Прага. Инструкция по соблазнению
Что?! Лара подскочила и неверяще уставилась на экран. Да это шутка какая-то, ну не может же быть, чтобы… Но был только один способ это проверить. И делать это надо явно не в ночной рубашке, которая едва прикрывает попу.
Наскоро натянув футболку и штаны, Лара помчалась к входной двери, замерла перед ней испуганным сусликом и, медленно протянув руку, щелкнула замком.
Мирек. Черт возьми, и правда Мирек.
— Ты с ума сошел? — прошептала Лара внезапно охрипшим голосом.
— Ты не рада? — голос звучал уверенно, насмешливо, но глаза смотрели так напряженно, что было понятно: Мирек тоже волнуется. И ему вовсе не так легко, как он это демонстрирует.
— Очень рада, — честно призналась Лара, откровенно им любуясь. Такой красивый, мамочки, ну какой же он красивый. Жаль, что куртка закрывает татуировки на руках, она так давно их не видела. Снять бы с него это всё и провести ладонями по горячей коже. Везде.
— Мне кажется, что ты меня… svlékáš očima…
— Раздеваю глазами?
— Да, — Мирек ухмыльнулся.
— Тебе не кажется, — Лара выглядела скорее довольной, чем смущенной, причем взгляд от него так и не отвела.
Он шагнул вперед и захлопнул за собой дверь, оказавшись к ней неожиданно близко. Нос защекотал знакомый запах — такой манящий, с терпкими нотками — и захотелось притиснуться еще ближе, найти местечко на шее или за ухом, где будет пахнуть особенно сильно, и вжаться туда губами, попробовать на вкус, лизнуть, укусить…
Лару потряхивало от возбуждения. Она совершенно точно хотела Мирека. И знала, что он её хочет. Даже если не смотреть на подозрительно оттопыривающиеся джинсы, одного взгляда в его потемневшие от желания глаза хватило бы, чтобы это понять. Но ведь и в прошлый раз так все начиналось: она хотела, он хотел, а в итоге было сначала больно и неприятно, а потом вообще никак. Можно ли попросить Мирека, чтобы он её просто ласкал — без секса? Он не посчитает её ненормальной?
Лара облизнула пересохшие губы, и Мирек тут же, тихо выругавшись, накрыл их своими. Рюкзак и скейт с грохотом упали на пол, а он, освободив руки, тут же одну запустил ей под футболку, а большим пальцем второй нежно поглаживал шею.
— Лаарко, — хрипло тянул он, когда ненадолго отрывался от её губ, чтобы глотнуть воздуха. — Šílím z tebe [39]…
Его возбужденный голос действовал на Лару, как афродизиак. Похоже, если они не остановятся, секс у неё случится прямо тут — в узком неудобном коридоре. Эта мысль ее немного отрезвила, Лара уперлась ладонями в грудь Миреку и нежно прошептала:
— Тшш, притормози. Хотя бы разуйся сначала и разденься.
— Разденусь, — тяжело дыша, пообещал он. — Но сначала ты.
— Мирек!
— Хорошо, могу я первым.
Лара рассмеялась, еще раз прижалась к нему и поцеловала где-то возле уха.
— Ты в комнату зайди сначала, стриптизер, а то вдруг соседка внезапно решит вернуться, а тут ты такой красивый в коридоре стоишь.
— Красивый? — самодовольно уточнил он.
— Как будто сам не знаешь! Конечно, ты красавчик. Не то что я, одни только глаза красивые, и всё, больше не на что посмотреть, — поддразнила его Лара.
— Ты вся очень красивая, — с обезоруживающей искренностью сказал Мирек, и у нее перехватило дыхание.
— Спасибо… ну… проходи, — неловко сказала Лара и ушла на кухню. Наверное, он голодный. Надо чем-то покормить.
— Мир, ты есть хочешь?
— Хочу, — он снова оказался очень близко, прижался сзади и поцеловал в шею. — И у меня есть много еды.
— Откуда?
— От мамы, — объявил Мирек и открыл рюкзак. Лара с приоткрытым от удивления ртом смотрела, как оттуда появляются контейнеры, банки, коробочки и как все это добро горой вырастает на столешнице.
— Мир, ну зачем, у меня есть же…
— А это маме моей можешь объяснить, — ухмыльнулся он. — Я сказал, что должен уехать, мама спросила куда, а когда узнала, что к девушке, дала еды. И если бы я не взял, никуда бы не поехал. Что будешь? Есть гуляш, ржизки, суп, утка, брамборовы салат…
— Салат и утку! — Ларе сначала странным казался чешский картофельный салат — эдакая пародия на оливье — но потом она распробовала его и даже полюбила. А в исполнении мамы Мирека это и вовсе стало гастрономическим оргазмом, ничего общего с салатом из столовой. Утка тоже была безумно вкусной, за одну хрустящую корочку можно было полцарства отдать!
Но настоящим объедением были домашние сладости: пышная сдоба vánočka, которая была немножко похожа по вкусу на кулич и куча видов рождественского печенья. Не верилось, что кто-то приготовил эту красоту своими руками.
— Передай маме от меня большое спасибо, это очень вкусно.
— Передам, — кивнул Мирек, расслабленно валяющийся на Лариной кровати. От чая со сладостями он отказался, сказав, что еще вчера их наелся, и теперь лениво наблюдал за ней из-под полуприкрытых век. — Иди ко мне.
Чувствуя внезапную робость, Лара присела на краешек кровати, которая казалась сейчас очень узкой: Мирек занимал все свободное место. Как бы тут уместиться…
Но он решил все за неё: просто сгреб в объятья и практически уложил на себя.
Лара надеялась, что после такого сытного завтрака ему будет не до секса и они просто полежат в обнимку. И может, даже получится поговорить. Она, конечно, была очень рада, что Мирек вот так сорвался и приехал, но к этому чувству примешивалась некоторая степень досады. Ларе хотелось еще какое-то время попереписываться, чтобы получше узнать друг друга. А заодно можно было бы в переписке (это не так стыдно, как глаза в глаза) обсудить некоторые моменты, например, то, почему ей не нравится секс. Но сложилось так, как сложилось, и, наверное, говорить про это надо сейчас, пока Мирек лежит с ней под боком, как разморенный сытый кот, и не пристает (неторопливое поглаживание задницы не в счет). Тем более что вряд ли он будет долго в таком состоянии, там под джинсами уже начало все твердеть и увеличиваться.
— Мирек…
— Ммм?
— Я хотела поговорить про тот раз… ну когда мы…
— Давай забудем, — перебил её Мирек. — Я правильно понял, что ты хочешь еще раз попробовать? Обещаю: я постараюсь, чтобы было лучше.
— Не надо, — Лара залилась краской. Черт, как сложно про это говорить! Он что, думает, в нем было дело? Ну вот она молодец, добавила парню комплексов. Он-то тут вообще не при чем, это у неё проблемы. Как же это объяснить? — Мир, тебе не надо стараться, в этом нет смысла, правда!
— Не понял, — Мирек приподнялся на локте и настороженно заглянул ей в лицо. — Но тебе же тогда не понравился наш секс. Я что-то не так делал, наверное. И в этот раз…