Апофеоз

Но вражины бултыхались, пытаясь разведать всё часов шесть. Единственное, что напрягало, это возможное наличие казла. Но так, фоново — в то что на контакт эта скотина пойдёт только в «мирной обстановке» я почти уверился.
А гадить, похоже, он и не собирается. Мне, и в рамках своих уехавших мозгов, конечно.
Хотя за Миллениум я его реально на тригинский флаг порву, пидаррраса. И за Котю, скрежетнул я зубом и пощёлкал клешнёй.
В общем, народ на станции даже стал посменно отдыхать, как, наконец, грантцы решили что хватит переводить зонды и дронов.
В эфир пошло объявление, что: бла-бла, вероломное нападение, конфликт переводится на межпланетарный уровень. И через четверть минуты после этого с авианесущего судна стартовала сотня Барракуд, лёгких пустотных разведчиков.
В общем-логично, раз уж с зондами не выходит, отметил я. Ну а разведчики выдвинулись к полтиннику Кальмаров, болтающихся по одиночке в пустоте. Или сбить хотели, или понять, что это они болтаются. Но возвращалось через полчаса пятьдесят одна Барракуда — раки отстрелялись разгонниками, как только разведчики оказались в зоне досягаемости. А слабенькие лазерники разведчиков на Кальмаров впечатления не произвели.
Вражины ещё полчаса подумали, выпустили три сотни Акул, полноценных штурмовиков, ринулись на Кальмаров, создающих ретрансляционную сеть воевать — и обломались. Потерь у них было всего пять машин, но у раков был правильный приказ, так что они просто нарезали кругаля, пользуясь преимуществами машин, когда Акулы плотной группой создавали опасность Кальмару.
В общем, с часик Акулы погоняли Кальмаров, ничего, кроме потерь и повреждений, не добились. И вернулись на корабль-матку. Самое смешное, что и понять, нахрена Кальмары болтаются в одиночестве в довольно ощутимом объёме пространства они не могли — ретрансляторы работали через гипер, но столь слабыми пробоями, что нужно их в лабораторных условиях изучать, причём ЗНАТЬ что искать.
И вот, мы уже ждём нападения на станцию, Нади народ приводит в боеготовность, я готовлюсь к тому, что влезу в Краба и телепортером на станцию — рулить уже по сути смысла нет, все свои роли знают, а толку от меня в бою, всё же, немало.
И вражины… выпустили Барракуды и Акул. И плотным строем облетели станцию и по сверхвысокой орбите — Шесс. Раки планетарной обороны по ним отстрелялись, но с не сильно впечатляющим результатом — семь уничтоженных аппаратов. Остальные шарахнулись от планеты своим ходом.
А вот дальше вражины проявили своё умное гадство: мы рассчитывали, что они будут атаковать станцию челноками. А эти сволочи выдвинули десантное судно, подошедшее к станции почти вплотную. И вскрыли центральный шлюз… запустив туда десяток Мурмиллонов.
Впрочем, обеспечение радиоэкранирования на станции, под нашим контролем, было даже не вопросом, а свершившимся фактом. И эта десятка для «Весёлых Ребят», ну и грантцев, влетела в шлюз, высадилась с малого челнока… и тут в челнок прилетает лом из разгоннника ближайшего (хотя дохрена отдалённого, фактически) Кальмара, разнося его до нелетучего состояния. А Мурмиллоны, завалившие через шлюз, в коридор, просто исчезли. Вошли и не вышли, ни ответа, ни привета.
Вражины перекрыли посадочный ангар тушей корабля, Кальмар сменил позицию. Продолжалась эта веселуха полчаса, после чего десантник ребят… вернулся на старую орбиту, рядом с дредноутом и авианосцем. И висят, понимаешь, думают.
Вообще, я уже в ложементе был, думал сейчас на станции замес начнётся. Но нет, ни фига. Впрочем, как уже отмечалось, нам вражеские «подвисы» только на пользу.
— Как думаете, долго висеть будут? — решил я послушать народ в командирском чате.
— Полчаса, вряд ли больше, — выдала Нади.
— Кстати, Краб, ты учёл, что они могут вообще станцию нахер послать? — поинтересовался Могильщик.
— Так пострелять охота, Могильщик? — полюбопытствовал я у главы отделения тяжей, перебазировавшихся на Шесс.
— Пострелять охота, Краб. Но вот я посмотрел, на то, как эти гандоны свою разведку высаживали… — многозначительно промолчал ветеран.
— Думаешь подгонят корабли к Шессу?
— А что им помешает? Кальмары сильны, но если матка и десантник начнут вблизи массовую выброску — хер им они помешают.
— И зениток вам толком не хватит, — хмыкнул я, прикинув. — Да, может быть. Блин, а вы раздёрганы, — начал рассматривать карту я.
— Херня, Краб, прорвёмся! И рачью своему указание дай — пусть авиацию выбивают. Десант на нас, а то ни того, ни того толком не сделаем.
— Ну, в принципе логично, Дрой. Да, боезапас вам в таком раскладе телепортером будем слать. И, если что — я к вам присоединюсь, — прикидывал я возможный расклад.
В общем — прав оказался Могильщик. Вражины забили на «хрен знает, что там творится» станцию и, судя по траектории, выдвинулись к Шессу, причём всеми тремя судами.
Что в этом раскладе радовало — зенитками по ракам они в рамках «межпланетарного конфликта» не отработают. Что напрягало — раки по ним тоже. Только по запущенной авиации, которой дохера. Вдобавок гвардейских платформ на дредноуте немало, а он, сволочь такая, вместе с маткой и десантником идёт.
И выходило, что через полчаса эти три корыта лягут на планетарную орбиту. И помешать этому мы нихрена не сможем.