Злодейка

Но час прощания наступает всегда. Всегда. Я коснулась Нархаль одной рукой, второй разломила артефакт на две половинки. Перед тем, как меня унес водоворот портала, я все же взглянула на набухшие от слез глаза пацана. Прощай.
И вновь меня выкинуло в неизвестность. Туда, где нет ни пространства, ни времени, меня разворотило, хотелось опорожнить желудок. Кости словно ломались, желание умереть возрастало тысячекратно каждую секунду, легкие от нехватки воздуха сжались в комок. Рыжие кудрявые пряди разлетелись в разные стороны. Неужели я снова все забуду?
 
Ане уже несколько часов дежурила возле портала вместе с Ольвином.
— Слишком долго, — сообщила она парню.
— Не сомневайся в ней, — заверил парень не совсем уверенно.
— Енина — взбалмошная натура. Если пройдет год, и она не вернется…, - всплакнула девушка.
— Она не умрет там, — пожалел Ольвин Ане. Они обнялись.
Портал вспыхнул зеленью, и из него выпали два безволосых обнаженных тела. Анине завизжала не своим голосом. Несколько преподавателей подскочили к телам.
— У нее получилось, — поразилась Мания.
— А ну, руки убрали, — голосом сестры враждебно затрубило одно из тел. Ане бросилась обниматься.
— Отошла, — пригрозила молодая девушка, оскалившись и сжав в тугой клубок кулаки.
— Енина, — ошарашенно прошептала Ане.
— Где я? И кто вы такие?
    
Глава 29. Нападение
Я очнулась в толпе незнакомцев, тянувших ко мне свои пальцы.
— А ну, руки убрали, — пригрозила я. Кто они такие и чего хотят от меня, я не помнила. — А то сломаю.
— Енина, ты что, не узнаешь меня? — глаза молодой хорошенькой девушки намокли. Она понимала, кто я. — Мы сестры, — будто прочитав мои мысли, добавила она.
— Почему я ничего не помню? — грубо спросила я. Что-то внутри меня отказывались доверять незнакомцам.
— Это все портал, — она сделала попытку дотронуться до меня, но я оскалилась. — А это Ольвин. Помнишь его?
Темноволосый парень застыл от шока. Голых женщин, что ли, не видел никогда?
— Не помню, — отвечаю. — И, судя по его физиономии, он меня тоже.
— Помню, Енина, — пришёл в себя парень. — Я просто никогда не видел тебя такой, — он брезгливо сморщился.
— Это какой же?
— Лысой, — сказал Ольвин и покраснел.
Я провела по гладкой, как яйцо, поверхности моей головы. И правда. Я бегло осмотрела тело. А где ногти? Я чуть было не выбросила свою руку от ужаса. Игла воспоминаний больно разрезала сознание. Возникло раздражающее чувство дежавю. Понимаю его.
— Ты — мой брат? Её парень? — я кивнула в сторону девицы.
— Он твой п…
— Друг! — поспешно закончил Ольвин.
— Я лысая, а не слепая, — бросила я ему. — Проваливай.
— Так-так, молодые люди, — миротворчески заговорил какой-то лысоватый полный мужчина, — полно вам ссориться. Профессор Мания, Енину и профессора Нархаль необходимо отправить в лазарет. И подумайте, что мы можем сделать с их памятью. Хотелось бы поскорее узнать подробности.
Куча имён разрывали мою голову. Воспоминания хотели проклюнутся в разум.
"Меня зовут профессор Мания". Красивая женщина с мягким лицом из воспоминаний ласково взяла меня под руку.
— Всё будет хорошо, — шепчет она прямо сейчас.
"Нархаль" и внутри все неприятно сжалось. Носительницу имени по мановению руки одного из незнакомцев подняли в воздух и она размеренно поплыла за нами. В сознание профессор Нархаль не пришла.
Мания заботливо потирала моё предплечье по дороге в лазарет. Больше с нами никого не пустили.
— Как себя чувствуешь?
— Сносно, — буркнула я. Слабое воспоминание об этой женщине теплом разлилось в груди, расплескивая доверие. Я решила сказать. — Когда дядька…
— Не дядька, а ректор, — мягко поправила меня Мания.
— Плевать, — отмахнулась я. — Когда… он сказал "Нархаль" во мне сжался клубок ненависти и злости.
— Так бывает при перемещениях. Она такой же профессор, как и я.
— Но к вам я таких чувств не испытывала.
— Тебе нужно отдохнуть.
Мы добрались до большого здания. Там нас уже ждали и женщины в жёлтых колпаках суетливо облепили нас. В нос и рот мне запихали разноцветные камушки и светили чем-то в глаза.
— Состояние удовлетворительное, — заявила одна из них, вынимая из меня все, что засунула. — А теперь в койку.
Когда я проснулась, возле меня сидела так называемая сестра.
— Гляжусь в тебя, как в зеркало.
"Ааргх", — словно где-то рядом, услышала я. Я закрыла глаза от болезненного укола воспоминания. И мне привиделся корчащийся в изнемождении демон. "Это близнец". Я посмотрела не девушку.
— Я выгляжу как ты?
— Да, — кивнула она.
— Как тебя зовут?
— Анине.
Несколько эпизодов детства поразили своей детальностью. Я вспомнила её и только.
— Ну здравствуй, Анька, — я хитро улыбнулась.
Она радостно бросилась меня обнимать.
— Память вернулась?
— Не все. Но ты там есть. Что с Нархаль? Я чувствую, что здесь попахивает подлостью.
— Она пришла в себя. Но пока тоже ничего не помнит.
— Если имена и события так хорошо возвращают память, веди ко мне всех моих друзей.
Анька замялась и скукожилась, не зная, как сказать.
— У тебя нет друзей, Енина.
Я не расстроилась.
— Как минимум один товарищ сказал, что он мой друг.
— Ах, Ольвин. Он, вообще говоря, твой возлюбленный и парень. Вы встречаетесь.
— Так себе он кавалер. Как же поцелуи и объятья? Не почувствовала я его любви.
— Попробуй понять его. Ты являешься голая, лысая, принялась тут же кричать и ругаться. Конечно, он опешил. Он же ранимая натура. А потом ты вообще послала его куда подальше.
— То есть он не придёт?
— Нет. Потому что он уже здесь. Пообещай, что будешь корректно себя вести.
— Не буду… Такого обещать.
Анька ухмыльнулась. По её приглашению в мою одиночную палату вошёл симпатичный парень.
— Здравствуй, Енина.
— Поцелуемся?
— Может, позже.
— А что так?
— Потому что пока ты не моя Енина. Ты сейчас чужая.
Вдруг моё сознание подкинуло стыдливый для рассказа момент. Я вспомнила мужчину, лес, неприкрытую страсть, желание. И воспоминание пришло, потому что я чувствовала вину перед Ольвином за это.