Иней

И укреплял я металл, чаровал против уроны, даже на катушках электромагнитных, до которых достал, проводимость улучшил.
После чего не удержался, ударил клешнёй по сгибу второй, немного поликовав. И врубил прыжковый движок, разгоняясь.
Стараясь набрать максимальную скорость, потому как внутри дюзы ни один псих радаров не поставит, а дальше можно и по инерции.
Через минуту свободного полёта Краба захлестнул нитевидный рак, становясь менее нитевидным и притягивая Дос к пилону.
— Связь.
— Слушаюсь, главнокомандующий Краб.
— Это я Рори, Краб, — оттранслировал я, а произнёс рак в рубке.
— Краб, до зоны поражения меньше минуты!!! Нас собьют…
— Молчать! Двигатели на реверс, срочно! Меняй траекторию!
— Но мы потеряем скорость…
— Это приказ!
— Слушаюсь, — послышалось в ответ.
Вот и умница, девочка, подумал я. А то уже думал приказ рачью давать, брать Быстрый под контроль. Несложно, но с Рори после этого бы Клешня рассталась, факт. А возможно и с Мышом — уже не по своей воле. Но… в общем, не случилось — и славно.
— Второй Серп? — уточнил я в ожидании.
— Повреждения не более тридцати процентов летательного аппарата, главнокомандующий Краб! Целостность платформы Рака Донного — сто процентов.
— Зашибись, — бросил я, и уже нервничая поинтересовался вслух у пирата. — Ну что же ты, скотина? Добыча же уходит.
Не по радио, конечно. И, как бы в ответ на мои слова, дюзы корабля начали наливатся огнём, кроме одной. Это одна чернела-чернела и вдруг развернулась раскрывшимся металлическим цветком, с бутоном голубоватого пламенем, перевитым чёрными разрядами электричества.
— Красиво вышло, спасибо поляризации. На Быстрый.
— Слушаюсь, командующий Краб.
    
Глава 19
По дороге на Быстрый, я прикидывал, что сотворил. Вариантов, на самом деле, было море. Но моей задачей было вывести из строя двигательную систему, что с успехом получилось. Плазма накопилась в камере дюзы, потому что переборку я поставил до датчиков, то есть для техников она просто пропадала. Притом, остальные дюзы шарашили и общее давление двигательной системы не слишком повышалось. То есть, техники гарантированно почувствовали неладное, но вырубать движки под брызги слюны своего идиота-капитана… В общем, логично решили забить.
А перегородка, наращенная моим колдунством, не вечная, в общем накопленная плазма хлынула в дюзу, сенсоры зафиксировали поток плазмы, распахнули заслонку. И врубили магнитные катушки. Улучшенные, хе-хе и немножечко неотцентрованые. В общем, вместо скромного факела, в дюзе оказалась клуб в тонну, не менее, плазмы. А импульс от улучшенных катушек указал ему, куда воевать.
Итог я наблюдал — одной дюзе однозначный и безоговорочный северный пушной зверёк, остальные чинить недели, которых пирату никто не даст.
— Состояние пассажиров? — поинтересовался я у донного и Рори, оказавшись на Быстром и вываливаясь из Краба.
— Целы, вроде…
— Повреждения лёгкой степени тяжести, главнокомандующий Краб, у восьми процентов пассажиров. И нестабильное психологическая состояние у подавляющего большинства, не менее восьмидесяти процентов. Более точно определить не имею возможности — индивидуальные особенности разумных, отклонения не всегда проявлены внешними факторами! Прошу простить!
— Прощаю. Орёл… в смысле Рак, Донный!
— Счастлив служить, главнокомандующий Краб!
— Вот и служи, — буркнул я, заваливаясь на мостик. — Рори, какого… хера Быстрый не стреляет?
— Вы не приказывали…
— А самой подумать? — риторически вопросил я. — Ладно. Рачьё, разносим эту лоханку нахер!
И разнесли, на металлолом. Рачьё по каютам побегало, работников успокоило — в общем-то, их «нестабильное психологическое состояние» можно прекрасно понять: первый раз в жизни покинули планету, первый раз на пустотном судне, а тут нежданно-негаданно перепад гравитации до трёх Же. Ну погасить инерцию Быстрого без перегрузки было никак, гравкомпенсаторы физически не справлялись.
В общем, потёр я праведные клешни, помянул дохлых жуликов недобрым словом, ну и выдохнул. А то, если честно, боялся пиздец как, всё столкновение. Разбаловали меня Кистень, Дживс под рукой — всегда чувство «прикрытого тыла», даже если гробанусь. А вот как сейчас, с голой жопой, на лихом донном раке — страшно. Не за себя, а за Быстрый и его экипаж и грузопассажиров. Впрочем, всё к лучшему, опыт небесполезный — Нади не зря мне напоминала: «Ты не бессмертный, Ан!»
Вот тогда — покивал и отмахнулся, а сейчас «прочувствовал», ухмыльнулся я, ну и тыкнул в кнопку связи со станцией. Не давай трындеть, кратко вывалил, что пират, пирату пиздец. Совсем. Ну и попрощался второй раз.
— Всё, Рори, по новой на разгонную. И иди, отдохни там, — буркнул я.
— Как же, отдохнёшь после такого, — передёрнулась она, обхватив руками плечи. — А…
— Записи на Инее Клешне будут доступны, сама посмотришь со всеми.
— А вы?
— А я… блин, неспокойно мне! — вдруг вырвалось у меня, даже клешнёй по столу треснул. — Понятно, что Быстрые будем в полноценные ударные десантно-штурмовые- суда переделывать, — на что Рори очень выразительно закивала.
Это при том, что когда обсуждали, а я говорил разумные вещи про пушки, гасящие Звёзды и эпичную броню, нихрена ничем непробиваемую перед Клешнёй — в сторонке стояла, да глазёнки закатывала. А сейчас — кивает согласно, с энтузиазмом. Вот что жопа животворящая делает!
— В общем, сейчас мне неспокойно. Иди, отдохни, лекарство прими. А я подумаю пока.
— А…
— Иди уже, — ухмыльнулся я.
А сам вызвал эфиряку — так, мол, и так, пиратское нападение, без подробностей. Мы целы-живы, пираты, соответственно, наоборот.
— Что в Инее, Дживс? — подытожил я свой рассказ резонным интересом.
— В системе Иней, сэр, всё в целом обстоит благополучно. Механик Лори производит ремонт, диагностику и оптимизацию.
— Кстати, Дживс, пока не забыл — везу почти семь тысяч рыл. Производственный Комплекс Номер Два нужно снабдить дополнительными жилыми площадями.
— Понял, сэр. Мне видится, что часть запасов нашего же товара подойдёт.
— Ангары-форпосты? — сам спросил и сам же ответил я. — Да, подойдут. Продолжай.
— Финансист Хелиса занята торговыми операциями. Вынужден признать, что удивлён и обрадован объёмом притока средств, но их источник мне несколько…
— Не нравится, — констатировал я. — Мне тоже, Дживс. Но как говорил мне отец — невозможно жить в социуме и быть свободным от него. Хотя бардак, конечно.