Австро-Венгерская династия. Габсбурги на обломках империи

После того как пушки умолкли, эрцгерцог, активно интересовавшийся альпинизмом, охотой и последними достижениями в технике и сельском хозяйстве, занялся развитием вверенной ему области империи, герцогства Штирия. Еще в 1800 году он посетил Тироль и, по его собственным словам, испытал «ту неизменную и непоколебимую любовь… к этой земле, на каковую она ответила преданной взаимностью, и каковую я унесу с собой в могилу». Причем надо учитывать, что все его действия по ускорению развития этой области совершались исключительно на основании чисто частной инициативы. Когда вследствие неблагоприятных погодных условий и последовавшего неурожая в 1816–17 годах эту часть государства поразил жестокий голод [54], он лично раздавал населению картофель, побуждая крестьян к выращиванию этой культуры.
Ему сильно помогло получение в 1822 году крупного наследства в 200 000 гульденов после смерти дяди, герцога Альберта Саксен-Тешенского, супруга его родной тетки, вышеупомянутой нами Марии-Кристины, любимой дочери императрицы Марии-Терезии. Это позволило ему приобрести ряд поместий и заводов, которые он превратил в образцовые предприятия, управлявшиеся на основании последних достижений в соответствующих отраслях. Передовые способы он изучал во время посещения Великобритании, где буквально заболел локомотивами и впоследствии стал одним из горячих сторонников создания сети железных дорог в Австрии. Иоганн даже сделал национальной одеждой области Штирия серую с зеленой отделкой куртку из грубого непромокаемого сукна, которую ранее носили только охотники. Благодарные штирийцы сочинили в честь эрцгерцога несколько песен-иодлей, сохранившихся по наши дни.
Как водится в этом мире, все то полезное, что Иоганн-Батист сделал для Штирии — он также был крупным благотворителем и меценатом, — со временем забылось, и имя одного из многочисленных Габсбургов было бы предано забвению, если бы не история его женитьбы на простолюдинке. Анна-Мария Плохль, в семье Нани, была первенцем уважаемого обывателя городка Бад-Аусзее Якоба Плохля и его жены Марианны. Исконно глава семьи занимался перевозками товаров, но в 1809 году смог поступить на государственную службу в качестве королевско-императорского почтмейстера. Жена Якоба исправно рожала каждый год по ребенку, так что девочке с ранних лет приходилось разделять с ней многие домашние заботы. В 1821 году, после рождения тринадцатого по счету младенца, мать семейства скончалась, и все обязанности по ведению хозяйства легли на плечи Анны. Именно поэтому у девушки с ранних лет выработался трезвый и практичный подход к житейским проблемам, что впоследствии объясняет ту ловкость, с которой она справлялась с управлением обширной собственностью эрцгерцога.
Об этой истории было написано немало книг и снято несколько фильмов. Согласно легендам, окружающим ее, эрцгерцог Иоганн, будучи холостяком, познакомился с Анной, когда ей было пятнадцать лет (т. е. 22 августа 1819 года), а ему на 22 года больше. По одной версии, он был немедленно поражен ее свежестью, непосредственностью, красотой и начал регулярно наезжать в дом почтмейстера. По другой версии, знакомство произошло совсем уже романтическим образом. Иоганн, который пребывал в постоянных разъездах, приехал на почтовую станцию в Бад-Аусзее и потребовал сменить лошадей, дабы продолжать свой путь. По какой-то причине не оказалось свободного кучера, и сообразительный Якоб живо переодел дочку в мужскую одежду и усадил ее на облучок кареты. Иоганн моментально распознал подмену, но девушка запала ему в душу.
На самом деле эрцгерцог впервые встретил Анну, когда ей было всего 12 лет. Девочка поразила его своей неподдельной веселостью, когда вместе с ним в кругу жителей городка лихо отплясывала так называемый «переменный танец» [55], но потом моментально затерялась в толпе. Впрочем, эрцгерцог тогда узнал от местного чиновника Риттера, что его партнерша является дочерью местного почтмейстера.
Когда Анне исполнилось 15 лет, она превратилась в очаровательную девушку, и эрцгерцог время от времени навещал дом ее отца. Встречи были совершенно невинными: беседы на деревенской скамейке на берегу реки, прогулки на лодке. Во всяком случае, так изображается в романах и фильмах. На самом деле, как выяснилось всего пару десятилетий назад на основании обнаруженной переписки эрцгерцога с местными чиновниками, с которыми у него сложились дружеские отношения, дело обстояло не так просто.
Возможно, Иоганну потребовалось не слишком много времени, чтобы принять решение жениться на Анне. Похоже, физически она к тому времени вполне созрела для вступления в брак. Но дело осложнялось тем, что Анна уже обзавелась возлюбленным. Им стал Винценц Пфайфер, сын пекаря из города Леобен. В местном обществе он имел репутацию легкомысленного любителя поволочиться за женщинами. Пфайфер служил на колесном заводе в городке Форденберг и состоял с Анной в переписке. Время от времени молодые люди даже обменивались подарками. Во всяком случае, точно известно, что Анна подарила Пфайферу кольцо, не иначе, как в знак вечной любви. Возможно, эрцгерцогу Иоганну удалось склонить девушку на вступление в брак с ним, но он понимал опасность того, что Винценц впоследствии может шантажировать их наличием писем, в которых, надо полагать, простодушная красавица давала полную волю излияниям своих чувств.
В 1822 году Иоганн купил колесный завод и через местного чиновника начал вести переговоры с Пфайфером и его отцом Иоахимом о возвращении писем и отказом от каких бы то ни было притязаний на руку Анны. Молодому человеку также надлежало уволиться с завода. Потерю должности, которая, надо полагать, неплохо оплачивалась, Иоганн компенсировал тем, что при помощи дворцового ведомства устроил Винценца на прохождение трехлетнего курса обучения в Горной академии города Хемниц и взял на себя все расходы по его переезду туда и полному содержанию.
Эта история осложнялась еще тем, что овдовевший Якоб Плохль вздумал жениться на двоюродной сестре Винценца и был очень недоволен тем, что ему в этом предприятии помешала сердечная склонность дочери. В конце концов проблемы уладились, ко всеобщему удовлетворению. Правда, Плохль-старший вступил в брак с другой женщиной. Впрочем, вполне возможно, что именно кузину Винценца не прельстила перспектива замужества с отцом выводка из дюжины детишек. Никем не оспаривается дата 9 августа 1822 года, когда Иоганн на мосту через реку Энн воодушевленно произнес:
— Нани, я никогда не расстанусь с вами!
Наверняка его также вдохновило на этот смелый шаг полученное от дядюшки крупное наследство, освобождавшее его от необходимости искать богатую невесту.
Эрцгерцог хотел уже в следующем году жениться на своей избраннице, но император Франц I отказал брату в разрешении на брак с простолюдинкой. При венском дворе подобная идея рассматривалась как неслыханное нарушение вековых устоев династии. Надо сказать, что в своей чрезвычайно консервативной семье Иоганн имел репутацию либерала. Он часто буквально шокировал как императора, так и родню своими идеями по устройству государства и экономики, но, тем не менее, до смерти хранил полную лояльность короне.