Начало

Я радостно обернулась к дракону. Видит ли он, как все хорошо получается? Я остаюсь с братьями, и есть даже торки готовые помочь нам пойти туда учиться. Владыка Фарх молча смотрел на нас, на его лице не было радости или злости, только печаль, которая отражалась в его глазах, плохо скрываемой болью. И моя радость сошла на нет. Почему такая реакция? Заметив, что я смотрю, дракон улыбнулся, но улыбка получилась вымученная, и, поняв это, он что-то сказал стражам и ушел в свою палатку.
Удивленная таким поведением я завертела головой в поисках того, кто мог заметить такое странное поведение Владыки и увидела Ярика. Вспомнив, что мы не доделали вчерашнюю работу, я помахала ему рукой и крикнула, что сейчас доем и присоединюсь к нему на разбор схрона.
-Не торопись, Киани, - осадил меня капитан Кнайт.
Ну началось, буркнула я мысленно и услышала, как Мирх засмеялся.
Увидев, как я хмуро посмотрела на капитана, тот растерянно крякнул, но отступать не стал.
-Ты сегодня ночью исцелила всех стражей, что были в лагере, зачем?
-А почему сразу я?
-Следы в пепле твоих ног, -тихо заметил сидящий рядом Тай.
Я поняла, что от мазаться будет не просто, но Вал смял все мои надежды.
-У стражей есть кристаллы отслеживания энергии, и они привели к твоему месту в палатке. Не отвертишься.
Я понуро опустила голову, Мирх молчал.
-Киани,- напомнил о себе капитан.
-Да не знаю я, - буркнула я, -была возможность помочь, я и помогла. Чего теперь? Всем опять синяков и шишек наставить?
-Синяков и шишек? - Растерялся мастер Мьюрем, а потом грянул такой хохот, что птицы с тревожными криками поднялись в небо. Смеялись стражи минут десять, как только смех начинал утихать, кто-нибудь снова произносил «синяков и шишек», и все заново валились от хохота. Смех был заразительный, и спустя уже пару минут я смеялась вместе со всеми. Стражи дракона присоединились к нам, но не смеялись как остальные, а просто весело скалились надо мной. Наконец, отсмеявшись, мастер Мьюрем заметил:
- Девочка, ты за эту ночь сняла семь магических меток. Залечила больше сотни переломов и ран, залечила больше 50 внутренних повреждений, сняла остаточные магические путы минимум у десятерых и, заметь, про синяки и шишки я даже не напоминаю.
Услышав такие цифры, я растерялась. В лагере было человек пятьдесят, включая и дракона со стражами, и меня с братьями. Откуда столько повреждений?
-Где вы столько всего набрали-то? – удивленно охнула я, чем опять вызвала дружных смех.
-Это уже неважно, -улыбаясь проговорил капитан. -Нам сейчас надо узнать, как расплатиться с тобой за это.
-Но мне ничего не надо, -заныла я, но мастер перебил меня.
-Ты это брось! Магия не безгранична и к ней надо относиться с уважением, особенно к магии целительства!
-Хорошо, - решилась я на озвучивание моей идеи оплаты. В моем мире мне очень нравилась эта идея и при возможности я всегда рекламировала ее, теперь попробую и здесь. – Моя цена не будет материальной. - В лагере все замерли, от такого внимания стало неуютно, но Мирх подбодрил меня, и я решилась. - Каждый из вас, кто сегодня получил от меня помощь, должен помочь безвозмездно тому, кто будет нуждаться в ней. Может вы поможете бродяге и дадите ему хлеба, или сможете помочь какой-то женщине или ребенку, которые будут нуждаться в вашей помощи. Я не прошу вас брать за них ответственность, но помочь едой, одеждой или просто добрым словом и облегчить хоть на некоторое время им жизнь - это и будет оплата моего исцеления сегодня ночью.
-Как же ты проверишь оплату? - удивился капитан.
-Тут будет оплата от вашего сердца и заставить дать больше, чем есть в нем, я не могу. Просто, иногда нужно, чтобы кто-то помог, чтобы жизнь наладилась, и пусть именно ваша помощь послужит этому! – в лагере стояла тишина.
-Знатно ты их озадачила, -хмыкнул Мирх.
Я оглядывала лица всех, кто был вокруг, растерянность, удивление. Я расстроилась, что с меня начнут требовать другой вид оплаты как, прозвучал спокойный баритон.
-Киани, -это был Тирнал, и мое сердце пропустило удар. – Я принимаю твою цену!
И снова наступила тишина, а потом как снежная лавина со всех сторон послышалось:
-Я принимаю твою цену!
-Я принимаю твою цену!
-Я принимаю твою цену. – молвил мастер Мьюрем, поворачиваясь ко мне.
-А вы-то тут причем? – удивилась я, - у вас же все цело было? И Меток точно не было!
-А у сына были.
-Киани, ты идешь? -позвал меня Ярик, и я, быстро закивав, отдала котелок с остатками каши Таю и бросилась догонять стража. Поражаясь тому, откуда у молодого сына мастера могли быть метки.
Подходя к схрону, я обратила внимание, что Острое копье и Седой уже на месте и носят книги.
-Сегодня к обеду закончим, - довольно протянул Ярик, усаживаясь за столик и раскатывая очередной свиток списка. – Приступим?
Я молча кивнула и принялась за книги.
Время летело быстро, тем более в приятной компании со стражами. Которые шутили, много смеялись и принесли мне вкусняшку. Это были засахаренные ягоды по виду и вкусу очень похожие на вишню, если бы не ярко-желтый цвет. И вот уже Острое копье поставил последнюю стопку книг, и мы, быстро перебрав ее, уложили все книги на ткань телепорта. Списки Ярик скрутил и поместил в небольшой деревянный тубус и уложил поверх книг. Дальше, он отступил, сделал несколько пассов руками в воздухе, и края ткани засветились желтым светом, а потом, ярко вспыхнув, все исчезло.
-Работа окончена. Благодарю всех за помощь. Можем возвращаться в лагерь.
-А как же схрон? – стало мне любопытно.
-Пустые схроны долго не стоят, - отметил Копье, -скоро сам осыплется.
-А как делают схроны? - любопытство бурлило во мне.
-Торки делали их просто. Выкапывали огромную яму, аккуратно срезая верхний слой дерна, укладывали вниз содержимое и при помощи магической формулы восстанавливали травяной покров. Выкопанная земля уходит в землю, трава восстанавливается и без ключа тяжело найти такое место. – терпеливо объяснил Ярик.
-Хорошо мастер Мьюрэм достал все ключи, а то мы бы здесь месяц точно искали эти схроны. – заметил Седой.
Я повернула к нему голову и с удивлением увидела в его волосах черную прядь.
-У вас волосы испачкались в чем-то черном. – заметила я.
Седой удивленно глянул на меня, а потом засмеялся, Копье заметил.
-Так ты, получается, и испачкала, - молодой парень улыбался. - У Седого метка была, жизнь отнимала. А вот теперь метки нет, и жизненная сила восстанавливается. Скоро тебя Чернышом звать будут, Седой.
Стражи смеялись, а я впервые задумалась о том, сколько же и чего было исцелено сегодня ночью. Мирх не говорил, что исцелил, но я вспомнила, что облачка исцеления подлетали к каждому стражу. Мне казалось, что за такой короткий отрезок времени могли затянуться только синяки и шишки, но, слушая болтовню стражей, я поняла, что кому-то я восстановила внутренние органы, которые были ранее съедены напавшим монстром. Целители спасли, но не восстановили его, и бедолага мучился от постоянных болей. Сломанные кости, которые неправильно срастались и причиняли дискомфорт, магические метки, что выпивали силы. Я поражалась тому, что не видела разницы между вчерашним утром, когда видела этих людей и торков в лагере и сейчас. Многие как обычно улыбались, кто-то был серьезным. Но никто не охал, не ахал, не тер болящие места и вообще не показывал вида, что у него что-то болит.