Аид
Тина нервно хватается за стакан, ещё ниже опуская голову.
- Я слышал, в нашей семье это добрая традиция, - говорю, беспечно откинувшись на стуле и вытянув под столом ноги.
- Аид… - с нажимом лепечет моя мать, в надежде заткнуть меня раньше, чем я расскажу, о какой именно традиции идёт речь.
Моя сестра опускает подбородок, пряча лицо и глаза, наконец-то, найдя занятие поинтереснее, чем пялиться на Тину и смущать мою, бл*дь, любимую невесту. Моя прародительница удовлетворенно качает головой, а рука Тинатин пробирается под стол и ложится на моё бедро.
Улыбаюсь и накрываю её своей, сплетая наши пальцы в замок. Согревая и защищая её хрупкую ладонь. Потому что она у неё ледяная.
- В конце месяца у тебя день рождения, - суетливо тараторит моя мать, пытаясь перевести тему. - Двадцать два года… мы не поздравили тебя в прошлом году...
БЛДЬ.
Голова Тины всё же поворачивается в мою сторону, хоть и с очень большим запозданием.
Откашлявшись, выпрямляюсь и бормочу:
- Спасибо, что напомнила.
Возмущённый взгляд сверлит мою щёку, но приличия не позволяют наброситься с обвинениями.
Твою мать.
Глава 44. Аид- Спасибо, что приехал… - положив на моё плечо унизанную кольцами руку, благодарит мама.
Её глаза блуждают по моему лицу, пытливо выискивая на нём что-то, известное только ей одной.
Мы видимся не часто. Это не её вина, и не моя.
Это, чёрт возьми, моя жизнь. Такая, какая есть. Всё сложилось не так, как мы все предполагали. Но с того дня, когда Марат позвал меня за собой, я не изменил бы ни единого своего выбора. Это сделало меня… чёрт… одиноким, да.
- Пожалуйста… - отвечаю рассеянно, глядя поверх её головы на полупустой холл нашего дома.
Я вырос в этом доме. Это было в другой жизни. С тех пор я сам по себе. Это было до того, как в моей жизни появилась Тина.
Когда моя дикарка смотрит на меня, она видит только меня самого. Даже в нашу первую встречу она забрасывала меня дерьмом, не забывая рассматривать с ног до головы своими колючими, такими мятежными глазами.
Красивая и раздражающе притягательная. На ней был чёрный фартук и белая футболка. А ещё брезгливая гримаса.
Бл*ть, кажется, я взбесился и влюбился мгновенно.
Глядя на то, как она демонстрирует Фариде и Мире Джафаровой свое помолвочное кольцо, прячу тупейшую улыбку.
Оно такое здоровое, что носить его каждый день будет неудобно. Но у меня немного слетели тормоза, когда я выбирал для неё украшения. Даже моя мать шокирована размахом. Это смахивает на новую фамильную коллекцию. Тем не менее, моя бережливая невеста вообще потребовала вернуть всё это назад, чем сильно разозлила.
Я сказал, что если она не напялит вещицы на себя немедленно, выброшу их в форточку.
Она сделала, как велено.
Спасибо, чёрт возьми!
Забрав у Фариды руку, Тина прячет её в воздушных складках своего платья, оглядываясь через плечо и ища меня глазами.
Я здесь. С этого дня я не выпущу тебя из вида ни на одну секунду, так и знай.
Её обеспокоенные глаза перепрыгивают с меня на мою мать. Прикусив губу, она отворачивается, прямая и напряженная.
Втягиваю воздух через нос.
Проследив за направлением моего голодного взгляда, мама прочищает горло и, понизив голос на последнем слове, просвещает:
- Тебе ведь не обязательно… жениться…
Переведя на неё глаза, выгибаю бровь.
- В самом деле? - усмехаюсь я.
Мой голос звучит резко, а челюсть напрягается.
От того, что она вдруг посчитала, будто Тина из тех девушек, которым можно заделать ребёнка, подарить кольцо, притащить на семейный ужин, а потом, блдь, передумать!
- Да, послушай, - быстро продолжает она, бросая косые взгляды на свою невестку. - Брак - это серьёзный шаг. И если вопрос в… в кхм... в...
- Я женюсь в конце месяца, - повторяю прохладно. - К этому моменту я прошу тебя смириться, полюбить мою невесту и прекратить подсовывать мне других. Я прошу тебя узнать её лучше, потому что сейчас ты не знаешь о ней ничего, кроме того, что её отец учитель английского в какой-то там школе.
- Сын, - вздыхает она. - Эта девушка тебе не ровня, даже не смотря на...
На то, что я долбаный отщепенец в этом доме и в собственной семье.
- Её имя - Тинатин, - обрываю и вкрадчиво продолжаю. - Очень советую убедиться в том, что она никогда не услышит подобного дерьма ни от тебя, ни от кого-то ещё. Потому что если это случится, я буду очень зол. Это понятно?
Горделиво качнув головой, моя мать объявляет:
- Как скажешь.
- Благодарю, - раздражённо бросаю, вешая на локоть пальто Тины.
Я не хочу, чтобы она знала о том, что при всех моих деньгах и всём остальном, ни один гость на сегодняшнем вечере не стал бы искать со мной разговора. Все они вообще стараются держаться от меня подальше, и слава, бл*ть, богу.
Я патологически не выношу разговоры.
Иду к ней, пересекая холл.
В распахнутых карих глазах, устремленных на меня, вижу тревогу и ещё какую-то адскую мешанину.
Я знаю, чего ей нужно.
Но я не собираюсь это обсуждать.
Подойдя, упрямо беру её за руку, объявив:
- Нам пора.
Тина не сопротивляется, послушно следуя за мной. Отведя её в сторону, останавливаюсь. Запрокинув сердитое лицо и глядя на меня снизу вверх, она упорно молчит, очевидно опасаясь того, что если раскроет свой ротик, я заткну его очень быстро и просто. Именно это сообщают ей мои собственные глаза.
Она научилась понимать меня без слов, и это радует!
- Повернись и надень пальто, - прошу, предлагая ей одеться.
Поджав губы, она резко разворачивается и просовывает руки в рукава.
- Отлично, - буркаю я, набрасывая пальто на её плечи.
Сжав их ладонями, смотрю на вход поверх увенчанной маленькой короной головы.
Прижавшись губами к шелковиской макушке, вижу, как покидает дом Марат в сопровождении своей охраны.
Толкнув Тину вперёд, веду её следом. Её каблуки зло цокают по мраморному полу. Пытаясь поспевать за моими шагами, она частит, глядя себе под ноги и придерживая рукой юбку платья.
На крыльце морозный воздух кусает моё лицо. Январская звёздная ночь обступает нас со всех сторон, рассеянная гирляндами и фонарями. Я не брал пальто, но наш лимузин стоит прямо у парадной двери. Ахмад и два его бойца ждут моих указаний, расхаживая перед огромным каменным крыльцом.