Мой худший друг

Хороший вопрос. В точку. Потому что я не знаю и не помню, когда за последние два года проводил субботний вечер дома. Поэтому малодушничаю и озвучиваю «правильный» ответ:
– Остался бы.
Ловлю ее взгляд. Громова ставит вазу на подоконник и задергивает штору одним резким движением.
– Ну-ну.
– Не веришь?
– Не очень, – цокает языком и, обойдя меня стороной, усаживается на кровать.
Воспринимаю это как приглашение и сажусь с ней рядом. Расстояние сантиметров десять. Если сейчас ее коснусь, точно разорется. Или, даже хуже, холодно проигнорирует. Поэтому откидываюсь назад и подпираю спиной стенку.
Молчим.
Оба, как полные придурки, сидим и молчим.
Арина издает глубокий вздох и, упершись ладонями в кровать, отталкивает себя к стене, почти сразу притягивая колени к груди.
– Так и будем молчать?
Не выдерживаю. Первым эту тишину разрываю, потому что еще секунда этого «транса», и просто взорвусь.
Арина пожимает плечами. Но теперь хотя бы на меня смотрит. Злобно, правда, но это формальности.
– А что говорить? Мне кажется, что не получается у нас, Тим. Ничего не получается, – последнее проговаривает по буквам.
– Тоже в мед, что ли, после школы податься, – закидываю удочку, чтобы ее отвлечь.
Потому что то, куда она клонит, да нет же! Говорит прямо, мне не нравится. Что значит «не получается»? Я не согласен. Я на такое вообще не подписывался!
– Чего?
Аринка хмурится, но свой жизнеутверждающий бред притормаживает. Можно ловить момент.
– А что? Я не принципиальный, – ухмыляюсь. – Отец заплатит. Сам вряд ли поступлю. С моими-то знаниями по химии.
Пока она переваривает сказанное, просовываю ладонь ей под спину и подтягиваю к себе. С физическим сопротивлением не сталкиваюсь. Она только глаза закатывает, а сама при этом мне поддается.
– Будем вместе учиться… – продолжаю, устраивая ее между своих ног. Обхватываю плечи, крепко прижимая Арину к груди.
– Не говори ерунды, – бормочет, но чувствую, что улыбается.
– А мне кажется, идея – топ.
Арина примерно минуту смотрит на свой стол, а потом запрокидывает голову так, чтобы видеть меня.
– И ты не права. Если решила меня кинуть, скажи прямо, – переплетаю наши пальцы. – Но даже не думай, что я от тебя отстану.
– У тебя развивается мания преследования.
– Ага. Она. Мир?
Аринка прищуривается. Думает. И делает это очень демонстративно. Затягивает и так повисшее между нами молчание, а потом кивает.
– Мир.
– И, если у тебя есть дела… как в пятницу, говори сразу. Я пойму. Правда пойму. Еще одного заваленного теста моя психика просто не переживет.
Улыбаюсь и получаю тычок локтем в живот.
Арина пафосно дует губы, но быстро меняет гнев на милость.
– Давай что-нибудь посмотрим, – сама предлагает. – Я тут один сериал хотела начать…
– Давай. Тащи бук.
Следующие несколько часов мы валяемся на кровати, залипая в экран ноутбука, который стоит на стуле рядом. Арина лежит у меня под боком. На удивление, сегодня я не то что не воспринимаю ее близкое присутствие остро… Просто похоть внезапно заменили трепетные чувства. Хочется просто ее обнимать.
Прижимаю Аришу к себе крепче, а самого подрубает. Бессонная ночь не прошла бесследно.
– Ты спишь? Тим!
– А, нет, там сейчас крутой момент будет, смотри.
– Ты уже видел эту серию?
– Все серии.
– Почему не сказал? Я думала…
– Смотри.
Прижимаю пальцы к ее щеке, аккуратно поворачивая блондинистую голову к экрану.
Домой уезжаю часов в одиннадцать. Прошаркиваю мимо открытого отцовского кабинета к лестнице, но не успеваю поставить ногу на ступеньку. Останавливаюсь.
– Тим, зайди-ка.
Папа сидит в кожаном кресле за столом, перед ним открытый ноутбук.
– Чего?
– Куда поступать будешь, определился?
– Ага. В мед.
Видел бы папа свое лицо со стороны.
– Шутка. Не знаю еще. Я бы вообще этот год после школы пофрилансил. Или у тебя поработал. Толку от этого явно будет больше.
– Думай. До выпускного еще есть время.
– Пару вариков я тебе накидал только что.
– Меня они устраивают только в тандеме с учебой. Учишься, работаешь – у меня. Учишься, фрилансишь – на себя.
– Ладно. Буду думать. С мамой помирились?
– Мы и не ругались.
– Понял. Спокойной ночи.
– Спокойной.
   
Глава 22
Ариша
Слышу топот маминых каблуков и плетусь к машине.
Пока металлическая решетка ползет вверх, на телефон падает сообщение от Тима.
После прошлых выходных мы вроде как все выяснили и пришли к общему знаменателю. Смогли договориться. Всю учебную неделю по вечерам виделись, в субботу были в ресторане, а воскресенье я просидела дома над заданиями.
Раньше меня это не смущало, то, что я так много времени уделяю учебе. А сейчас… Иногда становится неловко.
Я ведь и правда как квашня дома сижу…
Тим: Я в комнате. Приедешь, позвони.
Ариша: Хорошо.
Быстро отбиваю пальцами по экрану, прячу телефон в сумку и снова погружаюсь в мысли под тихую музыку из динамиков. Пока мама барабанит пальцами по рулю, выстукивая какой-то ритм, моим разумом завладевают воспоминания.
Липкие. Неприятные. Я ведь и правда была готова поставить точку. Неделю назад, когда Азарин приехал с букетом, я действительно не видела выхода из ситуации, которая у нас сложилась. Хотела и одновременно умирала. Потому что отказаться от него просто выше моих сил. Я не могу. Только не теперь.
Но ужасное решение зрело. Потому что в контексте происходящего оно было разумным.
Он меня не слышит, а я… я ревную, злюсь и не хочу понимать его.
Еще и тест этот совсем из головы вылетел. Нам так классно было в кино, что я и про время забыла, и про то, какой сегодня день. Максимально разгрузила голову и прониклась моментом. Азариным пропиталась насквозь. Его словами, взглядами, прикосновениями…
Если бы папа во двор не вышел, сама бы домой точно не вернулась. Не хотелось уходить, совсем-совсем. А в часах вдруг стало так мало минут. Крохи. Мы пробыли вместе целый вечер с Тимом, а мне все равно было мало. Стоило только представить, что мы расстанемся, и сердце замирало. Ведь ночь будет длинной. Ночь будет тянуться…