Невеста против (СИ)
— И где эта девчонка? Какой бес в нее вселился! Я-то, старая кошелка, решила, что она отправилась в свою комнату, а она без вести пропала! — голос Аглаи Александровны где-то совсем неподалеку в миг вырвал меня из мрачных воспоминаний. Я поспешила стереть с лица слезы, вскочила на ноги, одернула юбку, стряхнула с нее пыль и осторожно открыла дверь, стараясь не скрипеть.
— Что-то случилось? — спросила я классную даму, которая явно все еще пребывала не в лучшем расположении духа.
— Конечно, случилось! У нас теперь не пансион, а проходной двор какой-то! Ты что всю свою родню сегодня сюда пригласила? — возмущенно вопрошала женщина.
— Это вы о чем? — недоуменно переспросила я.
— А ты сходи и посмотри своими глазами! — ворчливо отозвалась женщина. — Слава богу, что ты скоро уедешь отсюда: одни хлопоты с такими девчонками!
Я торопливо поспешила вернуться на первый этаж. В душе я надеялась встретить Ри, но была почти уверена, что там меня ожидает та самая тетушка, Агафья Тимофеевна, о которой рассказывала сестра.
Но в действительности я повстречала там своего ОТЦА.
Я остолбенела, подавилась воздухом, в глазах потемнело. Замершее в груди сердце неожиданно заколотилось с новой силой, и я не сбежала, а скорее слетела вниз по лестнице, оказавшись прямо перед ним. Отчего-то я вдруг решила, что во всем, что с нами случилось и происходит сейчас, виноват именно он, хотя, если хорошо подумать, то так и есть.
— Что ты тут делаешь? — грубо, повысив на него голос, произнесла я.
Он несколько удивленно уставился на меня. С нашей последней встречи отец не на много изменился, разве что сейчас он был трезв. Все тот же злой старик, презирающий все и всех.
— ТАК ты теперь встречаешь своего отца, дочь? — с хорошо знакомой мне угрозой в голосе спросил он.
Во мне откуда-то взялся огонь ненависти, и я вместо того, чтобы испугаться, расправила плечи и встретила его взгляд спокойно.
— Ты мне никто! Чужой человек, я тебя не боюсь! — раньше я не смела перечить ему, а теперь…в меня словно бес вселился.
— Вот значит, как ты заговорила, девчонка! — зашипел на меня отец. — Ничего, я всю эту дурь из твоей головы выбью, всю мерзость, что навнушала тебе твоя преступница-сестрица! День ото дня не покладая рук буду трудиться! — он вздернул руку и грубо ухватил меня за волосы, вынуждая вскрикнуть.
— Я никуда с тобой не пойду! — упрямо бросила ему в лицо, хотя уверенность уже начала покидать меня, а страх, наконец, пробрался в мое сердце, отзываясь дрожью в теле.
— Кем ты себя возомнила?! Если я не заберу тебя, ты окажешься на улице в ближайшие дни и станешь жалкой бродяжкой, уличной девкой, очередным несмываемым позором на моем имени! Но я этого не допущу: вы с сестрицей довольно моей крови попили, теперь придется расплачиваться!
— Отпусти девочку, Николай! — строгий женский голос раздался прямо за спиной отца, и он, так и не ослабив своей хватки, обернулся.
Там стояла невысокая старушка в чепце и дорожном платье, с красивой черной тростью в руках. Женщина смотрела на него с презрением и всем своим видом давала понять, что он, в сравнении с ней, жалкое ничтожество.
Отец прищурился, разглядывая даму и, очевидно, силясь вспомнить, кто перед ним находится.
— Княжна Золотова? Что вы забыли в наших краях? Вам здесь по-прежнему не рады! Я воспитаю своих дочерей без вашей помощи! Можете убираться восвояси! — грубо оборвал он ее.
— Тетя? — неуверенно спросила я, вглядываясь в лицо женщины и не узнавая ее.
— Кажется, вы не понимаете, где находитесь, князь, и с кем разговариваете! Немедленно уберите руки от девушки и отойдите от нее на три шага в сторону!
Молодой голос незнакомого мне юноши заставил меня удивленно оглядеться. В шаге от нас с левой стороны действительно стоял незнакомец и на вытянутой руке держал пистолет, дуло которого он приставил к виску моего отца.
Я испуганно ахнула и дернулась, повалилась на пол, когда отец ослабил хватку, и тут же поспешила встать, ухватившись за ладонь, протянутую все тем же молодым человеком.
Незнакомец был худощавым, но высоким, у него были карие глаза и густые черные ресницы, иронично изогнутые губы, густые брови. Темно-русые волосы были довольно коротко острижены сзади, но опущены спереди, густая челка прикрывала лоб и брови. Он казался опасным шутником, таким, с кем обычно лучше не связываться, кого можно повстречать в шайке уличных воришек среди хитрых и расчетливых ловкачей. А еще парень очень молод — я была уверена, что ему не больше семнадцати или восемнадцати лет.
Он сверлил наглым взглядом отца и, что самое удивительное, улыбался.
— Что вы себе позволяете? — севшим от негодования голосом произнес мой родитель.
— Все, что пожелаю! Можете пожаловаться, но знайте, что эти милые леди обязательно заявят, что никакого оружия в моих руках они не видели, а вы просто выживший из ума старик с давно подпорченной репутацией!
— Это просто возмутительно! Щенок… Я разорву тебя голыми руками… — продолжал изливать угрозы отец.
Юноша снова улыбнулся, прищурился и демонстративно взвел курок.
— Три шага назад, князь! — почти пропел он.
Отец отшатнулся от него, потом сделал еще несколько шагов назад и, словно не веря своим глазам, вытаращился сначала на меня, а потом и на мою тетушку.
— Это мой племянник, Алекс! Я рада, что вы познакомились с ним сегодня, Николай! — насмешливо произнесла она. — Я получила право опеки над этой девочкой два месяца назад, и ты больше не приблизишься к ней!
Лицо князя стало красным от злости, он то и дело сжимал пальцы в кулаки и разжимал в бессильной злости, а я не могла отвести взгляда от странного юноши, который осмелился достать оружие и направить его на моего отца прямо посреди гостиной! Да за такое у нас наверняка могут повесить на площади без особых разбирательств, а он еще и улыбается, словно вообще ничего не боится!
— Сумасшедшая ведьма! Все в вашем роду такие! Проклятый род! — твердил мой батюшка, спиной отступая к выходу!
— Счастливо оставаться, Ваше Благородие! — проговорила тетушка.
Отец скрылся за дверью, а племянник моей новой опекунши уже ловко спрятал пистолет куда-то за пояс, убрал руки в карманы и без стеснения рассматривал меня из-под длинной темно-русой челки.
Напряжение во мне схлынуло так стремительно, что я едва не рухнула на пол, покачнулась, но все же смогла устоять на месте. Ощущение нереальности произошедшего никак не проходило, голос отца все еще звучал в голове, и я с трудом могла успокоить сердце и продолжать дышать.
— Алекс, ну чего ты стоишь! Видишь, девочка сейчас упадет без чувств — переволновалась, бедняжка! Отведи ее к дивану и усади, да раздобудь где-нибудь стакан воды!
Парень вздохнул и ленивой походкой направился ко мне. Он положил одну руку на мою талию, прижал меня к своему боку и таким странным образом повел куда-то в сторону.
— Какая она у тебя впечатлительная! — фыркнул он, усаживая меня и опять нагло разглядывая. — И невежливая!
— Алекс! Воды! — раздраженно повторила тетушка, и молодой человек тут же оставил нас.
— Ты, наверное, совсем меня не помнишь. Да, милая? — ласково поправляя мою прическу, проговорила Агафья Тимофеевна.
— Нет, — виновато призналась я.
— Это ничего, еще познакомимся, и с Алексом вы подружитесь! Он несколько избалован и бывает просто невыносимым, но парень он хороший, в обиду не даст! — в ее голосе звучала столько нежной любвик юноше, что я даже позавидовала ему.
— Спасибо вам, — почти шепотом произнесла я, все еще пытаясь выровнять дыхание
— А ты очень похожа на мать, — с улыбкой произнесла она.
— Вы заберете меня?
— Да, к сожалению, я ничем не могу помочь твоей сестре, но я пообещала ей позаботиться о тебе и намерена сдержать свое слово! Боже, я столько лет потеряла из-за упрямства и ненависти вашего отца!
Алекс вернулся и протянул мне стакан воды. Я взяла его и тут же едва не выронила: оказывается, у меня все еще ужасно тряслись руки. Юноша вырвал из моих ослабевших рук стакан и напоил меня.