердечной склонности
Эпидемия браков эрцгерцогов с простолюдинками после падения монархии сильно напоминает сходный процесс в России, когда после отречения Николая II великий князь Гавриил Константинович Романов обвенчался с балериной Антониной Нестеровской, а Александр Георгиевич, 7-й герцог Лейхтенбергский [79], в тот же день вступил в брак с дважды разведенной Надеждой Николаевной Игнатьевой. Великий князь же Сергей Михайлович сделал предложение руки и сердца балерине Матильде Феликсовне Кшесинской, но получил отказ, ибо она уже давно связала свою жизнь с другим великим князем, Андреем Владимировичем. С ним она смогла соединить свою жизнь только в эмиграции, после смерти его матери, при жизни отказывавшей им в благословении.
В вопросах заключения браков Габсбурги стали более легкомысленными, не гнушаясь разводов. Плохо держались даже браки с особами королевской крови: в 1931 году эрцгерцог Антон Габсбург (1901–1987) женился на принцессе Илеане Румынской, правнучке царя Александра II и королевы Виктории, младшей дочери румынского короля Фердинанда I. Ввиду неприязненного отношения к Габсбургам супруги не могли обосноваться в Румынии и жили то в Австрии, то в Германии.
В противовес большинству Габсбургов, эрцгерцог Антон был настроен профашистски и после присоединения Австрии к Германии вступил в национал-социалистскую партию, после начала войны служил летчиком в немецкой армии. Естественно, с таким послужным списком ему пришлось после окончания Второй мировой войны эмигрировать сначала в Европу, затем в США. В 1954 году супруги развелись, причем наличие шестерых детей не послужило препятствием к расторжению брака. Илеана, невзирая на все жизненные перипетии, оставалась ярой патриоткой Румынии и вскоре вышла замуж за румынского эмигранта. Подобных примеров можно привести много — теперь Габсбурги стали обычными гражданами различных стран.
    
Бельгийские принцессы — хоть и дальняя, но родня [80]
Смерть наследника престола Рудольфа действительно освободила его супругу Стефани от уз ненавистного брака, тем более, что она в этот период переживала апогей любовного романа. В 1887 году, во время поездки вместе с мужем в Галицию, молодая женщина по уши влюбилась в графа Артура Потоцкого. Он был на 15 лет старше ее, вдовец с двумя дочерьми. Стефани буквально обезумела от любви, но прилагала все усилия к тому, чтобы держать это увлечение в тайне — она слишком дорожила своим положением при дворе. Однако принцесса даже отказалась сопровождать мужа в Лондон на празднование пятидесятилетнего юбилея правления королевы Виктории, лишь бы предаваться любовным утехам с Потоцким в Вене. Скрывать адюльтерные похождения ей помогала родная сестра Луиза-Мария (1858–1924).
Вкратце следует коснуться истории замужества этой женщины, столь типичной для высокопоставленных браков. В 16 лет ее выдали замуж на принца Филиппа Саксен-Кобургского, состоявшего на службе у императора Австро-Венгрии. Принц был чрезвычайно обаятельным мужчиной с отменными манерами, и девушка влюбилась в него, предвкушая безоблачную семейную идиллию. Иллюзия разбилась в первую же брачную ночь. Будучи другом Рудольфа по развлечениям, привыкший к утехам с публичными женщинами, принц настолько грубо обошелся с новобрачной, что та сбежала с супружеского ложа в дворцовую оранжерею, где ее, горько рыдавшую, обнаружил садовник. После воспитательной беседы, исходившей от тещи, принц Филипп сменил тактику и сумел наладить отношения с женой.
Одновременно он исподволь занялся ее сексуальным воспитанием, постепенно пробуждая в молодой женщине чувственность и обучая ее премудростям любовной науки. Родив сына и дочь, Луиза-Мария, весьма привлекательная, аппетитная и элегантная женщина (ее называли «самой светской дамой Вены») последовательно заводила романы с адъютантами мужа, бароном ван Гиссенбургом и бароном де Иобахаза. Поговаривали также о ее подозрительно близких отношениях с принцем Рудольфом, семейная жизнь которого с ее родной сестрой, как известно, потерпела полный крах.
В 1895 году Луиза-Мария безумно влюбилась в хорвата, графа фон Матачича-Кеглевича, и забылась настолько, что потребовала у мужа развод. Вспыхнул скандал, император отлучил согрешившую даму от двора и потребовал от принца Филиппа вызвать графа Матачича на дуэль. Дуэль состоялась, причем Матачич прострелил принцу руку, за что его посадили на шесть лет, а Луиза-Мария потом еще долго скиталась по лечебницам для умалишенных. Целая вереница профессоров с солидной репутацией последовательно признавала ее «интеллектуальную и нравственную неполноценность», не позволявшую доверить ей воспитание детей. Вокруг дела Матачича шум подняли социал-демократы в парламенте, поэтому его выпустили, а в 1906 году графу удалось устроить своей возлюбленной побег из лечебницы. Отец, король Бельгии, к тому времени овдовевший, отказался от дочери и запретил ей появляться в Бельгии, так что Луиза-Мария с любовником разъезжала по Европе, без удержу мотая деньги в расчете на огромное наследство после смерти Леопольда II [81]. В 1907 году ее брак с Филиппом Саксен-Кобургским был расторгнут, поскольку муж, также рассчитывавший на большое наследство, понял, что проклятой дочери рассчитывать не на что. После долгих мытарств она в глубокой бедности в 1924 году умерла в Германии (Матачич скончался годом ранее), успев издать свои мемуары под названием «Я видела, как рушились троны».
Но все это случится намного позднее, а пока Луиза-Мария надежно прикрывала похождения своей сестры. Не найдя идеальной любви в семейной жизни, принцесса Стефани обставила свою супружескую измену по всем правилам романтических историй: она называла Потоцкого не иначе как «Гамлет», а себя именовала «Офелией». Так, она писала сестре:
 
«Я сгораю от нетерпения с тех пор, как узнала о пребывании Артура в Вене. Офелия должна увидеться с ним, но как это устроить? Гамлет останется в Вене только на два дня. Тотчас же ответь мне, чем можно прикрыться. Я уже подумала об обеде или ужине у тебя. Дай мне хороший совет! Постарайся устроить что-нибудь».