Иней

В общем, выбрали в системе планетоид диаметром в пару десятков километров, прицелились, жахнули…
Ну и я почти расстроился — «почти», потому что попадание точно было, но последствий не наблюдалось. Но собиравший разгонник собственными клешнями я, изучивший все тонкости процесса поражения разнотипных целей, через несколько секунд понял, что надо просто ждать. А вот девчонки, за исключением Лори, тоже с интересом взирающую на голограмму, не поняли.
— Ан, может цель всё-таки поскромнее? — сочувствующе спросила Нади. — Планетоид — это даже не корабль, да и состав там неизвестен, может железный вообще…
— Железный бы, Нади, сиял при попадании расплавленной дырой. Ждём, — выдал я, под хмык Нади и пожатие плечами Лисы.
И, через пару минут, когда я уже сам опасался, что облом, планетоид стал растягивается по орбите. В самом прямом смысле слова, рассыпаясь на песок и камни.
— Вот, — довольно потёр клешни я. — Это вам не тут! Это мощь!
— Вообще — да, — оценила Нади. — Но твой разгонник всё же не на корабли рассчитан…
— На корабли, — отметил я. — Тут как раз потому в планетоид и стреляли. Обычный вольфрамовый, да пусть даже урановый лом на субсвете просто пройдёт сквозь корабль. Повреждения нанесёт, но для того же дредноута — смешные. Вон, Дживс мне в своё время все уши прожужжал — мол, нет смысла здоровые разгонники делать, неэффективно и всё такое, — потыкал я в эфиряку. — И стал я думать. Ну всякая взрывчатка и прочее интересно, но против неё и защит куча, плюс всё равно путь наименьшего сопротивления. Фигня в общем, — припечатал я.
— В целом — понятно, но если бы ты использовал мягкий метал, то планетоид бы не развалился, — задумалась уже Лори. — Был бы ударный кратер, здоровенная, — развела она руками, — выбоина.
— Угу. Поэтому я подумал, ну и сделал лом из тонны олова, — хмыкнул я. — И… заколдунствовал его на прочность, — ликовал я.
— Той, разрушающейся структурой? — дошло до Лори.
— Ей самой. Снаряд у нас прошёл верхние слои, не деформируясь, но на глубине в метров двести — бац! — и рассыпался на гранулы. И вся, без остатка кинетическая энергия передалась астероиду. Без всяких дурацких выбоин и прочего, хе-хе, — продолжал ликовать я.
— Это было интересное решение, сэр, — подал голос эфиряка. — Довольно изящное, хотя цель применения довольно…
— Уж не пацифист ли ты, Дживс? — прокурорски уставился я на эфиряку.
— Ни в коем разе, сэр. «Изящное решение» — всё что я хотел сказать, сэр.
— А с кораблём, выходит, — задумалась Нади.
— Высоковероятно — разрушение структуронесущих конструкций, — наконец выдала Лори. — Здорово, Ан, — улыбнулась она мне. — Причём это получается оружие против бронированных и больших кораблей — небольшой транспортник этот снаряд прошьёт, незаметив. Ну и повреждения будут минимальными, — протянула она.
— По маленьким и небронированных у нас найдётся чем стрелять, — полюбовался я надписью на пушке, «Ультимативный крабский довод» и гербом Инея, который, подумав, забацал и гербом дома Форфис.
А была это молочно-белая снежинка, аккуратно сжимаемая серо-стальной крабьей клешней. В общем, свою дозу пафоса я получил, а то совсем бардак развели, честных Крабов не уважают, да.
А потом началась рутина, хотя и чертовски выматывающая. Если бы не Нади с Лисой, Дживс с Лори бы порвали меня на два маленьких Краба и поработили бы навечно. Причём вымотанный я осознал глубины порабощения, когда Нади устроила натуральный спарринг с Лори, ловко уворачиваясь от мультитула и шлёпая ту по заднице. Меня, собственно, от задолбанного оцепенения эти шлепки и исцелили.
— Да ты в край охерела, Лори! — шлёп! — Ан не железный, блин! Мы его видели четыре дня назад! Чем ты его сейчас заставляла заниматься?!
— Не заставляла! — вжу-ух! мультитула. — А попросила! И очень важным делом!
— Зачаровать сортиры!!! — череда шлепков. — Для работников, которых ещё нихера нет!!!
— Санитарно-гигиенические… больно, Нади, — надулась Лори, потирая пострадавшую деталь себя. — Ну Ану же не сложно, а они прослужат…
— Так, пора этот бардак кончать, — твёрдо решил я, вникнув в глубины впадения Краба в галерство. — Лори, мне конечно «не сложно». Только у меня башка от этих бесконечных схем не варит! Я падаю, отрубаюсь, потом опять схемы, схемы, схемы… Блин, сортир сложно поменять ракам?
— Не сложно, Ан, но хочется чтоб всё было хорошо и надёжно! — чуть не плакала девчонка.
Так что я по пострадавшей детали её не стал шлёпать, как собирался. Погладил, да. Но засел, выдернув Дживса с Котей с испытательного полигона, устроив, для начала, совещание. Точнее, план «что делать», что реально ТРЕБУЕТ колдунства, где оно желательно — и почему. А где мерзкие засранцы, будущие работники, или рачьё там какое, справятся сами.
Устыжённое чудище Лори ускакало, так что провели продуктивную работу. Нет, дел оказалось дохера и больше, но устраивать операцию по «похищению дрыхнувшего Краба в ночи глухой на полигон» (без шуток, был такой скорбный элемент моей биографии) Коте больше не приходилось. И рабочий день у меня выходил всего-навсего двенадцатичасовой, да…
Я даже смог подумать и начать вникать в творимое нами — в техническом плане. И в творимое в плане информационном. Собственно, Лиса с Нади, временами привлекая Котю, этим и занимались, потому что толку от них на стройке толком и не было.
— Я продвигаю не столько Клешню, сколько именно дом Форфис. Всё-таки у нас корпоративный Сектор, и аристократия пользуется определённым пиететом в массах.
— Угу, — покивал я. — На Помидоре нашем помнится девицы штабелями вешались. И пара парней… гхм… — припомнил я парочку в не туда ориентированных. — В принципе, наверное, и неплохо. Но это привлекает молодёжь, наверное?
— В основном — да, — покивала уже Нади. — Но тут есть момент традиций Домов, общеизвестных и проверенных. Они могут, да и привлекают, внимание серьёзных, знающих людей. Как клиентов, так и потенциальных работников.
— А диванные эксперты никому нахер не нужны, — хмыкнул я, под кивки. — Только Нади, а что за «общеизвестные» привлекающие «серьёзных людей» традиции? Дуэли что ли или ещё что?
— Вообще-то — честность в договорах, не столько по букве, сколько по духу. Например, Королева тратила на оформление договоров гораздо меньше сил и времени и была предпочтительным партнёром во многом и поэтому.
— Как будто остальные пилоты повально крючкотворы и кидалы, — усомнился я.
— Скажем так, встречаются. И вопрос не столько пилотов, сколько именно делового партнёра, берущего на себя обязательства и выполняющего их. Это ценно и привлекает. В работодателе — чуть ли не больше, чем в наёмнике.
— Ну, если подумать, то да. Ладно, чёрт с ним, будем аристо с выкрутасами, — махнул я клешнёй. — А на столь агрессивное продвижение аристократической модели, — выдал я, после прикидок, — корпораты не окрысятся?